прорва работы.
Пора нанимать управляющего делами рода. И кандидатура у меня есть.
Сначала я думал повысить до этой важной должности Милославу, но потом передумал. Рыженькая секретарша была верной и трудолюбивой, но серьёзной ответственности боялась как огня.
У неё отлично получалось справляться с бумажной работой, вот пусть и продолжает ей заниматься. Будет главным делопроизводителем в «Рекламном агентстве Терновского».
А в качестве управляющего я рассматривал другого, тоже хорошо знакомого мне человека.
— Здравствуй, Степан! — постучавшись, я вошёл в кабинет бывшего начальника.
— Эспер! — тот обрадованно улыбнулся и тут же поправился: — Кхм-кхм. Простите, ваше благородие. Я по привычке.
— Да брось. Когда мы наедине, можешь звать просто по имени. Есть минутка? Я к тебе с предложением.
— Конечно, садись. Чаю?
— С удовольствием.
Мы со Степаном Вашиным немного поболтали о разном, а потом я перешёл к главному:
— Помнишь, зимой я предлагал пойти ко мне на службу?
— Помню, — кивнул Степан. — И до сих пор согласен.
— Тогда я готов предложить тебе должность управляющего.
— Управляющего чем?
— Делами рода, — будничным тоном ответил я.
— А-а… — у Вашина отвисла челюсть. — Ты серьёзно? Это же очень важная должность. Второй человек после главы рода!
— Ну, это с какой стороны посмотреть. Но в целом — да. Ответственность очень большая. Только я уверен, что ты справишься, — я поставил чашку с недопитым чаем на блюдце. — Я ведь работал под твоим началом и знаю, как ты заботишься о том, что всё было в порядке. Ты хороший начальник и в то же время грамотный исполнитель. Именно такой человек мне и нужен.
— Благодарю, — Степан почтительно склонил голову. — За оказанную честь и доверие. Я готов попробовать.
— Пробовать некогда. Как можно скорее увольняйся и принимайся за работу. Дела Терновских расширяются, мне срочно требуется помощь.
— Понял, — кивнул Вашин. — Сегодня же напишу заявление.
— Жду тебя вечером у себя. Обсудим твои обязанности и заодно выдам тебе первые поручения. Чтобы ты постепенно начал входить в курс дел.
— Договорились!
Я крепко пожал Степану руку и отправился к статуе деда.
«Светлейший князь Эспер Григорьевич Тарковский, основатель Дальнегранска», было написано на постаменте.
Ха. А ведь дедушка немного приврал. Ведь когда он основал город, уже не был князем. Впрочем, раз его отрезали от родового Источника и к тому же повесили блокирующий кулон, дед мог не стесняться. Врать сколько влезет. У него больше не было магических сил, на которые это бы повлияло.
Оставалась только честь. Но и с ней у деда были проблемы, учитывая его любовь к адюльтеру.
— Оставил ли ты после себя ещё что-нибудь, кроме старого дома и карты в подвале? — пробормотал я себе под нос, глядя на статую. — Не подскажешь?
Статуя промолчала. Следовало ожидать.
Когда я рассказал Добрану о том, в чьём доме мы живём, он не поверил. Домовой ведь знал деда лично, он и привязал его к семье Тарковских. Однако, выслушав рассказ полностью, всё же признал, что такое возможно.
— Знаешь, что я вдруг понял, Эспер? — сказал мне тогда домовой. — Я вдруг понял, что у меня потеря памяти.
— Как у тебя может быть потеря памяти? — удивился я. — Ты же дух.
— Вот именно. Похоже, что твой дед это сделал, — Добран поднял на меня глаза. — Ты вот сейчас рассказываешь про него, про войну с Рязанью, про то, как его сюда изгнали. А я вроде понимаю, что так оно и было, но ничего не помню.
— То есть он вырезал кусок из твоей памяти с помощью магии?
— Как-то так, видать. Не знаю. Придётся мне ещё раз весь дом сверху донизу обыскать! — Добраныч хлопнул по коленям и встал. — Я тоже уверен, что Эспер Григорьевич что-нибудь после себя оставил!
С Влоком я тоже побеседовал, но больше, чем раньше, он не смог мне рассказать. Жил старик, одинокий, баб любил водить и самогонку хлестал, как не в себя.
— Только звали-то его по-другому, — сказал банник. — Собутыльники, по крайней мере.
— Как?
— Семёном. Думаешь, специально скрывался?
— Статую себе при жизни поставил, а имя скрывал? — хмыкнул я. — Как-то странно, не находишь?
— И правда. Может, это вовсе не он был? Ты вот про кулон говоришь, против магии который. А я не помню никакого кулона.
После этого разговора с Влоком я задумался: а что, если правда? Не мог ли дедушка оставить дом какому-нибудь другому старику, а сам… что сам? Уйти на поиски приключений? Тайно вернуться в большую Россию?
Не знаю. Но обязательно доберусь до правды. Почему-то я уверен, что дед оставил после себя такое, что роща берегинь покажется после этого пустяком.
Тоже, кстати, задача. С которой надо разобраться. Пусть Добран как следует обыщет дом в поисках других тайников, а Милославе я поручил навести справки. Может, удастся вытянуть какую-нибудь ниточку.
