у меня и без того дел много.
— Ладно, пусть Радимир. Он согласился?
— Он взял время на раздумья, ну а потом с твоей помощью лишился поста.
— Угу. Понятно.
Сам того не зная, я оказал Владиславу большую услугу. Надо будет обязательно рассказать ему об этом. В конце концов, попытка перехвата протекции отняла бы у него много сил и времени. А если бы стала удачной — Влад лишился бы одного из источников доходов.
— Впрочем, было ещё кое-что, — продолжил Андрей. — Мартин прямо интересовался тобой. А после встречи сказал Радимиру что-то вроде: «Готовься, скоро господин Терновский принесёт в Дальнегранск войну».
— Значит, моя стычка с Бехтеевыми готовилась уже тогда?
— Ну-у… возможно, — Левин опять подвинул пустой бокал. — Дело в том, что потом он намекнул, что если остановить тебя сейчас, то город будет жить спокойно.
— Вот оно что, — сказал я. — То есть, получается, в тот раз вы не сами решили захватить моё дело? Вас надоумили Блэкспиры?
— Получается, да, — кивнул Андрей. — Удивительно, но я как будто только сейчас это понял. По словам Радимира мне казалось, что Мартин просто рассуждает о возможном, но теперь… Теперь-то я понимаю, что они намеренно натравили мой род на твой.
«И как, стоило оно того?» — едва не спросил я, но удержался. Это прозвучало бы слишком издевательски.
Я и без того неслабо надавил на Левина. А пока что мне надо было, чтобы он продолжил говорить.
Так что я сказал совсем другое:
— Благодарю за откровенность, Андрей. Это всё, что ты знаешь?
— Нет, не всё, — мотнув головой, сказал он. — Ты, наверное, сейчас думаешь, что Блэкспиры на стороне Молотова, да?
Я кивнул, потому что это и правда было очевидно.
— Всё не так просто. Видишь ли, через пару недель после Дальнегранска Мартин приезжал в Смоленск, к моему князю.
— Неужели? И о чём они говорили?
— Издеваешься, что ли? Откуда мне знать! — возмутился Левин. — Но я слышал слухи, будто князя уговаривали заключить союз с Москвой. Только слухи! Ни за что не ручаюсь.
Я крепко задумался. Любопытная получается картина. Выходит, что Блэкспиры и правда играют на обе стороны? Помогают и Москве, и Рязани. Ослабляют там, усиливают здесь.
А зачем? Ответ, мне кажется, простой. Чтобы в итоге разразилась война, и Блэкспиры смогли как следует нагреть руки на продаже оружия.
Скорей всего, цель именно такая простая. Просто для её достижения приходится прибегать к сложным уловкам.
— Если хочешь знать, что я думаю, — сказал Левин, — то Блэкспиры хотят столкнуть Рязань и Москву. Узнали, что между ними есть напряжение, и усиленно раскачивают лодку. Им-то неважно, кто победит, главное выгода.
— Наверное, ты прав, — отстранённо ответил я.
Сам в это время думал о том, а знают ли Блэкспиры о причинах конфликта? Или просто увидели возможность и вцепились в неё?
В конце концов, крупных войн между княжествами не было очень давно. Для продавцов оружия это будет нереально роскошная возможность заработать. Велико искушение подтолкнуть двух князей к битве.
— Если так, то это очень даже опасное дело. Ведь если Москва и Рязань столкнутся, могут вмешаться другие княжества. В стране начнётся гражданская война, — сказал я, вспоминая рассказ Влада о дедушкином «мятеже».
— Ну да, ты прав. Англичанам-то что? — Андрей фыркнул. — Переждут где-нибудь, или с радостью поучаствуют. А уж как руки нагреют — станут самым богатым родом в России.
— Я к тому, что неужели император обо всём этом не знает? Ведь Блэкспиры его прямые вассалы.
— Как и ты, — пробормотал Андрей. — Скажи, ты много знаешь о планах государя? Или он о твоих? Вы вообще хоть раз пересекались?
— Когда я был Тарковским, дважды видел его на балах и один раз был представлен, — сказал я.
— Поздравляю. Только сомневаюсь, будто император знает, что Эспер Тарковский и Эспер Терновский — один и тот же человек. У правителя слишком много забот, чтобы помнить каждого подданного, даже из аристократов.
Я пожал плечами. Не поспоришь. Всех князей император наверняка знает лично, а вот членов их семей — уже вряд ли.
Только вот между мной и Блэкспирами целая пропасть. Они действительно могущественный род. Один из них, насколько я знаю, занимает высокий пост в военном министерстве. Неужто государь не в курсе, что потомки англичан затеяли опасную игру?
— Пожалуй, это всё, что я могу тебе рассказать, — откинувшись на стуле, сказал Левин. — Надеюсь, ты сдержишь слово.
— Конечно, — кивнул я. — Не забудь про пушки. Доставку тебе придётся организовать самому. Мне, знаешь ли, запрещено появляться в княжествах. Моим людям тоже нежелательно.
— Сделаю, — буркнул Андрей.
— Теперь что касается «Мандрагоры».
Андрей заметно помрачнел. Он-то уже думал, что разговор окончен, и тут я упомянул его любимое детище.
— Знаешь, мы с Петром Бехтеевым почти подружились, пока он был у меня в плену. Да и потом случилось такое, что мы сблизились. В общем, он рассказал мне, что не только князь Молотов советовал его отцу напасть на меня.
