навредишь, то не сможешь жить с этим. Поверь мне, я знаю, что такое жить, зная, что совершила ужасную ошибку.
– О, Гвен, секс с Ричардом не был твоей ошибкой. Ты предала меня задолго до этого. С тех пор, как Ной вернулся в твою жизнь, ты идолизировала его, как делала всегда. И ты всегда, всегда выбирала его, а не нашу дружбу, даже когда он помешал тебе жить на полную катушку. А когда ты наконец очнулась и бросила его, то просто домогалась внимания кучки ничего не стоящих мужиков, вместо того чтобы прийти ко мне. К твоей лучшей подруге.
– Я не могла. После того, что натворила.
– Это полное дерьмо, Гвен. Я смотрела, как ты оплакиваешь Ноя, но как насчет меня? «Здесь, если понадоблюсь»? Курам на смех. И знаешь, что смешнее всего? Я всегда говорила это. Ты никогда не повторяла в ответ. Знаешь почему? Потому что тебя никогда не было рядом. Так что теперь тебе придется страдать в одиночестве, прямо как мне.
– Я оплакивала. Я оплакивала не Ноя. Теперь я это понимаю – это была вина. Я никогда больше не была бы счастлива, после того что тебе сделала.
– Так виновата, что была готова просто позволить мне слепо заключить этот отравленный брак? С этим человеком, который не может удержать свой член в штанах дольше десяти минут?
– Я думала, думала… – Я замялась. – Я думала, что так защищаю тебя.
– Ты защищала себя. И посмотри, куда это привело, – заключила Сара.
Я опустила шокер и медленно подошла к ней.
– Ты права, – тихо сказала я. – Я должна была тебе рассказать.
– Брось шокер, Гвен.
Я подошла еще ближе.
– Я сказала, брось его, – рявкнула Сара.
Я остановилась прямо перед Ноем и Сарой, держа шокер над головой. Медленно наклонилась к лицу Ноя, так близко, что наши губы почти касались. Я прислонилась своим лбом к его и закрыла глаза.
– Мне жаль, – прошептала я.
А потом, одним быстрым движением, ткнула шокером в живот Ноя и нажала кнопку. Раздался громкий треск, блеснула голубая электрическая вспышка, и от шока моя рука отскочила. Глаза Ноя закатились назад, голова упала на грудь, и он скатился на землю.
– Теперь я могу выстрелить, – произнесла я, целясь шокером прямо в лоб Саре. – Брось нож.
Она бросила его, и он с лязгом упал на каменную плитку. Я пнула нож, и он проскользнул по полу в сторону Ричарда.
– Что… что ты делаешь? – спросила Сара дрогнувшим голосом.
– Я отпускаю тебя.
Глава 44
Итак, помните список моих худших поступков? Так вот, обновленная информация, совершенно новое дополнение, которое автоматически попадает на первое место. Это нечто совершенно ужасное.
Я кое-что поняла. Я могла перечислить миллион глупостей, которые совершила (правда, а кто ни разу в жизни не облажался). Но сюда, с шокером, нацеленным в голову лучшей подруге, меня привели не мои ошибки – это была вера в то, что если похоронить их достаточно глубоко, все будет хорошо. Пришло время стать хозяйкой своих решений, а не позволять им владеть мной.
Так что да, я собиралась безнаказанно отпустить серийную убийцу.
Сара стояла передо мной с открытым ртом, ожидая следующих действий.
– Я сделала выбор. Я выбираю тебя, Сара. Как и должна была поступать всегда. Ной, все остальные, они тут ни при чем, это касается только нас с тобой. Так что давай. Беги. А когда здесь появится полиция, я скажу им, что ты сбежала. Ричард подтвердит. Ты согласен, Дикки?
Ричард безропотно кивнул. Я повернулась обратно к Саре, которая смотрела на меня как на ненормальную.
– Если уйдешь сейчас, то успеешь в аэропорт, пока тебя не начали искать.
Сара колебалась.
– В конце концов они найдут меня.
– Да, найдут, – согласилась я. – Тебе не удастся выйти сухой из воды, Сара. Однажды тебе придется заплатить за то, что ты сделала. Но я дам тебе фору. Шанс попрощаться с семьей. Либо так, либо оставайся тут и дерись со мной насмерть, но шокер, так уж вышло, у меня.
Она стояла, в потрясении уставившись на меня.
– Почему? – спросила Сара. – Почему ты это делаешь?
Я заколебалась. Хороший вопрос. Я думала о расставании с Ноем, о потере папы, о том, как в самые ужасные моменты, когда казалось, что все разваливается, со мной всегда была Сара. Так что да, может, это окажется моим худшим поступком, но, по правде говоря, я была должна ей.
– Здесь, если буду нужна тебе, помнишь? – спросила я.
Сара почти незаметно кивнула.
– Будем считать, что мы квиты, – спустя некоторое время ответила она. С этими словами Сара последний раз взглянула на меня, на своего хнычущего жениха, прошла мимо и вышла наружу.
Вот так все и кончилось. Я упала рядом с Ноем, подняла его голову и пристроила ее на своем плече. Он обслюнявил мой рукав.
– Хороший мальчик, – сказала я.
В изнеможении я оперлась об стул, пока не услышала наконец звук полицейских сирен, который эхом отражался от витражных окон.
Эпилог
– Почти идеально, – крикнула я в сторону кухни, отпив глоток свежезаваренного чая.
– Почти? – раздалось из глубины холодильника. – Слишком много молока?
– Я не про чай, а про это, – сказала я, обводя рукой комнату.
Стоял воскресный полдень. Фоном работал телевизор, где тихо бубнило какое-то американское кулинарное шоу, в котором дружелюбного вида женщина пекла гигантские улитки с корицей в самой большой духовке, которую я когда-либо видела. На мне все еще была пижама. Глядя, как женщина одним плавным движением поливает булочки глазурью, я потянулась к тарелке горячих, смазанных маслом тостов, стоящей на кофейном столике. Я взяла самый большой кусок.
– Что я упустил? – Обри присел на диван рядом со мной. – Джем? У тебя в холодильнике мышь повесилась.
Я проигнорировала вопрос. Я не рассказала Обри детали случившегося в церкви, но позволила ему присвоить себе лавры за раскрытие дела и спасение Ноя с Ричардом, так что получила несколько положительных очков.
Прошло две недели, и полиция подбиралась к Саре. Они знали, что она улетела в Ванкувер из Гатвика, но до сих пор уходила от поимки. Меня убедили, что в Канадской службе разведки и безопасности работают лучшие из лучших и ее поимка была лишь вопросом времени. Я знала, что, когда это случится, мне придется ответить на многие вопросы. Но сейчас над нами светило солнце. Весна наконец пришла.
Чарли назначили условный срок. Ричард продал свою историю «Мэйл онлайн». Я получила назад старую работу. Поразительно, но
