Читаем без скачивания Боевые операции Люфтваффе: взлет и падение гитлеровской авиации - П. Смирнов

Этот небольшой успех немцев в обороне после прекращения советского наступления на Кривой Рог практически завершил период боев, начавшийся в августе с взятия советскими войсками Орла, поскольку теперь плохая погода препятствовала действиям авиации на южном участке фронта. Однако положение, в котором оказались немцы, было очень непростым. Киев был занят советскими войсками, располагавшими южнее еще несколькими крупными плацдармами на западном берегу Днепра. Кроме того, положение в Крыму, отрезанном в результате выхода советских войск к Перекопскому перешейку в конце октября, было весьма шатким и приводило к аномально высоким и непродуктивным затратам ресурсов люфтваффе, поскольку, несмотря на невысокую численность отрезанных на полуострове авиационных частей, составлявшую всего около 185 самолетов непосредственной поддержки, включая румынские, их действия, активность которых не уступала активности всех сил люфтваффе в Италии за тот же период, сопровождались высокими потерями. Более того, люфтваффе пришлось организовать защиту конвоев, следовавших в Крым из румынских портов, и прикрытие самолетов транспортной авиации, действовавших из Одессы и Николаева.

Таким образом, несмотря на отступление немцев по всему фронту, люфтваффе, в распоряжении которых имелись лишь ограниченные силы, в декабре были вынуждены распылять их не меньше, чем в августе. Несмотря на давление противника и крупные успехи на центральном направлении, основная часть сил люфтваффе (1150 из 1750 самолетов первой линии или около 64 %) по-прежнему находилась южнее Киева. Такая концентрация сил, не позволявшая эффективно использовать авиацию на других направлениях, была обусловлена необходимостью не подпустить советские войска к нефтепромыслам в Румынии. Немцам удалось добиться ряда тактических успехов, действуя против выдвинутых вперед и уязвимых клиньев советских войск, однако действия люфтваффе ни по масштабам, ни по характеру не могли больше влиять на общую стратегическую картину. В лучшем случае им удавалось задержать советское наступление. В худшем они несли тяжелые потери, посылая дальние и пикирующие бомбардировщики без прикрытия истребителей в массированные дневные налеты, не приносившие соответствующих результатов. Однако в основном их силы растрачивались на операции по непосредственной поддержке войск, не следовавшие какому-либо определенному плану и осуществлявшиеся скорее из соображений высшей политики, нежели по просьбе командующих на местах.

Давление армейского руководства через Гитлера и события на Восточном фронте в период с августа по конец декабря 1943 года, описанные выше, не позволили отвести бомбардировочную авиацию в тыл для подготовки к стратегическому воздушному наступлению, намеченному на февраль 1944 года. Программа подготовки личного состава IV авиакорпуса была фактически завершена лишь к марту — апрелю 1944 года. Однако к этому времени наступление советских войск вынудило люфтваффе эвакуировать свою аэродромную инфраструктуру на запад, и многие важные цели (например, Горький) оказались за пределами радиуса действия Хе-111. В частях планировалась замена Хе-111 на Хе-117, но осуществление этого плана задерживали технические проблемы, и первые части, оснащенные Хе-117, появились на Восточном фронте (если не считать непродолжительного пребывания под Сталинградом в 1942 году авиаэскадры KG.50, закончившегося фиаско) лишь летом 1944 года, когда положение с топливом ухудшилось до такой степени, что ведение продолжительных бомбардировочных операций стало невозможным.

Провал плана Кортена серьезно сказался на боеспособности люфтваффе в СССР в зимнюю кампанию 1943/44 года и весной 1944 года. Во-первых, так и не удалось компенсировать отвод истребителей осенью 1943 года для защиты Рейха, и советская авиация могла практически безнаказанно действовать над позициями немцев. Во-вторых, IV авиакорпус, который по указанию Гитлера в критический момент был брошен на поддержку наземных войск, в действительности не был готов к боевым действиям, что сказывалось на его ударной мощи. Как следствие, люфтваффе, оказавшиеся неспособными сдержать мощь летнего наступления советских войск, были еще менее способны эффективно противодействовать последовавшему за ним зимнему наступлению. Это стало очевидным уже в конце декабря, когда советские войска, подтянув резервы, возобновили наступление западнее Киева, вынудив немцев без промедления перебросить с низовий Днепра 100 самолетов непосредственной поддержки войск (включая все противотанковые части, летавшие на Хш-129) и передать все дальние бомбардировщики на южном участке фронта в оперативное подчинение VIII авиакорпуса без смены мест дислокации. Однако интенсивность действий авиации была низкой (в среднем около 300–350 самолето-вылетов в день) отчасти ввиду плохой погоды, а отчасти вследствие плохого состояния аэродромов и техники, а также дезорганизации, вызванной частыми перебросками. Более того, перенос авиационных парков и баз снабжения в Центральную Польшу отрицательно сказался на техническом обслуживании и боеготовности, которые было сложно обеспечить на должном уровне на расстоянии порядка 650 км в условиях перегруженных коммуникаций.

