Конечно, для тех, кто наблюдал за красивой, окруженной ореолом счастья парой, содержание их беседы оставалось недоступным. Но стоило только прислушаться, и тогда не одна пара ушей покраснела, нет, запылала бы от этих «невинных» реплик. Умело подражая южному акценту мужа, молодая жена вполголоса нашептывала ему всякую чепуху, развлекая завуалированными намеками на черные шелковые «панталончики», которые, согласно ее уверениям, были в данный момент на ней.
– Да у тебя в помине не было черных шелковых панталон, – поддразнивая и одновременно подыгрывая жене, говорил Хит, следя за довольными гримасами Люси.
– Не было, а теперь есть. Я специально заказала их. Ты же сам утверждал, что не любишь обычное белое белье. Мол, слишком старомодно. А еще на мне надет такой сногсшибательный корсет…
– Черт меня возьми, я уже почти поверил тебе!
– Ты поверишь мне чуть позже, – промурлыкала Люси развязным тоном девицы легкого поведения.
Хит не удержался и расхохотался во все горло:
– Какой бес в тебя вселился сегодня?
– Никакой! Просто сегодня я наконец кое-что решила для себя.
– Да? И что же ты решила?
– Нечто весьма важное. Я не могу тебе этого сказать и не проси.
– Ага! Значит, решение касается меня, иначе ты не делала бы из него секрета.
– Безусловно, только тебя. – С этими словами Люси бросила на Хита взгляд, полный такого желания, что у того даже перехватило дыхание.
Глава 9
Напевая рождественский гимн, Люси с трудом удерживала целую охапку остролиста, тщетно пытаясь прикрепить ее на верхней перекладине перил.
– Бесс, – обратилась она к горничной, суетившейся рядом на лестнице, – если бы ты могла привязать сюда одну из тех красных лент, да, вот эту самую. Мне кажется, получится весьма недурно.
– Не оступитесь, миссис Рэйн, – предупредила ее горничная, напуганная тем, как рискованно балансировала хозяйка на самом краю верхних ступенек, украшая парадную лестницу.
– Не волнуйся, Бесс, я не упаду, – подбодрила ее Люси. – Эта лента с бантом будет здесь к месту.
– Вы сейчас упадете!
– Да нет же, Бесс, не кричи. Я держусь за перила.
– Миссис Рэйн, а почему мне не заняться остролистом, а вы бы украсили его бантами.
– Бесс, тебе не стоит так волноваться.
Громкий стук входной двери прервал их разговор, и обе женщины почти одновременно посмотрели вниз. На пороге стоял Хит. Он отряхивал снег с длинного пальто, потом снял коричневую шерстяную шляпу и запустил ее в угол прихожей. Подняв голову вверх, он заметил балансировавших на ступеньках жену и горничную, коротко кивнул им головой.
– Да, – заметила Люси, – такое впечатление, что тебе здорово испортили предпраздничное настроение.
Хит пробурчал что-то нечленораздельное и стал медленно подниматься по лестнице. Проходя мимо Люси, он не произнес ни единого слова. Рэйн на мгновение задержался около Бесс, которая туг же отпрянула от него и напряженно следила за каждым его движением черными, круглыми от испуга глазами.
– Бутылочку «Старого Форестера» и бокал, – раздраженно выпалил Хит. – Быстро, черт тебя побери.
Губы горничной мелко задрожали, и она сломя голову бросилась вниз по лестнице.
– Дорогой, в чем дело? – стараясь говорить мягко, спросила Люси, одновременно расстроенная и рассерженная грубой выходкой мужа и демонстрацией плохих манер. – Что бы ни случилось, вовсе не обязательно игнорировать меня и уж тем более пугать несчастную… Хит, куда ты?
Люси поспешила за супругом в спальню, на бегу пытаясь представить, что же должно было случиться, чтобы он вышел из себя до такой степени.
– У тебя неприятности, связанные с газетой? В ответ раздался сухой, более напоминавший фырканье смешок:
– Можно сказать и так.
– Ты вернулся домой раньше обычного…
– Я не желаю разговаривать и отвечать на вопросы. Где эта сукина дочь с бутылкой? Черт подери, когда ты наконец сможешь найти горничную, которая будет шевелиться, а не плестись как старая кляча?!
– Ты что, поссорился с Дэймоном? – терпеливо продолжала расспрашивать Люси, уверенная в том, что разговор все-таки необходим именно сейчас, в противном случае он бы не устраивал спектакль в прихожей. Всякий раз хлопанье входной дверью возвещало о том, что Хит не в духе и ему нужно поговорить с Люси на серьезные темы.
– Дэймон? – повторил он тоном, полным отвращения. – Да, черт возьми, я действительно поругался с этим ублюдком.
– Подобный тон не вполне уместен, – поправила его Люси.
– Я-то думал, что он проникся моей идеей и осознал задачи, стоящие перед ним. Но сегодня я наконец понял, что этот… аристократ вовсе не такой, каким я его представлял себе раньше. Затрачены месяцы совместной работы, мы стояли на одних позициях, шли к одной цели, и каков результат? В итоге он стоит в моем кабинете и несет такое… Открой дверь, она принесла виски.
– Может, ты все же расскажешь мне по порядку, что произошло.
Вместо ответа Люси удостоилась угрюмого взгляда. Вздохнув, она направилась к двери: «Спасибо, Бесс».
– Миссис Рэйн" – чуть слышно прошептала горничная, с ужасом наблюдая, как хозяин быстро ходит взад и вперед словно разъяренная пантера в зверинце. – С вами все в порядке? Может быть, мне…
– Все прекрасно, Бесс, – сказала Люси твердым голосом, подтверждая слова уверенной широкой улыбкой. – Кстати, почему бы тебе не продолжить украшать лестницу, пока мы с мистером Рэйном обсудим наши дела? – Она взяла из рук горничной небольшой серебряный поднос. Бесс лишь озабоченно кивнула и удалилась.
Закрыв ногой дверь, Люси подошла к туалетному столику и поставила на него поднос.
– Бесс работает у нас всего вторую неделю и еще не привыкла к твоему характеру. Конечно, она испугалась. Поэтому тебе следует постараться держать себя…
– Поэтому ей следует постараться как можно скорее привыкнуть к моему характеру, иначе пусть ищет другое место работы. – Хит наполнил бокал почти до краев, и пока он большими глотками пил виски, враждебная усмешка исчезла с его лица.
– Что же такого сделал Дэймон, если ты так рассержен на него?
– В том-то и суть, что он вообще ни черта не делает, чтобы «Экзэминер» стала приличной газетой. Работа для него лишь умственные упражнения. Он выбирает тему, просчитывает скрупулезно как бухгалтер все «за» и «против» и придерживается в итоге мнения большинства. Верно-неверно – элементарная арифметика. Будь я проклят, если смирюсь с этим!
– Я уверена, что здесь что-то не так. Дэймон – человек чести…
– Да, он человек чести! – Хит осушил до конца свой бокал и снова наполнил его, небрежно наклоняя бутылку.
