***
Настойка лекаря не помогла. Наоборот меня стало лихорадить и потряхивать еще больше. Поэтому когда в определенное время за мной пришел разодетый Грегори, только цыкнул на мое состояние и неодобрительно покачал головой. Но комментировать и что-либо предпринимать не стал, видимо решив, что церемонию я и так простою. Что ж, ему виднее, а я только порадуюсь, если подохну ему назло.
Все время, что меня обмывали, причесывали и наряжали, я всеми силами старалась сбросить с себя действие наркотика, гипнотизируя большой палец на правой ладони, мысленно давая ему команду пошевелиться. Но ничего не происходило, что повергло меня в пучины отчаяния. Пока безнадега не захлестнула меня с головой, я попыталась вновь увидеть потоки. Прищурилась, чуть расфокусировала взгляд и облегченно выдохнула.
Но радовалась не долго, так как потоки я увидела, а вот направить их не смогла. К сожалению, мысленному приказу они не подчинялись, а шевелиться я так и не была способна.
Да и если бы могла, то что? Я не умею пользоваться магией. Я не знаю, что с ней делать, кроме как уже испытанного переноса порталом. Но кто мне даст время и возможность этот портал начертить?
Мыслями все больше и чаще возвращалась глубоко в Запретный лес. Как там Дар? Надеюсь, с ним все хорошо. На крайний случай, они с Шаей всегда могут улететь. Я очень надеюсь, что они целы.
На глаза навернулись слезы, и я порадовалась тому, что хотя бы это мне было доступно.
А после пришел Грег. Он весь светился самодовольством, проникшись торжественностью момента. Мужчина довольно окинул мое тело одетое в дорогое, пышное, но совершенно безвкусное свадебное платье, в котором я походила на большую, дорогую фарфоровую куклу, и недовольно вздохнул только от моего болезненного вида.
– За что только этому лекарю жалование платят? – проворчал Грегори, пожал плечами, подошел, протянул руку и приказал. – Возьмись за мою руку.
И я взялась, хотя очень хотелось отойти от него подальше, как от ядовитой змеи.
Мужчина повел меня в часовню, где уже собрались гости. Провел по длинному коридору из приглашенных, в сторону алтаря и священнослужителя. А мне оставалось только догадываться, как они успели подготовиться к свадьбе за такой короткий промежуток времени. Промелькнула мысль, что подготовка началась еще до того, как Грег отправился на мои поиски в Запретный лес. Он уже тогда не сомневался в моем решении.
Мразь. Расчетливая, подлая и коварная мразь!
В первых рядах заметила Миллидан, отметив как бледность лица, так и красноту глаз, что свидетельствовало о горьких рыданиях совсем недавно. На меня она смотрела зло, а на сияющего Грега с дикой болью во влажных глазах. Судя по тому, как задрожали ее губы, выстоять всю церемонию, держа себя в руках, она не сможет. Что даже к лучшему. Глядишь, если не сорвет свадьбу, так хоть немного отсрочит мое замужество.
Грег остановился у ступеней к подиуму, на котором стоял священник, и отдавал тихие приказы, чтобы слышала только я. Следуя его указаниям, я поклонилась священнику, повернулась к жениху и покорно держала в ладонях свечу, что он сам же и вложил мне в руки.
Жар стал невыносим. Я стояла только по приказу Грега. Разум был словно в каком-то киселе, а перед глазами все плыло. Дышала я тоже тяжело, на что обратил внимание и священник. Он что-то тихо спросил у меня, на что ответил Грег, объяснив, что я так сильно волнуюсь от долгожданной свадьбы. Священнослужитель с некоторым сомнением осмотрел меня, после наткнулся на холодный пристальный взгляд моего жениха, и более ничего не говорил относительно моего состояния, видимо решив, что его жизнь дороже.
Дальше все пошло согласно плану мероприятия. Священник стал читать нудную молитву и против обыкновения, я надеялась, что она не закончиться как можно дольше. В идеале – никогда. После потребовал принесения клятв жениха и невесты. Они были заучены мной еще в детстве, даже прежде, чем мне объяснили понятие «выйти замуж».
