оборачиваться или ему требовалось несколько больше времени.
Больше, чем мне. Мне настолько сильно хотелось попасть в пещеру, что перекидываться обратно я научилась раза с восьмого. Правда, получилось у меня это один-единственный раз, после чего продолжать тренировки я отказалась категорически.
Снег снаружи усилился, ветер не щадил, а холод пробирал до самых костей. Да и принцип, рассказанный Адри — братом Рейтара, — я усвоила хорошо. Для любой драконьей магии требовалось умение концентрироваться, чего мне было не занимать.
Ну а что? Сама себя не похвалишь — всякие хвостатые не расскажут!
— Первый кусочек голодному ребенку! — командовала я, следя за раздачей.
Второй мясной кусище достался мне. Наверное, исключительно для того, чтобы я уже заткнулась и перестала мельтешить, но кушать и вправду хотелось до невозможности. Создавалось впечатление, что я сейчас могла бы съесть даже дракона, хотя такое сравнение, конечно же, не подходило.
Обжигая язык и пальцы, дуя на них, я почти не жевала, проглатывая горячие кусочки. От удовольствия хотелось даже не мурчать, а рычать, но я старалась вести себя если не тихо, то хотя бы приемлемо. Здесь были те, кто не ел гораздо дольше меня и вообще едва на ногах держался, но их поведение даже не намекало ни на один из этих фактов.
Все они вели себя достойно.
Когда первый голод был утолен, атмосфера в пещере заметно изменилась. Даже я сама повеселела, пригревшись в сытом тепле. До тех пор, пока не настало время вопросов и ответов.
— Леди Амелия, мы с супругой хотели бы поблагодарить вас за заботу о нашем сыне. Рейтар рассказал мне о вашем участии в их жизнях, — вежливо обратились ко мне.
— Рада, что смогла помочь им, — со всем почтением ответила я и тут же поправила, чтобы не вводить никого в заблуждение: — И я не леди. Я старшая дочь своего отца, но моя мать была не из благородных.
— Но у вас благородное сердце. Кроме того, вы последняя снежная драконица на всем белом свете, прямой потомок некогда великого правящего рода, и пока этого достаточно, — мягко добавила Эльда. — Рейти уже поведал нам о том, как вы, к нашему счастью, умудрились сюда попасть, но нам хотелось бы узнать подробности. Как вам удалось не заледенеть при переходе через портал?
Это был странный вопрос. О том, что мы с Кирюшей единственные, кто не застыл в качестве ледышки среди сизых гор, я как-то до этого момента не задумывалась. Проваливаясь в портальное кольцо, что имело особые свойства, я не почувствовала ровным счетом ничего необычного, но, как оказалось, о попытке влияния на нас чужеродной магией говорило покалывание, которое я списала на обыкновенный мороз.
— Может быть, все дело в том, что мы с Арскилем единственные переправлялись в своих драконьих ипостасях? — предположила я, ибо других идей у меня не было.
Все-таки драконья шкура не зря являлась самым крепким материалом и ценилась на черном рынке. Вполне возможно, что той концентрации, заложенной в портальный камень, не хватило для воздействия на нас.
— А можно узнать? — спросила я с осторожностью и, получив кивок, продолжила: — А как вы разговариваете с братом?
— Скажем так, мысленно, — ответил мужчина, передавая заснувшего сына в руки супруге. — Рейтар отличный маг. Развитая им сила осталась при нем несмотря на долгожданное обретение драконьей ипостаси.
— А как он ее обрел? — полюбопытствовала я.
— Этот вопрос нужно задавать вам, леди Амелия. Я ответа на него, к сожалению, не знаю.
Несмотря на явные намеки на мое участие в произошедшем, я понятия не имела, как так получилось, что Рейтар обрел своего зверя, но решила на этом внимания не заострять. Тем более что собравшиеся в тесном кругу перед костром начали обсуждать свое появление на этом негостеприимном плато.
Почти каждый называл разные годы, разные месяцы своего заточения в ледяной плен, но одно обязательно оставалось неизменным — прямое воздействие леди Грайверс. Среди неугодных оказался даже ее супруг, которого давно считали погибшим. Бедный лорд не без неудовольствия поведал нам о маниакальном желании его супруги вознести их род, а именно — возвысить старшего сына.
— Но почему именно Эрмоса? — не утерпела я, желая разобраться. — Простите, что перебила.
— Ничего, — неловко усмехнулся лорд Грайверс потрескавшимися губами. — Ему достался дар матери, но если моя супруга владеет лишь отголосками собственных ледяных чар, то Эрмос очень силен, хоть и старается это не демонстрировать. Лайла же искренне считает, что этот дар — прямой родственник снежной магии, а она сама — прямой потомок прошлой правительницы.
— У вашей супруги есть этому доказательства? — совершенно спокойно уточнил брат Рейтара.
Я диву давалась, как легко и непринужденно они себя ведут в такой, казалось бы, неоднозначной ситуации. Одно слово — драконы.
— Ни одного, что не мешает ей продолжать так считать и отправлять неугодных подальше от себя. Как видите, в список ее недругов попал даже я. Впрочем, к этому я как раз был готов. Всегда носил с собой портальный кристалл на случай непредвиденных обстоятельств, но все предугадать все равно не сумел.
— И этот камень есть сейчас при вас? — с надеждой спросила немолодая женщина, имя которой я так и не запомнила.
— Был. Но к сожалению, я видимо, где-то умудрился его обронить.
— Эм… — протянула я смущенно. — Фиолетовый такой?
Камешек, который так сильно понравился Кирюше, действительно оказался тем самым портальным кристаллом. Цвет его был обусловлен даром, который применялся для его создания. И вот все бы ничего — у нас у всех имелся реальный шанс выбраться из этого снежного плена, но существовало одно ма-а-аленькое но.
Камешка у спящего дракошки на данный момент уже не было. Он вместе с другим добром находился в моем кривеньком иглу, который был без стеснения разрушен одной красно-чешуйчатой махиной, чья попа в выходное отверстие однозначно не пролезла бы.
Но это был наш единственный реальный шанс на спасение. Каким бы большим ни был Рейтар, как бы хорошо он ни знал теорию драконьей жизни, чтобы превосходно применять ее в реальности, а переправить нас обратно в Королевство Пылающих на себе он не мог.
И это было не его
