противника, укрывшихся неподалеку, и теперь активно отстреливающихся. Мимо меня проносились пули, они танцевали со мной под стрекот автоматных очередей. Засада! Я нагнулся, сжал зубы. Надеюсь, что выстрелы меня не застанут. Очень не хотелось быть подстреленным, спасаю никчёмную рыжую аристократку, так и не достигнув цели. А цель, меж тем, была в каких-то пятидесяти метрах. Так что же делать? Игорь слишком увлечён разборками с остальными врагами. Я спрыгнул вниз. Что ж, землекопы, пора вам отведать чего-нибудь острого.
Достав нож с бусиной, я размахнулся и ударил первую попавшуюся же цель. К моему удивлению, клинок отскочил от прочной чешуи. Что за гибриды? О прочной шкуре нам ничего не говорили.
Я не успел заметить, как они переключили внимание на меня. Почувствовал резкое головокружение и то, что глаза сами закрываются и я засыпаю. Ну, нет. Я намеревался закончить свои злоключения совсем не так.
Голова кружилась, невыносимо тянуло в сон. Я пытался поднять руки, опереться о землю, но тело меня не слушалось. Все четыре землекопа перестали ворчать и уставились на меня не мигая. Дело дрянь.
Я не заметил, как все же расслабился и лёг рядом с оцепеневшей Валерией. Для меня не было честью сражаться с тобой вместе, но сделать я, наверное, ничего не могу. Надо мной лежало огромное голубое небо. Глаза закрывались.
И в этот момент на краю ямы послышалось рычание, которое заставило меня открыть глаза. Мелькнул рыжий хвост, на меня уставились глаза-бусинки моей лисички. И тут же я почувствовал огонь в груди. Сон как рукой сняло.
— Спасибо, опять ты меня выручила!
Я почувствовал, как по моим ногам переступают когтистые лапы. Видимо, глубинные копатели решили, что я уже в их власти, они начали приближаться ко мне и снова весело заворчали.
Я почувствовал прилив адреналина, вскочил и ударил прямо в брюхо первой попавшейся твари, которая нависла надо мной, оскалившись.
Ах, так вот где ваше слабое место. Я увидел, как из её живота вываливаются неприятные зеленоватые кишки. Всё ясно. Три оставшиеся, почувствовав опасность, снова попытались подвергнуть меня гипнозу.
Я развернулся к аристократке и не долго думая дал ей пощёчину. Валерия резко замотала головой:
— Что? Где я? Что случилось?
Некогда рассуждать.
— Валерия, соберитесь. У них слабое место — живот!
Копатели бросились на нас, поняв, что игра проиграна. Один, самый шустрый, пытался дотянуться до моей шеи острыми зубами, но я не позволил. Лихо махнув ножом, я вспорол брюхо ещё одного хищника. Два оставшихся были скручены ядовитым плющом.
— Чего стоишь, помогай вылезти, — пробурчала Валерия, которой не понравилось, что я опять её спас.
Благодарности от аристократки мне и не требовалось.
Над ямой склонился Игорь Саламандров.
— Долго вы тут намерены прохлаждаться? — спросил он.
Валерия быстро выскочила из ямы на дорогу и бросилась вперед. А я бежал, чувствовал, как дергается глаз, и думал, что сделаю, когда встречусь с лицом к лицу с Петром Саламандровым.
Когда миновал поваленную машину, заметил придавленного колесом солдата. Остановился и помог двоим рядовым, которые уже пытались приподнять грузовик. Справились втроем не сразу.
В моей голове крутилась та сцена, после которой я и охочусь на аристократов. Я уже не сдерживал себя, мои кулаки непроизвольно сжались, я чувствовал внутри такой жар, что нельзя было потушить. Я шёл убивать его, или умирать самому.
Но в тот самый момент, когда я обогнул машину и оказался рядом с Петром Саламандровым, он стоял нос к носу с Алексеем, и они, похоже, крепко сцепились.
И тут я понял, где видел Саламандрова раньше. Он был тем человеком, который говорил с профессором Вернадским, и который присутствовал при вживлении мне кристалла.
Что, чёрт побери, это все значило? Я застыл в нескольких метрах от них.
— Что за дела, ты пропал и не отвечаешь! А сейчас смотришь на меня волком и ни капли не благодарен за спасение своей шкуры!
— Мы бы и сами справились! — говорил он, впрочем, полную ерунду. Не подоспей отец, от них бы уже мокрого места не осталось.
— Пусть так, я даже спорить не стану. С тобой с детства невозможно было договориться ни о чем. Но сейчас другое дело. Полетим домой, у нас срочные дела!
— Никуда “домой” я не полечу. Я больше не хочу быть Саламандровым!
— Ты в своем уме? Ты нужен роду! Ты аристократ, и…
— Ваша аристократия — пережиток прошлого и скоро вы пропадете!
— Что ты несешь? — Саламандров старший в первый раз обернулся по сторонам и понял, что за их разговором следят несколько десятков человек. — Ты опять влез в какую-то идиотскую затею?! — Он понизил голос.
— Это дело всей моей жизни.
— Делом твоей жизни должно быть служение роду!
Алексей рассмеялся. Я заметил, как мои бывшие сослуживцы незаметно сгруппировались и встали на некотором расстоянии за его спиной. Валерия стояла передо мной. Она тоже это увидела и начала медленно смещаться в сторону мужа. Игорь Саламандров стоял с напряженной спиной, сжимая и разжимая кулаки.
А что, пусть поубивают друг друга. Мне будет только лучше. А я потом прикончу победителя.
— Я не хочу служить роду, я служу людям!
После его слов по рядам военных прошел гул одобрения. Всем надоела власть магов. У них по праву рождения были все ресурсы, деньги, сила.
— Ты с детства был не таким, как мы! А ещё старший сын!
Пётр Саламандров сплюнул на землю. Он уже не смотрел по сторонам. От бешенства воздух вокруг него вибрировал, накалялся.
Краем глаза я заметил, как военные разбегаются, услышал шепот “наши аристократы сошли с ума, нужно уходить”.
— У меня свой путь, и будет свой род. Мы — за честное распределение магии.
— Ну и как её можно честно распределить, если она есть только у нас?
— Вот над этим я и работаю! Вполне успешно. Мы занимаем силу у аристократов, и даем обычным людям. И, знаешь, они не менее её достойны! Главное, чтобы все были равны.
— Ах, вот оно что… А когда сила аристократов кончится?
— Ну и пусть. В этом случае все опять будут равны.
Пётр Саламандров переглянулся с Игорем. Я видел, как тяжело он смотрел на среднего сына.
— Я тебя породил, я тебя и убью, — проговорил он, глядя на Алексея исподлобья, и двинулся в его сторону.
— Отец, постой! — Игорь Саламандров бросился ему наперерез.
И в этот самый момент в его спину попало заговорённое деревянное копьё, которое пригвоздило его к упавшему грузовику, как будто букашку на булавке. Бароны тебя дери, нихрена себе как у Вислоухова развился талант. Совсем
