я. Сбавив обороты, продолжил: — А ты стрелять. Стреляешь и сразу вниз, поняла?
— Да! — Кивнула Лю.
Меня все еще мутило, поэтому встать на ноги я не рискнул. Просто перевернулся и уселся на жопу.
Стайка светлячков влетела в лицо и почти сразу отпрыгнула в сторону. Эти огненные снаряды раздражали похлеще двойной рекламы в интернет-роликах. Но есть и плюс, траектория полета пуль виднее некуда.
— Вон туда стреляй, — указал я пальцем на лесополосу. — Там березка, красива, что деревенская девка. Рядом с ней ее маленькие детишки-бирюзатки бегут. Бери чуть левее левого ребенка.
Люсия уверенно встала, вскинула руку и сжала кулак. Пространство исказилось. Перчатка создала линзу.
— Солнечная нить, — произнесла заклинание девочка.
Пламенистый луч прошил пространство, срубил бирюзатку и поджог сидевшего под ней буратину. Огневая точка превратилась в огненную. Люсия нырнула обратно.
Мы воевали с ее братом не только в том смысле, что он устроил ловушку. Валет, как и Рома номер два, обладал некро-хаорой. То есть всех кукол контролировал он. Тренировки так и проходили, некр на одной стороне, отряд на другой.
Наш отряд, правда, не явился. У всех там очень важные дела на сегодня появились. Ну и ладно, мы и втроем управимся.
— А вон там два суровых берёза склоняют к групповым шалостям узенькую берёзку-стесняшку. Прямо под стесняшкой еще один хмырь сидит.
Луч срезал и его. Осознав всю бесперспективность сложившейся ситуации, уцелевшее полено поспешило отступить в зону депо.
Пока идем неплохо, как мне кажется. Наступление отбили успешно, врагов осталось всего ничего. В общем, чувствую высокие баллы от нейроинструктора.
Немного передохнув, я объявил контрнаступление. Приведя командира в чувства, мы выдвинулись в погоню. С собой я захватил последнюю гранатную сумку, хоть Люсия и возражала. Винтовку доверили нашему капитану.
— Итого остался один автоматчик и один пулеметчик, — сосчитал я. — А также не забывайте про пирата.
— Пирата? — переспросил Туз.
— БМП, — пояснил я.
— А, понял.
До лесополосы шли молча. Только непрерывной мелодией звучали хлюпанья и чпоканья ботинок.
«Поля первой мировой» — просто отвратительнейшая локация. После нее минимум час уходил на то, чтобы отскрести грязь с… Да в общем-то со всего.
Где-то ближе к центру зоны симуляций есть место, называется «средне-канская школа», мы там один раз были, бомбы обезвреживали. Вот это лока что надо. Воевать там — одно удовольствие. Надеюсь, у демонов всё в порядке с вопросами образования и около Сердца будет полным-полно школ.
Выйдя к лесополосе, мы, не сговариваясь, принялись чистить подошвы о корни деревьев.
— Вы извините, — обратился командир, закончив соскабливать грязь. — Страх взял верх.
— Это мне нужно просить прощения. Из-за меня ведь началось, — опустила глаза Люсия.
— Дальше пойдем змейкой, — озвучил я план. — Туз между мной и семеркой, чтоб с обеих сторон был прикрыт щитом.
И мы пошли.
Стоило только покинуть заросли, как нас встретили бонусы локации, причем сразу все. Нам предстояло пройти по земляному полю, вдоль и поперек уставленному колючей проволокой и минами. Затем забраться по насыпи и взять штурмом бетонный дот. А внутри, наверное, пулеметчик.
Эх. Не понимаю я, зачем нужны такие тренировки. Показывали бы нам просто фильмы с Брюсом Уиллисом, там и знаний больше, и не устаешь так сильно. А на симуляциях этих только ходишь и ходишь.
Ладно уж, делать нечего. В конце концов, экзамены — это битва за бюджет. Если успеем обогнать другие команды, нам выделят кучу денег на артефакты и снаряжение.
Глава 28
Отряд выдвинулся. Я шел первым и шел напрямик. Пред моей силой пафоса колючка плавилась, а рыжие капельки металла раздувало в стороны. Мины так и вовсе были самым бесполезным оружием. Хаора их отлично чувствовала, и наступить на мину мог только совсем уж законченный идиот.
— Ой.
Мы с Тузом обернулись на этот смущенный «ой» и по положению Люсиной ноги тут же поняли, в чем дело.
— Но как? — простонал я.
— Простите…
— Нет, это моя вина, — покачал головой командир. — Я слишком надолго задержал хаору на этом участке. Ты просто не могла ее почувствовать.
— Всё, хватит, — шикнул я. — С этого момента у нас запрет на извинения. Я знаток психологии и могу вам точно сказать, что вы двое…
Под моим взглядом парочка сокомандников понурилась.
— Вы бессознательно ведете себя так, чтобы потом было за что просить прощения. Всё. Запрет! Больше нельзя.
— Не стоит тратить силы на злость, — посоветовал командир. — Лучше придумаем, как выйти из этого казуса. Предлагаю сварить мину.
Уффф.
— Вот! — расчехлил я свою бухтелку. — Именно об этом я и говорю. Мы начнём её варить, во-первых, хотелось бы узнать как, но допустим. Мы начнём ее варить, она сдетонирует. Вот этой вот, — я пробежал глазами вдоль Люсии, — оторвёт ногу, а ты, капитан, скажешь: «Ой, простите, перепутал мины с гранатами». Знаете, что…
Я взял Зутфирсветофора за плечи, развернул и подвел вплотную к девушке. Сцепил их вместе, заставив обняться.
— Эй, че-че-чево? — покраснела аристократка, но командира всё же обхватила.
— В чем суть, Люциас? Не думаю, что это уместно.
— Пофиг, — ответил я. — Теперь вы оба в зоне покрытия щита, а значит, вам ничего не угрожает. Стойте тут, а я пошел, закончу зачистку.
Не успел я и шага ступить, как сзади раздалось:
— Извини, но-но я возражаю.
— Можешь перед ним извиниться, — повернулся я, — А он извиниться перед тобой. Когда меня нет, можете извиняться сколь душе угодно. Удачи.
Всё, с меня хватит. Я вожусь с этим детским садом уже всю неделю. Думал воспитать настоящих бойцов, понимаете ли. Да даже сегодня я дал Люсии пострелять, хотя мог разобраться со всем сам.
И командира захватил, а ведь более бесполезную способность, чем у него, сложно даже придумать. Ладно еще в настоящем бою, там он сможет захватывать сознания врагов. Но у кукол-то сознания нет!
Надоели эти вечные проблемы. Причем они преследуют нас с самого начала тренировок. Помниться, на первой симуляции Сэл бахнула такой взрыв, что половина класса контузии получила.
Кто-то постоянно себе что-то ломает и травмируется, а ведь до сегодня стреляли в нас исключительно шариками с краской. В общем, надоело. А у меня еще и дуэль через час. Надо закончить симуляцию, принять душ и отобедать. Вот укокошу Валета, и возьму перерыв. Пару дней вообще ничего делать не буду.
Отойти от сладкой парочки я не успел. Очередь вспышек мигнула в окошке дота, а сразу после мой щит прошила тяжелая вереница пуль. Причем прошила насквозь, лишь на несколько сантиметров разминувшись с моим лицом.
Громко выругавшись, я бросился обратно, в два
