— Товарищ Гуро, берегитесь… Она падает на вас! — крикнул во весь голос Рыжко. Но было уже поздно.
Стрекоза упала вниз, как чудовищный коршун. Она не была ранена, она падала не потому, что ее задели пули Рыжко. Стрекоза бросалась на добычу, выбрав себе одинокую фигуру человека, бежавшего по склону ущелья.
Упав сверху на Гуро, стрекоза схватила его поперек туловища своими сильными лапами, подтянула к себе и молниеносно взвилась в воздух, неся охотника с собой и радостно, победно жужжа, наполняя ущелье нестерпимым шумом.
Василий приложил винтовку к плечу, стараясь прицелиться, убить стрекозу, спасти Гуро. Но как мог он это сделать? Разве можно было стрелять? Ведь пуля легко могла попасть и в охотника, повисшего под туловищем стрекозы…
— Ах, проклятая!.. — со злобой простонал юноша, опуская винтовку вниз.
Широко раскрытыми глазами, не двигаясь, люди снизу смотрели в небо. Стрекоза медленно превращалась в маленькую черную точку. Еще мгновение — и она исчезла за скалами, за зарослями. И только могучее ее жужжание еще долго долетало до путешественников, постепенно стихая.
Наконец, затихло и оно.
НАД ЗАРОСЛЯМИ ВЕНЕРЫ
— Винтовка… моя винтовка осталась возле ракеты! — это было первое, о чем вспомнил Гуро.
Схваченный сильными, жилистыми лапами за талию, он висел под самым туловищем стрекозы. Руки и ноги его были свободны. Он мог двигать ими — совсем как человек, которого подвесили бы за пояс к потолку комнаты. Гуро делал руками и ногами неуверенные движения пловца, как бы пытаясь сохранить равновесие. Разумеется, это было ни к чему; стрекоза крепко держала его. Немного спустя это сообразил и Гуро.
Как случилось, что стрекоза схватила его без какого бы то ни было отпора? Гуро честно сознался сам себе: он не ожидал подобного поведения от летучего хищника. Ему думалось, что стрекоза просто пролетит над ущельем и опять исчезнет. Затем эти выстрелы Василия… Охотник решил, что юноша попал в стрекозу, и она падает, раненая. Вышло же вовсе не так!
Он понял свое положение лишь тогда, когда увидел сверху ракетный корабль, который быстро отдалялся от него, ущелье, красное знамя на высокой скале, товарищей — в виде маленьких черных точек. Ветер дул ему навстречу, он знал это, слыша беспрерывный свист в микрофоне шлема, свист, который смешивался с надоедливым жужжанием стрекозы. Хищник все время пел какую-то, ему самому лишь понятную, песню победы.
Все это произошло так молниеносно, так неожиданно… Удар лапами по плечам, затем что-то рывком дернуло его вверх и все. Гуро лишь в воздухе понял все, он, известный своей инициативностью, своей способностью быстрее всех реагировать на опасность.
Страшная злоба охватила Гуро. Его, опытного, бывалого охотника и путешественника, схватила как волк овцу гигантская стрекоза, это несчастное насекомое, и несет теперь в воздухе как мертвую куклу, как свою будущую закуску!.. Это произошло на глазах у всех товарищей. Позор!.. Что будут делать они без него? Кто защитит их при неожиданном приключении, если Гуро не сумел защитить сам себя?..
Задыхаясь от гнева, Гуро проверил свое оружие. Кинжал был с ним, его короткий, широкий кинжал. На поясе висели две гранаты, в кобуре остался маленький автоматический пистолет, заряженный разрывными пулями. Вот он!
Быстрым движением Гуро выхватил пистолет. Первой его мыслью было выпустить несколько пуль в туловище и голову стрекозы, но тотчас же он сообразил, что этим он немедленно лишил бы жизни самого себя. Убить стрекозу можно, если не убить, то по крайней мере напугать выстрелами так, что она выпустит из своих лап добычу. Но…
Он взглянул вниз. Под ним медленно проплывали верхушки высоких деревьев, густые чащи тропических растений. Вот из зарослей показалась острая скала, еще, еще… Стрекоза летела, вероятно, на высоте около двухсот метров. Упасть с такой высоты вниз без парашюта, — нет, на это он не согласен.
Гнев исчезал, сменяясь тем холодным спокойствием, которое всегда проявлялось у Гуро, когда он чувствовал настоящую и серьезную опасность. Мозг напряженно работал, отмечая все малейшие перемены положения его тела, все малейшие движения хищника.
Охотник чувствовал, как время от времени сжимаются лапы стрекозы, словно хищник проверял, жива ли его добыча. Ничего не поделаешь. Нужно ждать. Главное, чтобы стрекоза не очень интересовалась им во время полета. Сядет же она когда-нибудь, наконец! Тогда… о, тогда Гуро не замедлит поговорить с ней как следует. А пока что — нужно сохранять полное спокойствие, не раздражать хищника, выдавать себя за почти мертвое тело.
Гуро свободно опустил руки и ноги. Он не шевелился. Вся жизнь его, вся энергия переключились на работу мозга.
Хотелось еще раз посмотреть на ракету, на товарищей. Но корабля уже не было видно, он исчез среди скал глубокого ущелья. Только красная точка знамени еще виднелась вдали. Гуро невольно вздохнул: удастся ли ему увидеть еще раз это знамя? И тотчас он упрекнул сам себя: это была неподходящая мысль. Никакого ослабления воли, никакого упадка духа! Только при этих условиях можно думать о спасении.
Самое ущелье Гуро видел хорошо. Он узнавал его по высоким скалам, торчавшим вверх, как пять растопыренных пальцев. Так вот как оно тянется, это ущелье… Настоящее русло высохшей реки, глубокое и неровное.
Ущелье извивалось среди леса. Оно образовывало неправильный полукруг. Высокие нагроможденные скалы закрывали один его конец. За скалами сверкающим серебром блестела большая река. Она текла почти рядом с ущельем. Дальше, справа, река впадала в большое озеро. Сюда же спускались крутые склоны ущелья.
Неожиданная смелая мысль мелькнула в голове Гуро. Он даже присвистнул:
— Вот какая картина!.. Ну, ладно, посмотрим!
Рука охотника подвинулась вдоль тела, нащупывая широкий карман на груди скафандра. Там лежал его маленький фотоаппарат. Гуро осторожно достал его и, не поднимая к глазам, направил объектив назад, в сторону ущелья, реки, озера, нажал на спуск. Провернул пленку, еще раз нажал. Так. Это уж будет верно. Спрятал аппарат. И вполне своевременно.
Лапы стрекозы теснее прижали его, подтягивая ближе к гигантской голове. Гуро не сопротивлялся, внимательно наблюдая сквозь стеклянные окна шлема, как медленно поворачивалась к нему голова стрекозы. Вот он увидел сжатые зубы хищника, несколькими острыми резцами сходившиеся к отверстию рта. Вот голова еще повернулась. Стрекоза хотела рассмотреть свою добычу.
Лапы ее подвинули человека вперед, еще ближе к голове. Гуро увидел, как повернулся к нему огромный, зеленый и прозрачный глаз. Собственно, это был даже не глаз, а множество маленьких глазок, выпуклых и ярких, в каждом из которых отражался его блестящий шлем. Все глазки, составленные как соты, образовывали один гигантский глав.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