Я проговорила клятву, не сдержав слез, что сейчас крупными каплями падали на мои ладони.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Священник снова долго посмотрел на меня почти с сожалением, но ничего не сделал.
Когда я уже поняла, что спасения не будет, неожиданно мои руки дрогнули. И я незаметно пошевелила мизинцем, скрытым от глаз Грега, который сосредоточенно приносил клятвы с возвышенным видом.
Увы, пока мое своеволие ограничивалось лишь частичной подвижностью пальцев. И то, не всех.
Вновь перевела зрение на магический уровень и попыталась ухватиться за проплывающую белую нить, от которой веяло свежестью, как от морского бриза.
Не получилось… а время истекает!
Сейчас Грег закончит приносить клятву, и нас заставят испить из общей чаши, после чего мы официально станем мужем и женой!!!
Словно услышав мои молитвы, боги дали мне отсрочку еще на минуту.
Миллидан все-таки не выдержала, выбежал из толпы по направлению к алтарю, но наткнулась на стражников, что преградили ей путь.
– Любимый, – причала она, обращаясь к медленно звереющему Грегу, на лице которого я увидела ее приговор. – Не делай этого! Тебе не нужно на ней жениться, она не достойна тебя! А я люблю тебя, больше жизни люблю!
Мне стало ее совершенно иррационально жаль, и я хотела крикнуть ей, что бы она спасалась, бежала… но не могла. Мой голос мне не подчинялся, и я могла лишь беспомощно наблюдать, как искажается в гневе красивое лицо моего жениха.
– Больше жизни говоришь? – прошипел он, сощурив глаза. Видимо, и она стала догадываться, что, что-то не так. Потому что побледнела еще больше, всхлипнула и затравленно посмотрела на стражников, которые схватили ее за руки с обеих сторон. – Это можно устроить, – жутко улыбнулся Грег и кивнул стражникам. – Увести.
Те подчинились безоговорочно и поволокли вырывающуюся и рыдающую девушку на выход, под ровный гул возмущения гостей. Стоило двери за ними закрыться, как вновь образовалась тишина. Грег передернул плечами и с наигранным безразличием повернулся к изумленному священнику.
– На чем мы остановились?
– Теперь испейте из чаши, дети мои, – чуть запнувшись, побледневший священнослужитель протянул Грегу золотой кубок, наполненный вином.
Тот с поклоном принял его из дрожащих рук священника и, отвернувшись от гостей, пригубил напиток. Совершенно не стесняясь все прекрасно видевшего священнослужителя, отодвинул камень на своем перстне, ссыпал в вино небольшое количество какого-то белого порошка (и я очень сомневаюсь, что это лекарство от простуды), символически всколыхнул содержимое, перемешивая, и, как ни в чем не бывало, отдал кубок священному отцу.
Тот побледнел еще больше, хотел что-то сказать, затравленно вглядываясь в зловещий прищур… и не посмел пойти против воли будущего короля.
Кубок с очередной порцией наркотика был протянут в мою сторону, а от Грега последовал тихий приказ, который я до сих пор не могла игнорировать.
– Бери и пей, Валери.
Переглянулась с виноватым взглядом священника и подчинилась приказу, беря в руки кубок.
Медленно поднесла его к лицу, заливаясь слезами отчаяния, с ненавистью подняла взгляд на довольного Грега и, не скрывая торжественной улыбки, разжала подчиняющиеся мне пальцы.
Кубок завалился, опрокинулся и с гулким звоном свалился с каменных ступеней, заливая мое платье и сапоги Грега багровой жидкостью.
Грегори с бешенством посмотрел мне в глаза, обещая скорую расправу, но я лишь презрительно улыбнулась ему, только сейчас отметив, что мимика снова поддается моей воле.
Жар, кстати, тоже стал спадать, и я больше не чувствовала лавовых рек в своей крови. И до меня дошла мысль, что моя лихорадка была следствием борьбы организма с токсинами. Кровь просто выжгла во мне яд, нейтрализуя наркотик!!!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но лишь частично. Сдвинуться с места я так и не могла и готовилась в любой момент к удару. Раз уж эта была первая королевская свадьба, где любовница потенциального короля готова была сорвать церемонию, думаю, никто не будет сильно удивлен, если невесту сейчас тут на месте и покарают.
