class="p1">«Миномет — 1 шт»
«Бонус локации — колючая проволока»
«Бонус локации — минные заграждения»
«Бонус локации — дот»
«Босс — БМП»
Еще босс какой-то прибавился. На прошлых тренировках его не было. «БМП» — это что значит? Большой мускулистый пират?
— Известно ли тебе, как устроен наш легион, дитя? — поинтересовалась Люсия.
— Не-а, — помотал я головой, продолжая застегивать ремешки на ее теле.
— Мы отправляем людей на смерть, Люсия, — поделилась Люсия. — Шансы выжить минимальны, но именно это служит мощнейшим стимулом.
— Готово, — я одолел последнюю защелку, и встроенные в бронежилет блоки динамической защиты активировались.
Всего их было четыре. Первый и второй отвечали за генерацию магического щита. Третий обеспечивал сохранность при ультразвуковой атаке. Четвертый же предупреждал появление отравляющих веществ.
В случае если оператор брони зайдет в зону, пораженную нейротоксином, пространство вокруг него окрасится в зеленоватый оттенок. От яда это не спасет, но зато смерть будет не такой стрессовой. Зеленый — это цвет умиротворения.
— Риск — это наркотик. А мы те, кто дает первую дозу, — из-за ультразвукового блока защиты голос Люсии звучал искаженно, будто через рацию. — В легионе всё решает случайность. Бойцы постоянно играют с судьбой. Но это наша игра. Достаточно пару раз повлиять на результат, дать одну маловероятную победу, затем другую… И человек на веки вечные превратится в тупое животное, послушное и спокойное. Мы называем это «купить душу». Вся жизнь такого существа будет вращаться вокруг попыток повторить свой успех. Мы воспитываем тягу к риску, Люсия. И когда приходит время. Мы открываем нашим зверушкам последнюю, самую большую игру, где ставкой станут их жизни. Будь уверена, отказать не сможет никто.
Ясненько… Так вот почему мне постоянно чипсы в столовке выпадают, хотя шанс всего семь процентов… Это меня так на риск подсадить пытаются.
— Пора! — истерично закричал командир.
«Пора», — повторил я про себя. В этот раз опозориться нам никак нельзя. Зрителей хоть и кот наплакал, но все они представляют для меня интерес.
Во-первых, посмотреть на нашу симуляцию пришла Эйра. За ней притащился и лысый карлик вместе с канибалкой. Это трио за последние семь дней стали местными знаменитостями. Их ненавидели, их обожали, один раз комиссар лично пытался выгнать их прочь из легиона. Вся троица стоически отказалась, выказав желание и дальше оставаться в отряде самоубийц.
Вторым важным зрителем оказалась Ливия. Ее я вообще в самый последний момент заметил. Ледяная королева сидела подаль ото всех, за столиком. А ее зонтик от солнца держала девочка-моди. Мы только улыбочками успели обменяться. Уж не знаю, что она забыла в Легионе Черв, но надо показать ей, насколько я силен. Чтоб неповадно было впредь сосульками кидаться.
— Я готова, — протрещал голос Люсии. Девушка незамедлительно встала, распрямившись в полный рост.
Со свистом в голову ей вошло несколько искрящихся пуль. Аристократка безжизненным камнем рухнула вниз. Встрепенулась, резво перекатилась на спину и, плюясь помехами, начала махать перед собой руками, пытаясь выбить засевшие в магическом щите огоньки.
— Ай, ай, — руки Люсии касались раскаленных снарядов, забавно дергались, но потом снова повторяли попытку.
— Я сейчас, — к ней подлетел Туз и гранатной сумкой в несколько махов отбился от стаи светлячков.
Последний огонек упал на дно окопа и, прогорев, сделался дымящимся металлическим цилиндриком.
— На шарики с краской не похоже, — поделился я наблюдением.
— Боевые, — обмотав руку сумочным ремнем, командир поднял одну из пуль. — С хрена ли лысого по нам боевыми шмаляют?!
— Может, в честь финального дня недели, — предположил я. — Это ж наш первый экзамен. Тут и босс появился.
«Внимание, технический сбой», — опроверг меня голос с небес. «Оставайтесь на своих местах».
— Ну или кто-то хочет нас убить, — пожал я плечами.
Уж во что во что, а в технические сбои с боевым оружием я не верю.
— Это из-за меня, — подала голос Люсия. — Извините.
Ха, тут мания величия, не иначе. Девочка, мир не крутится вокруг тебя.
Это, очевидно, проделки Сэл. Вероятно, она выдала куклам боевые патроны, пока никто не видел. Вот почему ее весь день сегодня не видно. Убить меня хочет.
Мимолетная тишина сменилась тараторкой от командира:
— Нам надо связаться с распорядителем, просто свяжемся, и он всё решит, да точно.
Командир начал лапать свою грудь, кое-как ухватился за рацию. Люсия бросилась к нему и рацию отобрала. Еще до того как жертва грабежа успела что-либо сообразить, девочка размахнулась и выкинула передатчик прочь из окопа. Затем повторила то же самое со своим.
— Ты что творишь?!
— Простите, простите, — резво поклонилась она, — так надо. Люциас, не могли бы вы?
— Оки-доки.
— Не вздумай… — взгляд командира медленно сопроводил полетную траекторию нашего последнего средства связи.
— А зачем? — задал я мучающий всех вопрос.
— Ну, наверное… Брат хочет меня убить. Вот, а раз так, то распорядитель с ним в сговоре.
Ага, брат. Братья так не поступают. Так поступают только сестры. Поэтому это всё Сэл виновата.
Следующими из окопа полетели две гранатные сумки.
— Куда?! — заорал командир, мертвой хваткой вцепившись в последнюю. — Куда?!
— Так надо, — ответила Лю, пытаясь эту сумку отобрать, — дедушка говорил, ах, что в сражении побеждает тот, кого невозможно просчитать. Нелогичными действиями мы создаем вокруг себя зону мнимого хаоса. Ах, мнимого, отпустите же, потому что сами мы знаем, что делаем, а для врагов это будет хаосом.
— Как мы защищаться будем, если ты всё оружие выкинешь?!
Надо сказать, оружия нам выдали самую малость. В легионе Черв всё решает рандом. Чтоб получить еду на завтрак, ты крутишь рулетку. Время тренировок определяется рулеткой. И оружие нам выдают то, которое выберет рулетка.
Сегодня в нашем распоряжении оказалась одна винтовка Мосина и три гранатные сумки.
— Простите, командир, — поклонилась аристократка, не прекращая попыток забрать последнюю, — вы мыслите логически, а логика предсказуема! Брат наверняка всё просчитал. Единственный выход это… Ти-ше. Тут камера.
В паре метров над землей завис белый шар. Его черный глянцевый глазок уставился прямо на нас. Не то чтобы это было чем-то необычным, камеры присутствовали на всех боевых симуляциях. Периодически мы даже разбирали записи сражений вместе с нейроинструктором. Вот только эта камера подлетела уж слишком близко.
— Моя милая сора, — поприветствовала камера механическим голосом, — во-первых, хочу передать слова благодарности от всей нашей семьи и от меня в особенности. Твое решение добровольно вступить в легион мы все приняли с большим пониманием. Ха-ха, ха-ха-ха. Здесь я посмеялся, если что, не знаю, записывает ли эта штука смех. Ха-ха. Вроде пишет…
Смеялась камера протяжным заунывным скрипом, какой можно услышать разве что на ночном кладбище, когда ветер играет с калиткой.
— За
