– Лучше убей, – прошипела я, гневно сверкая глазами.
– Если понадобится, обязательно, – покорно кивнул он, словно так и нужно. – Но, думаю, до этого не дойдет. До рождения наследника побудешь под наркотиком, отбивающим волю. А там уже сама не захочешь оставлять своего ребенка и смиришься. Это в любом случае в твоих интересах, – тепло улыбнулся он.
Отчаяние и ужас липкими щупальцами сковали мое тело, и я замерла в неверии вглядываясь в когда-то симпатичное и приятное лицо, под которым скрывался настоящий монстр. Но я ошиблась в своей оценке, потому что вскоре поняла, что назвав его монстром – сделаю ему комплимент.
– На своего дракона тоже не рассчитывай. Кайл, его банда и мое войско, вероятно сейчас уже захватили замок и к вечеру преподнесут мне голову твоего дракона, который посмел позариться на то, что принадлежит мне. Его голову я хотел подарить тебе в качестве свадебного подарка. Тебе нравится?
– НЕТ!!! – закричала я в ужасе и меня стала бить крупная дрожь. – Нет, нет, нет! Ты врешь, врешь! – захлебываясь рыданиями, вцепилась я ему в руки, с надеждой заглядывая в ненавистное лицо.
– Вру? Зачем бы мне это? – деланно равнодушно скривился Грег и отступил, брезгливо поморщившись, когда я без сил сползла по стенке. – Дракон не тот ресурс, которым бы я стал разбрасываться. С помощью его, я стану почти бессмертным и самым могущественным. И ты думала, что я оставлю подобного индивида без внимания? Особенно после того, как он забрал твою невинность и сердце, которые должны были принадлежать мне?! – заорал он с легким безумством и помешательством в глазах.
Он вновь перевернул стоящий на его пути торшер, а мне на глаза попался нож для сыра и фруктов, что валялся на полу и раньше лежал на ранее опрокинутом столике.
Не раздумывая долго, решив воспользоваться моментом неожиданности, я дернулась в его сторону, но мой маневр был замечен, и меня снесло воздушной волной, больно ударив об каменную стену.
***
Очнулась я от неторопливого перестука каблуков по каменному полу. Открыла глаза и поняла, что нахожусь в одной из камер дворцового подземелья. Чуть застонала от неприятных ощущений после удара и с трудом села на жестких нарах, без намека на матрас или подстилку. Осмотрела себя, отметив, что как была в ночной рубашке и халате, так в них и осталась. Значит, из покоев Грега меня перенесли сразу же в подземелье.
Помня о том, что сейчас поздняя осень и подземелье принципиально никто не отапливает, забота Грега обо мне, как о потенциальной будущей матери его ребенка, может вызвать только слезы. И совсем не умиления.
Шаги приближались и тусклый свет настенного факела, что робко пробивался сквозь решетки моей камеры, заслонил женский силуэт.
Повернула голову, с трудом сфокусировала взгляд и с удивлением узнала свою бывшую подругу – Мили. Сейчас она выглядела непривычно. Вместо обычного скромного платья или формы прислуги, на ней был надет богатый наряд, которыми кичились все модницы королевского двора. Волосы были уложены в сложную прическу, на лице был яркий макияж, что прибавлял ей лет пять-шесть. Она бы смотрелась красиво, если бы не презрительное, злобное выражение на ее лице.
– Мили? – все же неуверенно переспросила я. Я ожидала, что она может мне не обрадоваться. Но настолько? И это после того, как я застала ее в постели моего жениха, узнав, что она за мной шпионила?
– Почему ты выжила? – склонив голову к плечу, спросила Мили с искреннем недоумением, словно она просила меня о каком-то пустяке, а я не выполнила простую просьбу.
– Что? – растерялась я от подобного. Голова нещадно болела, а тело продолжала бить мелкая дрожь. Но холодно мне не было. Даже наоборот. Тело горело, словно в лихорадке. Еще странный зуд в руках и жжение в глазах, от которого выступали слезы, сильно отвлекали.
– Почему ты осталась жива? – любезно повторила бывшая подруга с неприкрытым обвинением в голосе. – Неужели так сложно было сдохнуть в том лесу? – прошипела она, метая молнии из глаз. – Почему ты вечно все портишь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– О чем ты говоришь? Я не понимаю, – занервничала я.
