— Здрасьте, девочки. Как делишки?
— У нас-то? Все путем. Хочешь, седьмое небо покажем?
— А вы кто, «свидетели Иеговы»?
Старуха глянула на молодую и хихикнула.
— Кем захочешь, теми и будем. Что нам, впервой?
— Нет уж, спасибо. Сказать по правде, мне сейчас недосуг слушать проповеди.
Старуха равнодушно пожала плечами.
— Тем хуже для тебя.
Ночные бабочки повернулись и завихляли обратно. Я осторожно посмотрел за угол и увидел, что мой коренастый дружок никуда не делся. Я бросился вдогонку за шлюхами.
— Вот что я вам скажу, малютки. Там, за углом, приятель мой покурить вышел. Сегодня у него день рождения, хочу ему сюрприз сделать. Почем в вашем городе сюрпризы нынче?
Старуха даже не моргнула.
— Две сотняги. Каждой.
— А мне только одна нужна.
Они переглянулись, и впервые я услышал голос молодой. Впрочем, она оказалась гораздо старше, чем я думал.
А, черт с тобой. Все равно ночка скучная.
Я отстегнул две сотни и отправил страшилищ за угол. Через минуту шагнул вперед, повернул голову и увидел спину «именинника» — он удалялся в глубь переулка, по флангам шествовали дамы. Я крадучись приблизился к двери и заглянул в прихожую.
— Карл! А ну, поди сюда! Карл!
Я метнулся вправо, не дожидаясь, пока кричавшая уборщица меня заметит. Она затопала к выходу. Я укрылся за столом, а когда уборщица приблизилась к двери, осторожно поднял голову. Она держала швабру в руках и выглядела очень недовольной. Сунув голову в дверной проем, уборщица снова позвала Карла. Затем прислонила швабру к стене и вышла из музея.
В этот момент на конторке у двери что-то блеснуло и привлекло мой взгляд. Я подошел, увидел связку ключей, сцапал и бесшумно отступил от порога.
Есть все основания предполагать, что у Оливера Идсена в музее должен быть собственный кабинет. Возможно, он находится на втором или третьем этаже. Я бегом взобрался по лестнице на второй этаж, держа уши торчком — не исключено, что в здании, кроме той женщины со шваброй, есть и другие уборщики; я надеялся обнаружить кабинет Идсена прежде, чем они меня заметят.
Но второй этаж, к счастью для меня, выглядел безлюдным. Чтобы найти нужную дверь, много времени не понадобилось. Если верить табличке на двери, Идсен и впрямь был директором музея. А еще он имел привычку, уходя, запирать кабинет на замок. Я достал краденую связку ключей и стал примерять их по очереди. Восьмой подошел. Я распахнул дверь и вошел в кабинет.
Добрую минуту я не решался трогать выключатель. Вдруг свет заметят с улицы? Но ведь в музее уборщики, они то и дело включают лампы. А если свет у директора увидят они? Пожалуй, им сейчас не до этого, ведь та сердитая женщина наверняка нашла Карла. Минут пять у меня, наверное, есть.
Я включил свет и подошел к письменному столу Идсена. Все выдвижные ящики оказались заперты. Я глянул на связку ключей. Наверняка у Идсена свои ключи от стола. Книжный шкаф не содержал ничего интересного. Ящики бюро тоже не выдвигались. Я осмотрел письменный стол. Ни соринки, все вещи в идеальном порядке. Черт бы побрал этих аккуратистов! Совершенно не заботятся о частных сыщиках.
На стенах висело несколько фотографий в рамках. Я увидел знакомое лицо Элайджи Уитта; рядом стоял высокий худой мужчина с чисто выбритыми впалыми щеками. Эти же щеки я заметил и на других фотографиях. Вероятно, худой дылда — Идсен.
Ужасно не хотелось сдаваться, поэтому я заглянул даже в мусорную корзину. Под пластмассовыми кофейными стаканчиками, скомканной газетой и сигарными окурками я нашел конверт. Он оказался пуст, но к нему прицепился квадратик бумаги с липким краем. Я прочитал: «Л-А аэр., рейс № 1881, С-16, отпр. 22/4, 14.03, приб. 26/4, 23.33». Это, наверное, касается отлучки Идсена, о которой говорил по видеофону молодой человек. Я вспомнил слова Уитта, подслушанные в его особняке. «Он сказал, что получил, но с собой не взял.
Придется подождать его возвращения. Он ее заберет, как только вернется».
Идсен оставил шкатулку в аэропорту! Точно!
Я погасил свет и вышел из кабинета Идсена. Когда спускался по лестнице, не услышал голосов на первом этаже. Я положил ключи на прежнее место и выглянул за дверь. За углом в переулке уборщицы снимали с Карла стружку. Не повезло бедняге. Я подбежал к спидеру, уселся на пилотское сиденье и взял курс на лос-анджелесский аэропорт.
Как и любой крупный аэропорт, он походил на вавилонскую башню — суета, толчея, разноголосица. Я приткнул спидер на стоянке и вошел в главный зал. Кажется, я несколько миль прошел, подчиняясь указателям, и наконец очутился неподалеку от входа С-16. Там я огляделся и насчитал в разных местах шесть автоматических камер хранения. Если верна моя догадка, Идсен, прежде чем покинуть аэропорт, положил шкатулку в один из этих ящиков. При допущении, что за ним не следило АНБ, камера хранения в аэропорту — вполне надежное место.
Мне оставалось решить только две проблемы: выяснить, какой камерой воспользовался Идеен, и забрать ее содержимое. Агентам АНБ такие задачи показались бы пустяковыми. Кстати, об АНБ — ведь у меня в бумажнике все еще хранится удостоверение агента. Может, рискнуть? Конечно. Тем более что у меня нет более разумного плана.
Я выяснил, где находится отдел службы безопасности, и самоуверенно, будто только что приобрел контрольный пакет акций лос-анджелесского аэропорта, вошел в приемную. За столом читал комиксы крепко сбитый молодой человек со стрижкой «ежик» и кустистыми усами. Он неохотно оторвал взгляд от журнала.
— Я вас слушаю. — По облику и тону я безошибочно узнал закоренелого двоечника — наверное, из школы его выкинули, а в полицию не взяли из-за низкого уровня интеллекта. Должно быть, из-за этого он обозлился на весь свет. Если у нас дойдет до драки, подумал я, мне не поздоровится. Оставалось лишь надеяться, что он краем уха слышал об АНБ.
— Вы все камеры хранения держите под наблюдением?
— Эта информация не подлежит разглашению.
Я вытащил липовую ксиву аэнбешника и сунул двоечнику под нос.
— Ко мне это не относится.
Усатый страж уставился в карточку. Я не мог понять, то ли он решает, как быть, то ли просто тянет время, пытаясь осмыслить мои слова. Через несколько секунд он перевел взгляд на мое лицо. Видимо, он все-таки слышал о грозной спецслужбе.
— Чем могу помочь, агент Мерфи?
— Два дня назад из вашего аэропорта вылетел преступник. В одной из камер хранения он оставил контрабанду. Мне нужно найти эту камеру и изъять контрабанду.
— А как выглядит эта контрабанда?
— Коробочка. Когда найдем, покажу.
Похоже, мысль о содействии настоящему агенту правительственной спецслужбы подстегнула мозги моего глупого приятеля. Он кому-то позвонил, повел меня в глубь своей вотчины и через несколько минут представил меня своему начальству — мисс Хэтч. Бицепсы у этой дамы были пошире моих бедер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
