Оценка стимулов
Помимо идентификации экономических каналов, которые приводят в движение коэффициент капиталовложений, эту систему данных можно использовать для оценки воздействия стимулирующих инициатив правительства на частные капиталовложения (и, если уж на то пошло, на ВВП). Программы, увеличивающие дефицит, как показывают упомянутые выше регрессии, имеют побочный эффект, выражающийся в подавлении частных капиталовложений, главным образом в результате уменьшения валовых внутренних сбережений. Такие программы, как было отмечено в главе 9, связаны, прежде всего, с необеспеченной фондами частью льгот, предоставляемых физическим лицам.
Таким образом, оценка правительственных программ стимулирования требует не только определения позитивного вклада в экономический рост, но и признания того, что они нередко дают нежелательный эффект в виде сокращения частных инвестиций. В такой ситуации необходимо определять чистый стимул, который, конечно, может оказаться и отрицательным.
Закон о восстановлении экономики и реинвестировании, принятый в начале 2009 г., является хорошим примером. В течение первой половины 2012 г. на программу было затрачено более $670 млрд. Применение моего уравнения для коэффициента капиталовложений с определенными ограничивающими допущениями дает, как видно в примере В.1, значительный отрицательный эффект. Однако для преобразования этого результата в потерю капиталовложений необходимо решить, какой знаменатель, денежный поток, следует использовать в расчете коэффициента капиталовложений. Выбор имеет значение потому, что вследствие явно временного взлета производительности после 2009 г. денежный поток нефинансового сектора вышел за пределы своего относительно узкого диапазона, а это подразумевает более значительный отрицательный эффект в отношении коэффициента капиталовложений, чем тот, который обусловлен одной только правительственной политикой. Сохранение денежного потока на уровне его доли в валовой добавленной стоимости нефинансового сектора в четвертом квартале 2008 г. (до принятия закона о восстановлении экономики и реинвестировании), равной 16,4 % (по существу допуская продолжение его роста теми же темпами, что и валовая добавленная стоимость), например, вместо фактического среднего процента в период с 2009 г. до середины 2012 г., составляющего 19,1 %, показывает отрицательное воздействие на инвестиции в нефинансовом секторе в размере $165 млрд в период с 2009 г. до середины 2012 г., давая чистый стимул, равный $507 млрд. Однако не все эти средства пойдут на увеличение ВВП и обеспечение занятости.
Воздействие «стимула» на ВВП зависит от того, как он повлияет на доходы и расходы на товары и услуги, которые и определяют ВВП. Бюджетное управление Конгресса конвертирует валовый стимул размером $670 млрд в целый спектр эффектов в течение трех с половиной лет после принятия закона о восстановлении экономики и реинвестировании, которые должны принести в ВВП от $200 млрд до $1100 млрд. Но есть еще одно, более проблематичное допущение, связанное с тем, что коэффициенты, определяющие воздействие на ВВП, по-прежнему берутся из макромоделей, которые не смогли предсказать кризис.
Капитальное стимулирование против налогового
Как отмечалось в главе 4, изменения стоимости акций играют чрезвычайно важную и, на мой взгляд, недооцененную роль в экономической активности. Существуют разные взгляды на то, что заставило экономику развернуться в 2009 г. На поверхности лежит закон о восстановлении экономики и реинвестировании, в соответствии с которым финансовая поддержка началась в конце первого квартала 2009 г. и составила $670 млрд к середине 2012 г. Не так заметен прирост капитала (капитальный стимул), который начался в то же самое время и составил $5 трлн к середине 2012 г. Вместе с тем темпы расходования прироста капитала и, например, пособий по безработице различаются очень сильно. А главное, прирост капитала почти всегда нужно конвертировать в деньги, прежде чем его можно будет расходовать. Домохозяйства и компании должны либо заимствовать (под обеспечение в виде прироста капитала), либо сократить существующие денежные позиции, либо сделать и то и другое. В любом случае частные национальные сбережения, при прочих равных условиях, должны сокращаться на сумму увеличения потребления и капиталовложений.
Темпы расходования у домохозяйств и компаний определяют и характеризуют влияние капитального стимула на ВВП[26]. Я пришел к выводу, что 2,0 % чистой стоимости активов домохозяйств ежегодно расходовалось на личное потребление в течение последних четырех десятилетий (пример 4.5). С учетом того, что уровень чистых активов домохозяйств в 2009–2013 гг. составлял в среднем $65 трлн[27], расходы на личное потребление выросли примерно на $6,5 трлн за эти пять лет. Включение значительного влияния роста цен акций на инвестиции компаний в основные средства в эти годы (примерно $875 млрд повышает размер капитального стимула почти до $7,5 трлн что значительно больше эффекта федеральных налоговых стимулов за пятилетний период.
Эти два источника стимулирования (налоговый и капитальный) складываются друг с другом, однако налоговый стимул неизбежно добавляет $670 млрд к федеральному долгу, или 4 % к отношению долга к ВВП. Эту величину необходимо вычитать из чистого стимула (в дополнение к отрицательному эффекту дефицита), о чем говорит большинство исследований, но ее порядок неясен. Капитальный стимул увеличивает частный долг, но не федеральный.
Запуск печатного станка
Понятно, что центральные банки могут восполнять любой недостаток сбережений в экономике путем выпуска новых денежных ресурсов (т. е. печатания денег) и, таким образом, удовлетворять потребности правительства, превышающие доступные сбережения, без каких-либо последствий, но лишь до тех пор, пока держатели существующих требований на товары и услуги не начнут предъявлять их с целью приобретения товаров и услуг[28]. Когда такие резервы направляются на приобретение товаров и услуг, не обеспеченных соответствующим увеличением производственной мощности экономики, как показывает история, на горизонте появляется значительная инфляция, которая в конечном итоге снижает покупательную способность оставшихся избыточных резервов и восстанавливает баланс между денежной массой и уровнем цен (пример 13.1).
Пояснение В.1. Налоговый стимулВсеобъемлющие программы налогового стимулирования 2009 г. продемонстрировали практические недостатки массированного вмешательства. Эти программы исходят из того, что влияние комплекса налоговых послаблений и увеличения расходов на американскую экономику можно точно оценить и выверить с помощью традиционных макромоделей. Однако эти модели не позволили предвидеть самое важное экономическое событие нескольких десятилетий (кризис 2008 г.). Более того, с учетом статистической структуры существующим моделям присущи значительные изъяны[29]. Разве может внутренняя структура моделей, которые давали такие плохие результаты, быть информативной для определения направленности и результатов налоговых программ[30].
Приложение C
Примеры
Комментарии
1. Статья 13 (3) впоследствии была отменена законом Додда — Франка.