– Я специально сказала, чтобы Майлз отвез тебя в Запретный лес, соврав, что тебя будут ждать там. Глупый, он ведь действительно был влюблен в тебя, Валери. И искренне хотел спасти. Поэтому пришлось соврать ему, – а после добавила с обвинением в голосе: – Почему все влюбляются в тебя? Что в тебе такого особенного?! – сжимая пальцы в кулаки, закричала она, пнув ногой в дорогой туфельке прутья решетки. – Всего лишь принцесса. Неужели так влияет титул? – с видом, словно надеялась, что я ей отвечу, поинтересовалась она.
– Миллидан, прошу успокойся, – попыталась я вразумить ее.
– Почему он любит тебя?! – теперь уже со злыми слезами на глазах, кричала она. – Он должен быть моим. Моим! Я люблю его! С первого дня, как увидела, полюбила!
Я озадаченно моргала, пытаясь понять, о ком и о чем она говорит, и в чем моя здесь вина, по ее мнению.
– Мили, прошу тебя, мы же были подругами…
– Подругами?! – разъяренно прошипела она. – Я была твоей служанкой!!! Ты никогда не давала мне забывать об этом. Когда я помогала тебе надевать красивые платья, в то время, когда мне приходилось зашивать свое единственное платье. Когда я укладывала твои длинные волосы ,и ты искренне недоумевала, почему свои я стригу по плечи. Когда ты брезгливо кривилась на блюда, которые я никогда в жизни не пробовала. Мы никогда не могли быть подругами!!! Друзьями могут быть ровня, но никак не слуга и госпожа!!!
Я дернулась, а душу затопила обида. Я всегда старалась относиться к ней с добротой и теплом. Я искренне сопереживала ей и спрашивала о том, как она живет. Мне это действительно было интересно. Но она всегда лишь отговаривалась от меня ничего не значащими фразами. И уж тем более я не думала, что мои вопросы так ее задевают. Я помнила о нашем неравном статусе, но надеялась, что своими действиями и поступками, могу сделать его менее заметными. И ошиблась…
– Да я с радостью согласилась доносить на тебя, надеясь, что Грегори поймет, какая ты недалекая, скучная и посредственная. Но он продолжал грезить тобой. Мне надоело, что во время близости, он называет меня твоим именем!!!
Я несколько изумленно хлопнула глазами, от таких подробностей из ее личной жизни и поторопилась перевести тему.
– Если ты считаешь, что Грег когда-нибудь на тебе женится, то сильно ошибаешься, – спокойно заметила я. Злости не было. Кто виноват, что моя интуиция меня подвела, и я не поняла, какой завистливой и продажной Миллидан стала? Ко всему прочему, она искренне считает, что делала все, ради своей любви.
– Он бы женился на мне, если бы ты сдохла! – завизжала она, больно ударив меня тем самым по нервам. – Он сказал мне в случае опасности просто спрятать тебя. Но я воспользовалась ситуацией, – довольно улыбнулась она. Она сейчас думает, что я ее за находчивость хвалить буду? – Ты не должна была выжить в Запретном лесу. Почему ты выжила??? Если бы ты потерялась, он бы выполнил обещание и женился на мне!
– Мне извиниться? – язвительно поинтересовалась я, обхватив себя за плечи. Пальцы стали подрагивать и меня замутило. Может, это нервное? Скорее, последствия удара.
– Ты еще смеешь издеваться? – вновь пронзительно завизжала она, отчего я демонстративно скривилась. – Все шло хорошо. Я прочно засела в постели Грега.
– Совет вам, да любовь, – не сдержалась я, ядовито улыбнувшись.
– Заткнись! – вновь удар по решетке. А мне стало искренне жаль девушку, такую же наивную, какой была я... – Из-за тебя погиб мой брат! Грег женится на тебе! Ты все у меня отобрала!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Мне казалось, Майлз погиб защищая сестру, которая плела интриги, – напомнила я. – Но мне искренне жаль, что он погиб, – честно произнесла я и сокрушенно покачала головой. – Грега я у тебя не отнимала. Если ты искренне считаешь, что он бы женился на простой служанке, то мне нечего тебе сказать. Думаю, разговоры тут уже бессмысленны. Сказок не бывает. Принцы не женятся на служанках. И благородные рыцари не спасают принцесс в беде, находящихся в плену у чудовища, – с грустью заметила я, вспоминая свое персональное чудовище, от которого бы я никогда не ушла по доброй воле. И плевать я хотела на всех рыцарей, героев и принцев вместе взятых. Мой дракон стоил всех их и даже больше. Жаль, что так получилось. Он говорил, что я пожалею. И я жалею. Жалею, как никогда прежде.