Когда в январе 1944 года нажим советских войск усилился по всему фронту с одновременными наступлениями в районах Ленинграда, Ровно, Смелы и Никополя и расширением советского плацдарма в Восточном Крыму, немецкая авиация по всему Восточному фронту оказалась ослаблена отводом частей на долгожданный отдых и переформирование, экономией сил IV авиакорпуса для запланированного стратегического воздушного наступления и использованием части оставшейся бомбардировочной авиации для транспортных нужд. Хотя масштаб последних ни в какое сравнение не идет с масштабами авиаперевозок под Сталинградом годом ранее, к началу февраля, когда костяк транспортной авиации — Ю-52 — был в основном занят снабжением войск в Крыму, бомбардировщики Хе-111 были брошены на снабжение трех армейских корпусов, к которым 5 февраля добавилась еще и 6-я армия, блокированная на Никопольском плацдарме. Таким образом, люфтваффе вынуждены были в основном полагаться на части непосредственной поддержки войск именно в тот момент, когда ввиду качественного и количественного роста советской истребительной авиации планировалось снять с фронта части Ю-87 для перевооружения на ФВ-190 и части ФВ-189 для перевооружения на Me-109.

Напряжение сил люфтваффе, растянутых вдоль всего фронта, в полной мере проявилось с началом советского наступления на Южную Польшу и Галицию, входе которого они к 15 апреля вышли кТарнополю. К началу наступления большая часть сил люфтваффе на юге СССР была сосредоточена на Украине, восточнее низовий Буга в ожидании возобновления советского наступления от Кривого Рога в направлении устья Днепра с одновременным ударом с севера и востока в Крыму. В результате реакция немцев на советское наступление поначалу, пока советские войска наступали в направлении важнейшей железнодорожной линии Львов — Одесса, оказалась слабой, особенно учитывая тот факт, что бомбардировочная авиация, которая только и могла быть использована для отражения нового наступления без смены баз, к концу марта была ослаблена (в результате отвода IV авиакорпуса) всего до 165 боеготовых и исправных самолетов первой линии на весь Восточный фронт, и все они требовались на Украине. Более того, давление советских войск по всему фронту не позволяло сосредоточить силы, которые дробились на мелкие боевые группы, позволявшие создать видимость воздушного прикрытия в условиях численного превосходства противника. В результате невозможно было снять части ни с одного участка фронта севернее Припятских болот. Только 17 марта все силы 4-го воздушного флота на юге (т. е. I и VIII авиакорпуса) были сосредоточены для отражения советских ударов, но было уже слишком поздно.

Широким обходным маневром советские войска к середине марта поставили под угрозу нефтепромыслы в Румынии. Неожиданным результатом советского наступления стали политические осложнения в Венгрии, для ликвидации которых немцам пришлось сосредоточить бомбардировщики в районе Вены, а одномоторные истребители с Балкан — в Белграде и Нише, чтобы оказать давление на Будапешт и поддержать высадку воздушных десантов в Венгрии и Болгарии. Однако еще более важные последствия оно имело для Украины, где сосредоточение сил I и VIII авиакорпусов в районе Ямполя привело к тому, что для обороны рубежа по нижнему течению Буга, который советские войска начали форсировать на участке между Троицким и Вознесенском, остались лишь потрепанные и малоэффективные румынские ВВС. Это облегчило советским войска наступление на Николаев, взятый 28 марта, и Одессу, освобожденную 10 апреля. На северном фланге, между Карпатами и Припятскими болотами, немецкая авиация также была слишком ослаблена, чтобы оказать серьезное сопротивление советскому наступлению в районе Броды — Тарнополь в направлении Львова. Очистив черноморское побережье вплоть до устья Днестра, советские войска получили прекрасную возможность для мощного удара в Крыму, снабжение которого могло осуществляться лишь по воздуху или по морю из румынских портов.