Читаем без скачивания Попутный ветер - Татьяна Лыткина

— Матти! — слабо позвала Лиэлл, в то время как взгляд ее устремился в сторону Коулса, которого освобождал Тео. — Матти, Риаллт здесь?

— Я здесь, элиана, — рядом оказался тот самый серьезный соэллианин.

У Майкла неожиданно проснулось ощущение, что он где-то видел этого мужчину раньше. Видел. Определенно. И имя слышал. Где, когда? В доме на Тибре он никогда не бывал. На несколько секунд Колтейк забыл обо всем — об умирающем Коулсе, о девушке на руках, о том, что ничего не закончилось и они еще, возможно, в опасности. Он неотрывно смотрел на Риаллта, пытаясь вызвать в упрямо молчащей памяти обстановку — звуки, запахи, интерьер места, где мог видеть это спокойное, красивое, чуть жестковатое лицо и светлые серо-голубые глаза.

Лиэлл усилием воли выпрямилась, отстранила Майкла, сделала шаг к Тео с Полом, чуть покачнулась, Колтейк, спохватившись, снова поддержал ее под руку.

— Помоги, ты сможешь. Спаси его, Ри. Сделай все возможное, ради меня. Ради нас, — соэллианка прерывисто вздохнула и снова обмякла на руках Майкла.

«…пока они не сделают все возможное. Я же не могу просто так уйти», — четко прозвучали в его голове слова Лиэлл, сказанные не здесь, не сейчас, но сказанные — с болью, с надрывом, со слезами. Где, когда, зачем она говорила их? И почему это связано с Риаллтом?

Риаллт уже был рядом с Тео, колдовал над лежащим в кресле Коулсом.

— Виктор, вы сможете вынести отсюда Лиэлл? — как сквозь туман, доносился до Колтейка голос правителя Соэллы. — Я отпущу с вами одного из моих сопровождающих, он будет прикрывать вас на всякий случай. Ловите селлит и возвращайтесь в гостиницу. Мы останемся, потом Риаллт и… Тео отвезут к вам… Пола, — странные заминки. Как будто ему тяжело называть эти имена.

Ну, конечно. Он знал их под совсем другими именами. В том, что они встречались с Матиэллтом и раньше, Майкл уже не сомневался. Это было просто, элементарно и логично. Раз Лиэлл была с ними знакома, значит, и ее брат тоже мог знать их в прошлом.

Виктор вызвал селлит-такси, гибрид легкого скутера и маленького четырехместного флиппера. Он пропустил на заднее сиденье Колтейка, помог ему усадить рядом Лиэлл, а сам с соэллианином занял переднее. Виктор с сопровождающим молчали, Лиэлл, кажется, то ли спала, то ли просто была без сознания, но дышала ровно и спокойно. У Майкла было время немного привести в порядок собственные мысли и обрывки видений, мелькающих перед глазами.

Когда был подписан первый договор Земля — Соэлла, это сделал со стороны Империи сам Матиэллт. А было это через пять лет после возвращения Первой Межзвездной, и перед тем, как Матиэллт лично принимал участие в… черт… И он был там, сам. Он стоял рядом с Пашкой, когда Матти говорил что-то о любви и счастливом стечении обстоятельств, благодаря которым произошла встреча этих двоих, которые сейчас вступают в брак по законам Земли и Соэллы.

Майкл откинулся на сиденье, запрокинул голову, бездумно ловя взглядом чуть сероватые облака. Мысли перескочили к той фразе, что неотрывно преследовала его последние четверть часа. «Я же не могу просто так уйти…» — и Ли на фоне иллюминатора, полного звезд. Голова вызывающе поднята, а в глазах — слезы, и губы подрагивают. И Пашка оказывается рядом… Стоп. КТО? Это же Пол, Пол Коулс. Но он же и…

Такси затормозило у гостиницы, где они остановились утром. Виктор и соэллианин буквально вынесли из аппарата Лиэлл, Майкл направился к зданию за ними, едва замечая, куда идет. Когда заходили в лифт, пришлось немного вернуться к реальности — не пустить за ними желающих помочь служащих гостиницы. Зато, когда они попали в номер и Сэлдон с соэллианином занялись приведением в чувство Лиэлл, Майкл ушел в свою с Виктором комнату. Дверь закрылась. Некоторое время он стоял неподвижно посередине, потом сел прямо на пол, обхватив колени руками.

Перед глазами вертелся тот подвал, Риаллт, склонившийся над Лиэлл, потом тот же Риаллт на пороге рубки космического корабля, который он, ощущал Майкл каким-то шестым чувством, знает как свои пять пальцев, и негромкий голос Лиэлл «Юля, ты можешь зайти в медотсек», «Риаллт покажет Юле, как ухаживать…». Образов становилось все больше, они наслаивались, перекрывались, разобраться в них не было никакой возможности. Дальше, глубже — седой варианин, взволнованные лица Джулии… нет, Юльки, Юльки Сорокиной, Витьки, и испуганные, но все равно безудержно любопытные глаза Кати. Еще дальше — школа. Старая школа, когда бумажные учебники в тяжелом портфеле, на девочках — коричневые платья, фартуки и бантики в косах. Косы. Катя тогда носила косы, она их остригла только… Нет, не она. Ей их остригли ТАМ, на Сьенне.

