хотел прожечь его взглядом. — Что ты из себя представляешь? Человек? Мутант? Чужой?
Вадим медленно развел руки в стороны, броня заскрипела.
— Как сказал, я человек. Просто человек, измененный вирусом, я сохранил память, разум, все, что делало меня собой. И да, я и мои помощники могут управлять зараженными, но я не чудовище... Не больше тех, кто отдал приказ на полную зачистку оставшихся гражданских перед отходом.
Один из офицеров, стоявших рядом, усмехнулся и бросил сквозь зубы:
— Ага, не чудовище. Только твои глаза как у демона, а за спиной стоят ходячие тараканы в броне.
Вадим резко повернул голову в его сторону, но голос остался спокойным:
— Если бы я был чудовищем, мы бы вас сразу упаковали и переделали в покорных болванчиков. Но вас не тронули, потому что я решил с вами говорить.
Тишина. Только скрипнула гильза под сапогом одного из солдат.
— Допустим, — продолжил Варданян. — Допустим, ты говоришь правду. Как ты собираешься доказать, что твой метод работает?
— Сначала договоримся, — холодно ответил Вадим. — Подробности после. Я не раздаю секреты бесплатно.
— Значит, ты хочешь, чтобы мы поверили тебе на слово?
— Я хочу, чтобы вы поняли: у нас общий враг. ЧВК, мы проводили разведку АЭС. Там мощные укрепления, дроны, танки, авиация. У них ресурсы, у нас — вирус, армия зараженных, у вас — дисциплина и оружие. Вместе есть шанс.
Солдаты переглянулись. Один тихо сказал:
— Звучит как бред.
Исаев выступил вперед, голос его был холоден, лишен эмоций:
— Бред — это сидеть на острове и ждать, когда у вас закончится вода, еда, лекарства, топливо или эти люди с игрушками придут к вам... А ведь рано или поздно придут, столько здоровых подопытных в одном месте больше в округе нигде не найти.
Варданян нахмурился под маской, явно борясь с собой. Он снова посмотрел на Вадима:
— Если мы поверим… что вы хотите от нас взамен?
— Для начала мне нужно ваше участие. Не оружием, не людьми, а кровью. Присылайте образцы сотни тех, кто готов пройти процедуру улучшения. Мы сделаем тесты, определим генетическую совместимость и выберем лучших кандидатов.
Солдаты зашевелились, но Варданян молчал, слушал.
— Потом, — продолжал Вадим. — Мы продемонстрируем вам результат. Эти люди сами скажут, хорошо им или плохо. Никаких секретов, но решать надо быстро. ЧВК не будет ждать, пока мы договоримся. Взамен вы получите свободу передвижения. Ваши патрули смогут искать припасы, топливо, медикаменты. Зараженные их не тронут. Я гарантирую.
Варданян сжал пальцы в кулаки. Видно было, как он борется с самим собой. Его бойцы переглядывались. Исаев шагнул ближе.
— И еще один вопрос, товарищ капитан третьего ранга. У вас же наверняка остались крылатые ракеты или тяжелая артиллерия на кораблях. Если бы вы могли выпустить пару-тройку ракет по АЭС… это ослабило бы ЧВК.
Варданян резко выпрямился.
— Вы с ума сошли?! Рисковать уничтожением работающего реактора?! Новый Чернобыль хотите? Я не собираюсь превращать всю область в зону смерти!
Голос его гулко отозвался под потолком. Солдаты за его спиной кивнули, в этом он был абсолютно прав. Исаев слегка нахмурился, но промолчал. Вадим поднял руку, жестом усмиряя спор:
— Ладно, забудем про ракеты. Тогда начнем с простого: кровь ваших добровольцев.
— Мы пришлем образцы. Но если это подстава, вы первыми пойдете на дно.
— Договорились, — спокойно ответил Вадим. С обеих сторон понимали: союз зыбкий, на честном слове и недоверии. Но лучше так, чем поодиночке идти под нож загадочным наемникам. — Хочу еще уточнить, Кронштадт в данный момент подчиняется приказам центра?
— Нет. Вертикаль власти давно распалась. Когда мы отказались выполнять преступный приказ о ликвидации гражданских, они прекратили с нами связь, воздушное сообщение с островом, а это значит больше никакой эвакуации, снабжения. Помощи ждать неоткуда.
Один из ульевых воинов подал вакутейнер с кровью, взятой у Вадима.
— Вот. Моя кровь, вдруг найдете там что-то интересное, чего мы не увидели. Наверняка у вас на острове больше врачей, оборудования.
Варданян, помешкав, взял емкость.
— А если... заразить ей кого-нибудь?
— Я понял вашу мысль. И нет, это так не работает. Штамм моей крови убьет вас или сделает зомбаком...
— Жаль.
* * *
— Это полный бред.
— Такой уж и бред?
Полковник нацгвардии Стасевич отстраненно разглядывал разложенную на столе карту России с многочисленными пометками. План ''Заслон'' не работал, как задумано. Из тридцати зон безопасности семь уже прекратили существование, красным маркером были зачеркнуты Тамбов, Оренбург, Магнитогорск, Белгород, Сызрань, Кемерово, Комсомольск-на-Амуре. В этих городах ситуация вышла из-под контроля в связи с гражданскими беспорядками, вспышками заражения или атак извне. Сбивающиеся в орды зараженные твари буквально сметают деревни, мелкие города, без серьезной огневой мощи сдержать их невозможно.
Вместе с тем началась вторая волна пандемии, в ходе мутаций появились новые штаммы Хронофага, которые косят людей с иммунитетом. Кому-то везет вылезти сухим из воды во второй или даже третий раз, но большинство умирает или обращается в зомби. Руководство Кронштадта данную информация не оглашало, дабы не усугублять и без того тяжелую ситуацию.
Остров переполнен, помимо местных жителей здесь собралось около тридцати тысяч беженцев их Петербурга. Народ страдает от нехватки пресной воды, продовольствия, медикаментов, несмотря на строгое нормирование.
— Давай лучше обмозгуем, как организовать эвакуацию, — предложил капитан третьего ранга Валерий Варданян. По иронии судьбы БДК под его командованием стоял на ремонте в Кронштадте. Основная часть Балтийского флота, следуя приказу, передислоцировалась в Мурманск. — Перевезем народ на Аландские острова
— Вот финны обрадуются.
— А кого их мнение интересует? Твоих и моих бойцов вполне хватит продемонстрировать, кто главный. А оружия у нас завались.
— Это лишь даст отсрочку. Пускай на год, два, десять, но зараза в конечном счете нас доконает.
— Ты понимаешь, товарищ полковник, насколько глупо твоя затея выглядит? Собрался с зомбарями дружить. А чего не с волками или крокодилами?
— Волки и крокодилы не способны вести переговоры, осуществлять стратегические планирование.
Варданян присел на край стола, ссутулившись, как человек, который давно не спал. Он не выпускал из пальцев пистолет, постукивая пальцем по кобуре, словно оружие могло дать ответы на вопросы, которых у него становилось все больше. Голос его звучал напряженно, местами срываясь на шепот:
— Ты сам видел запись с камеры, Стасевич. Эти твари... Они не люди. Я стоял напротив, в двадцати шагах, и они улыбались. Улыбались, мать их! Как будто понимают, но взгляды как у хищников.
Полковник произнес после небольшой паузы:
— Ты напуган, Валер. Имеешь право. Любой нормальный человек испугается, увидев, как зараженный ломает бронедверь или срывает башню с БТРа. Но страх не отменяет фактов. Эти существа не просто
