Читаем без скачивания Попутный ветер - Татьяна Лыткина

— …И не надо мне ничего говорить! Я сказала, и я поеду! Ли, ты-то не можешь не понимать, к чему эта болтовня?! Я должна быть там, я нужна Сереже! И он ему тоже нужен!

— Когда мы улетали, все было тихо, — пробормотал Ардорини. — Знала только Джули. Ничего не понимаю.

А вот Михаил понял. Короткое «Ли» и новые, вернее, старые интонации в голосе подруги ясно дали ему понять — он уже не одинок.

Двери распахнулись, они вошли в холл. Лиэлл уже успокаивала заплаканную, но решительно настроенную Барбару, вокруг них стояли совершенно потерянные Пол, Тео, Кэти и Джулия, которая время от времени порывалась подойти ближе, но от нее отмахивались. В этот момент все и закрутилось. Барбара решительно оттолкнула Лиэлл, бросилась к Виктору, чуть не снеся Фрэнка, полностью замороченного всем происходящим.

— Витька, Сережа умирает! — крикнула она, почти срываясь в истерику.

Виктор некоторое время непонимающим взглядом смотрел то на нее, то на остальных, и вдруг резко схватил молодую женщину за руки.

— Как? Где?!

— В Калькутте, Витя, — отозвалась Лиэлл. — Там какие-то проблемы с экспериментом. Он в коме, я пока не знаю подробностей. Сейчас я свяжусь с профессором Виджаендрой, мы все выясним и…

— Нет. То есть, да — ты связывайся, выясняй, только мы с Варей должны туда ехать прямо сейчас, — перебил ее Виктор.

Михаил подумал, что сейчас не помешал бы занавес. Неожиданно пришла уверенность в том, что с Сережей все будет хорошо. Он понимал, что это просто новый приступ эйфории, как тогда в гостинице, когда Лиэлл обнимала его и плакала, а он сам думал, что сейчас задохнется от счастья.

К действительности его вернул голос Тео, который все еще плохо ориентировался в происходящем, но уловил, кто куда должен ехать.

— Я тогда пойду, забронирую места на Калькуттском экспрессе.

— Да. Думаю, удерживать вас нет никакого смысла, — кивнула и Лиэлл. Казалось, она даже не заметила перемены, произошедшей в двоих из присутствующих. Как будто тревога за Сергея вытеснила все другие мысли из ее головы. — А еще я думаю, что поеду с вами. Но сначала свяжусь с профессором. Нет, наверное, буду следующим экспрессом. Пока два места, Тео! — крикнула она вслед скрывшемуся наверху Челлту.

Когда Виктор с женой уже улетели, Лиэлл, совершенно обессиленная, опустилась на диванчик в холле и закрыла глаза.

— Пол, проверь, пожалуйста, что там у Тео, а вы, Джули, Гео, свяжитесь с Виджаендрой-джи. Я что-то совсем ничего не могу.

Михаил решил, что она хочет под разными предлогами заставить уйти всех, кто так и не осознал, что случилось с Виктором и Варей. Кэти, не дожидаясь указаний Лиэлл, сама развернулась, чтобы покинуть холл.

— Останься, Кэти, — неожиданно твердо остановила ее посол.

Девушка растерянно обернулась. Соэллианка вскочила с диванчика, жестом пригласила всех следовать за собой и, подозрительно легко для только что умирающей от усталости, взбежала по лестнице наверх, в свой кабинет.

— Располагайтесь, — кивнула она на кресла у стены.

Двери с тихим шорохом закрылись, как бы отгородив их четверых от того, что происходило снаружи. Сама Лиэлл села на край своего стола. Михаил улыбнулся бы — эта ее привычка всегда его веселила, но серьезный взгляд посла, устремленный на Кэти, согнал еще не родившуюся улыбку. Михаил пожалел, что сидит далеко от девушки, тоже встревоженной этим взглядом.

— Мы все переживаем за Сережу, но сейчас пока ничего не можем для него сделать. Если честно, судя по рассказу Гео, я поняла, что волноваться там не о чем, профессор и его люди сами справятся. А если что — я всегда смогу приехать за пару часов, ничего страшного.

— А почему ты тогда Барби не успокоила? Она ж в такой истерике улетела, — недоуменно спросил Фрэнк.

Лиэлл коротко улыбнулась.

— Это была правильная истерика. Она была очень кстати, и я даже рада, что для нее с Виктором сейчас все выглядит серьезнее и страшнее, чем есть на самом деле, — улыбка пропала. — Но я не об этом хочу сейчас говорить. Если честно, я хотела сначала разговаривать только с тобой, Кэти, но Фрэнк все равно в курсе проблемы, и потом мне пришлось бы все пересказывать заново. То же самое и с Майком, — Лиэлл коротко взглянула на него, он понял: это имя ему еще предстоит некоторое время поносить, чтобы у других не возникало вопросов. — Я в полете с Торана все думала, с чего начать этот разговор. Решила — с главного, что поможет нам в дальнейшем говорить свободнее. Я так поняла со слов Гео, что в новостях не было никаких подробностей, и о втором покушении, на планете, вы ничего не знаете, кроме того, что оно было.