Туман, серый клочковатый туман, которого не было, утечка топлива, сдвинувшиеся эфемериды, чужой звездолет, стыковка и опять туман. Сьенна… Сколько же прошло лет? Катя… Он уткнулся лицом в колени, пытаясь унять невольную дрожь. В голове прояснялось. Катины косы состыковали две реальности. Я вернулся. Но так ли это нужно именно сейчас?

За спиной открылась дверь. Вошедший передвигался почти неслышно, но как-то неуверенно. Он не обернулся, погруженный в свои видения, отреагировал только на легкое прикосновение, поднял голову. Тонкая белая рука оперлась о его плечо, Лиэлл сделала еще два медленных шага — каждый давался ей с некоторым трудом, — обошла Майкла, опустилась на пол рядом, внимательно и тревожно глядя в его глаза.

— Что случилось, Ли? — тихо спросил он, понимая, что она не просто так поднялась, если недавно была вообще без сознания. Что-то очень важное заставило ее очнуться и дойти сюда. Где Витька? Они обратно, что ли, поехали? Могли бы и предупредить.

— Миша, — как-то неуверенно произнесла она вместо ответа, пальцы легли поверх его, обхватывающих колени. — Я услышала тебя. Ты изменился. Я чувствую тебя, Миша…

Лиэлл собрала их всех четверых в холле, чтобы рассказать о дальнейших планах их пребывания на Торане. Матиэллт и его «спецназ», как назвал троих спутников правителя Тео, отсутствовали. Еще утром, по словам соэллианки, за ними приехали представители оттари и увезли в Дом Мира.

— Вчера вечером и сегодня ночью я имела содержательную беседу с нашим правителем, — начала она, когда все уселись и приготовились слушать. — Мы долго говорили, думали и пришли, наконец, к согласию. Сегодня отдыхаем, правда, Матти просил нас не покидать гостиницу, а завтра мы летим домой.

После минутного молчания первым заговорил Тео.

— А мы? — осторожно поинтересовался он.

— А мы летим домой, — пожала плечами Лиэлл. — Я что-то непонятно сказала?

— Нет, мы с ребятами, — не успокоился Тео. — Я-то полечу, куда скажете, но Соэлла как-то не входила в мои ближайшие планы.

Соэллианка несколько секунд смотрела на него, потом вдруг тихонько засмеялась.

— Ты меня напугал, Тео, — сказала она. — Нет, я имела в виду, что мы — вы и я — летим на Землю.

Тео понял, наконец, заулыбался в ответ. Виктор только покачал головой, а Пол серьезно спросил из своего глубокого пластичного кресла, в которое его усадили Виктор с Михаилом:

— А как же переговоры?

Лиэлл тоже посерьезнела.

— А переговоров не будет. Матти как раз сейчас делает официальное заявление. Переговоры со Сьенной откладываются на неопределенный срок.

Весь день они провели в номере. Тео просто загорал на большом балконе, благо, Тор был звездой-близнецом Солнца, и загар обещал быть вполне земным. Виктор, не желающий терять время на ничегонеделание, нашел по местной Сети записи книг — что-то из физики и пару учебников по астронавигации. Пол, лежа на диване, развлекался просмотром местных каналов новостей, а Михаил с Лиэлл сидели в комнатке-баре, дегустируя местные соки.

— Что случилось, почему он отказался от переговоров? — спросил Михаил.

Лиэлл внимательно изучала содержимое своего бокала.

— Скажем так — он увидел то, что я от него скрыла. Я в свое время немного не рассчитала, что мне надо ему рассказать, а что — нет. Надо было понимать, что общие разговоры ни к чему не приведут. А конкретные факты всегда действуют на него эффективнее. Я недооценила его отношение к этим фактам.

— К каким, Ли? Не тяни, я не понимаю, — уже нетерпеливо подтолкнул ее Михаил.

— Во-первых, два покушения на меня — это сейчас он и выдает журналистам. Мол, такие вещи не делаются просто так, и он не хочет подвергать меня еще большей опасности. Туманная, конечно, отмазка, но сработает. Это официально. А неофициально…

— Почему ты не сказала мне сразу? Ты настолько не доверяешь мне? — удивленно-непонимающие голубые глаза брата смотрели в упор, как в зеркало, в ее, виноватые и такие же голубые. — Это была тайна? Зачем ты прятала их от меня?

— Вот еще, — и голос ее звучал также виновато, как смотрели глаза. — Я не прятала. Просто… Ты же видишь — это не совсем они.