Тэйлор ощущала твердые мышца спины Тори, ее нежную кожу, поцелуи мягких губ на своей шее и груди. Художница закрыла глаза и начала медленно двигать бедрами, подчиняясь ритму, который задавали пальцы Тори, скользя внутри. Их губы встретились, соприкоснулись языки и Тэйлор почувствовала горячую волну пронесшуюся по ее телу и разбившуюся на мелкие брызги о ее клитор.
Тори ощущала поцелуй всей душой, его нежность и чувственность в смеси с невероятной страстью. Она почувствовала, как влага Тэйлор покрыла ее руку, тело Тэйлор принимало ее все глубже. Тори продолжила движения, скользя вдоль мышц художницы, дрожащих в ожидании. Тори мягко вводила руку и выводила, в то время, как ее большой палец не на секунду не переставал массировать чувствительную плоть Тэйлор. Мышцы женщины отчаянно сжались, вокруг пальцев Тори, она погрузила их еще глубже и почувствовала интенсивные сокращения.
Этот оргазм был такой же сильный, как и предыдущий, но на этот раз, ощущение руки Тори внутри, успокаивало Тэйлор.
– О, Тори…да… – застонала Тэйлор, откидывая назад голову, ее тело сотрясалось в восхитительных конвульсиях.
Тори наконец вытащила пальцы из своей возлюбленной, чтобы поднести их к своим губам, смакуя великолепный вкус и аромат влаги, блестящей на них.
Обретя дар речи, Тэйлор улыбнулась любовнице и сказала.
– Господи Иисусе, женщина. Если бы тебе было восемнадцать, ты бы убила меня!
– Я так сильно хочу тебя, Тори. Я хочу сделать тебя своей, – хрипло шептала Тэйлор.
– О, любовь моя, я всегда была твоей, – ответила Тори, затаив дыхание.
Тэйлор прижалась к Тори всем телом, чувствуя ее бедра против своих. Стоны Тори потонули в губах художницы, захватившей ее рот для голодного страстного поцелуя. Губы Тэйлор спускались по шее Тори, к мочке уха, чтобы вобрать ее в себя, медленно лаская языком, чуть прикусывая зубами. Художница начала шептать эротические слова в ухо женщины, ее влажное дыхание и содержание ее слов заставляли Тори дрожать от предвкушения.
Пальцы Тэйлор любовно ласкали напряженные груди Тори, ее большие пальцы нежно обводили соски. Тори задыхалась, и художница заворожено наблюдала, как темнеют и твердеют маленькие соски женщины от ее прикосновений.
– Ммммм, – промурлыкала Тэйлор, осторожно целуя каждый сосок. – Я люблю то, как они реагируют на мой контакт.
Языком она обводила большими кругами ее груди, все ближе и ближе к соскам, пока Тори не почувствовала на них горячее дыхание женщины, еще не коснувшейся их. Кончиком розового языка Тэйлор дразнящими движениями чуть тронула сосок. Захватив их между большим и указательным пальцами, она нежно сжала соски и чуть оттянула их, посылая Тори на седьмое небо от удовольствия.
Рука Тэйлор соскользнула с живота Тори, чтобы коснуться светлых завитков внизу, блестящих от влаги. Тори в нетерпении широко раскинула бедра, почувствовав жаркое дыхание художника. Она громко застонала, когда пальцы Тэйлор скользнули по влажной коже, коснулись и начали массировать ее клитор.
Тэйлор оторвалась от плоти, которая так жаждала ее внимания, чтобы ухватить губами твердый сосок Тори, который она подставила под поцелуй, выгнув спину.
– Пожалуйста… – умоляла Тори.
Тэйлор подчинилась, переместив свои губы, ее язык нежно ласкал и кружился вокруг напряженного соска Тори. Тэйлор чувствовала, как Тори двигается, стараясь приблизиться к лицу Тэйлор, в конце концов она прокричала:
– Пожалуйста, Тэйлор… сильнее!
Тэйлор с жадностью захватила в рот кусочек плоти, с силой вбирая его в себя, в то же время ее пальцы коснулись клитора Тори плавными круговыми движениями. Тори вздрогнула от прикосновения. Тэйлор улыбнулась и выпустила сосок, прокладывая языком дорожку вниз по телу Тори.
Осознание того, где сейчас находится голова Тэйлор, ожгло тело Тори огнем удовольствия. Она шире раздвинула ноги, рыча от нетерпения, потому что Тэйлор покрывала поцелуями внутреннюю сторону ее бедер, слизывая с них влагу.
– Тэйлор… я… – бедра Тори, казалось, двигались непреднамеренно, в то же время отступая назад от контакта.
Тэйлор почувствовала, как напряглось тело блондинки, и вопросительно посмотрела вверх на ее обеспокоенное лицо.
– Милая, что случилось? – нежно спросила Тэйлор, перемещая ее тело вверх, чтобы обнять Тори.
– Просто я… я имею в виду, что ты там внизу… – Тори расстроилась от неспособности выразить свои мысли.
– Все хорошо, любовь моя. Если тебе так не нравится, я не буду, – Тэйлор хотела уверить женщину, отчаянно пытаясь не показать разочарования в голосе.
– Не, не в этом дело… я никому не…о, боже, никогда не думала, что это будет настолько смущающее, – запнулась Тори.
Художнице потребовалась вся ее сила воли, чтобы не улыбнуться.
– Ты пытаешься сказать, что еще никто никогда не…
– Нет, – быстро ответила Тори. – Это просто казалось настолько особенным, что я не могла позволить себе разделить это с кем-то другим. Я всегда хотела, чтобы это сделала ты. Это звучит очень глупо, когда произнесешь так громко, да?
– Нет, милая, это совсем не звучит глупо, – успокаивающим тоном сказала Тэйлор. – Я даже не могу описать, что я чувствую. Это как будто мне преподнесли очень особенный подарок, – Тэйлор захватила губы Тори в поцелуе, наполненном желанием. – Позволь мне показать тебе, насколько я благодарна тебе за это, – закончила художница, соскальзывая вниз к раздвинутым ногам Тори.
Тэйлор окунулась пальцами в нежные складки между ног возлюбленной и с закрытыми глазами коснулась пальцами своих губ, ощущая восхитительный вкус, заполнивший ее рот, от влаги Тори.
Тори изогнулась от этого вида.
– О, Тэйлор, я хочу тебя…ты нужна мне, пожалуйста, – просила Тори умоляющем голосом, который так часто представляла себе Тэйлор в своих фантазиях.
Тэйлор опустила голову, и, казалось, прошла целая вечность, прежде чем ее язык нежно и осторожно коснулся своего подарка. Это не было быстро или чрезмерно нежно, но ощущение вкуса, текстуры кожи, принадлежавших женщине, которую она так сильно любила долгое время, повергало ее восторг. Этого первого ощущения вкуса было достаточно, чтобы художница потеряла все свое самообладание. Она вняла мольбам Тори, вцепившейся в ее смоляные волосы, и своими пальцами и опытным языком она взяла свою возлюбленную так быстро и напряженно, как просила ее Тори.
Взорвавшись в оргазме, Тори кричала имя Тэйлор, ее тело изгибалось, казалось она разлетается от удовольствия так же, как за окном бьются о камни изумрудные волны. Ее мышцы напряглись и задрожали в сладостных конвульсиях проходящих сквозь нее, Тэйлор продолжала толкающие движения внутри нее, и через мгновение второй оргазм накрыл ее, заставляя кричать.