Фрэнк кивнул, а Кэти так и не шелохнулась, не сводя глаз с Лиэлл. Михаил медленно начал понимать, к чему клонит соэллианка. Появилось желание встать и уйти. Он не хотел больше слышать ни слова, но сознавал, что слушать надо. Он нужен здесь, нужен Катюше.

— Итак, главное. Харах Мусена, организовавший оба эти покушения на меня, скоропостижно скончался. Его убила я и могу вас уверить — он действительно мертв.

Михаил, не отрывающий взгляда от Кэти, увидел, как изменилось ее лицо. Из напряженно-серьезного оно стало испуганным, потом удивленным, а потом девушка закрыла лицо руками. То, что Михаил понял за секунду до этого, подтверждалось. Это она была связана с Харахом. Тут же пришло отчетливое знание, что именно крылось за этой связью. Раз Ли говорила, что Мусена владел ею еще на Сьенне… Жалко, что он уже сдох.

Лиэлл уже спрыгнула со стола, подошла к Кэти, опустилась на сиденье рядом с ней и крепко обняла.

— Все закончилось, он больше никогда не вернется, ты его никогда не увидишь, — поглаживая девушку по волосам, успокаивающе повторяла соэллианка.

Кэти, уткнувшись в ее плечо, не отвечала и только иногда вздрагивала всем телом. Фрэнк, не дожидаясь просьбы, отправился за водой, а Михаил переместился на его кресло — ближе к женщинам. Лиэлл взглянула на него, тихонько вздохнула, отстранилась от постепенно успокаивающейся Кэти.

— Хватит плакать. Все хорошо, что хорошо кончается, — соэллианка быстро поднялась, как будто случайно подтолкнув девушку ближе к Михаилу. — Все равно все было так, как должно было бы быть.

Кэти, так и не оторвав руки от лица, не стала сопротивляться, когда он осторожно притянул ее к себе — сейчас ей была нужна любая поддержка. Вернувшийся Ардорини только покачал головой, когда Лиэлл отобрала у него бокал с водой, указав на соседнее кресло.

— Они меня нашли еще в Чикаго, — вдруг сказала Кэти, подавляя очередное рыдание. — Ты был прав, это вовсе не мой поклонник.

Девушка не поднимала головы, но Михаил понял, что обращается она к нему.

— Я не могла ничего вам рассказать, мне было запрещено рассказывать о нем! — казалось, сейчас она сорвется на крик.

Он продолжал прижимать ее к себе, отчаянно пытаясь передать без слов свои чувства. Я не виню тебя, я все понимаю, ты не виновата…

— Меня перевезли в Арджтаун. Я легко прошла все тесты, а кто-то из его людей поручился за меня. Я принимала информацию с вернувшихся кораблей, а когда пришла Двадцать третья, мне принесли тот вирус от Хараха. Не было ничего сложного в том, чтобы запустить его. А потом мне обещали, что я буду свободна. Только если бы не Пол, я не смогла бы уехать, меня бы не выпустили.

— Все было красиво сделано, — сказала Лиэлл. — Тебя даже не заподозрили. Ты не знаешь, что именно они хотели уничтожить?

Кэти выпрямилась, отстранившись от Михаила. Лицо ее было спокойным, несмотря на мокрые глаза, и голос больше не дрожал.

— Нет. Мне было приказано ввести вирус и использовать заведомо бракованный кристалл для копии. Я больше ничего не знаю. А потом, уже в Италии, он все равно меня нашел. Он боялся вас и не мог даже попытаться увезти, просто нашел меня в городе. Сказал, что если я хочу от него освободиться, я должна буду вплоть до этих переговоров сообщать ему обо всем, что происходит в доме.

Соэллианка кивнула.

— Я так и думала.

— Ли, ты ведь не собираешься… — осторожно начал Михаил, понимая, что вопрос этот лишний. Но он должен был спросить, чтобы успокоить Кэти.

— Конечно, нет, — пожала плечами Лиэлл. — Расследование в Арджтауне прекращено, дело закрыто. Мы все знаем, что Кэти не виновата, и еще мы знаем, что теперь она свободна. С этой стороны нам опасаться больше нечего. Ведь «хозяин» мертв, — слово «хозяин» она произнесла так, будто оно ей было смертельно противно.

Словно отозвавшись на это слово, Кэти снова заплакала, но эти рыдания звучали как вздох облегчения.

— Майк, отведи Кэти в комнату и позови к ней Пола, — устало сказала посол. — Все ясно, и больше разбирать тут нечего. К сожалению, мы сейчас не сможем узнать, что именно было уничтожено диверсиями. Но это в данный момент и неважно, я так думаю. — Соэллианка снова подошла к Кэти и положила руку ей на плечо. — Мы все понимаем, что от тебя ничего не зависело. Иди, тебе надо отдохнуть.