нечто, наводящее ужас.
Должно быть, этот звук напугал Фрица: едва заслышав его, пес вбежал в хижину, словно за ним гналось целое стадо диких быков; хотя Фриц и продолжал сердито лаять, он вовсе не собирался выходить наружу.
Только одному из троих охотников приходилось в своей жизни слышать такого рода звуки. Это был Оссару. Шикари сразу же их узнал. Ему было хорошо известно, какой инструмент их производит, но сперва он не осмеливался сказать об этом товарищам, до того он был поражен и испуган, услыхав это гудение в долине.
- Клянусь колесницей Джаггернаута![12] - пробормотал он.- Так не бывать... не бывать... Невозможно ему бывать здесь!
- Кому? Чему? - в один голос спросили Карл и Каспар.
- Смотри, саиб! Это он... он! - поспешно ответил Оссару зловещим шепотом.Мы все погибнуть - это он... Он... бог могучий... страшный, страшный!..
В хижине не было света, кроме слабого отблеска луны, ярко сиявшей снаружи; но и без света было видно, что шикари напуган чуть не до потери рассудка. По звуку его голоса товарищи заметили, что он пятится в самый удаленный от двери угол хижины. Тут же они услыхали его слова, сказанные шепотом: он советовал им притаиться и молчать.
Не зная, в чем заключается опасность, братья повиновались и продолжали сидеть на своих ложах в полном молчании. Оссару, прошептав слова предостережения, тоже умолк.
Странный звук раздался снова - на этот раз казалось, что производивший его инструмент просунут в дверь хижины. В тот же миг лужайка, освещенная яркой луной, покрылась какой-то огромной тенью, словно царица ночей внезапно скрылась за черной тучей. Между тем луна сияла по-прежнему. Затмило ее не облако, а какое-то гигантское существо, медленно ступавшее по земле и остановившееся перед хижиной.
Карлу и Каспару показалось, что снаружи стоит чудовищных размеров животное с огромными, толстыми ногами. Оба они были напуганы этим видением так же, как и Оссару, хотя и по другой причине. Фриц, вероятно, испугался не меньше людей и от страха, как и Оссару, лишился голоса. Забившись в угол, пес не издавал ни звука, словно родился безгласным динго.
Безмолвие, царившее в хижине, видимо, оказало действие на страшную тень: испустив еще раз пронзительный трубный клич, она удалилась беззвучно, как призрак.
У Каспара любопытство взяло верх над страхом. Увидев, что странный гость уходит от хижины, юноша прокрался к выходу и выглянул наружу. Карл последовал его примеру. И даже Оссару отважился выйти из своего укрытия.
Они увидели удаляющуюся по направлению к озеру черную массу, напоминавшую гигантское четвероногое. Она двигалась в величавом безмолвии; но это, конечно, не была тень, ибо когда она переправлялась через ручей - у того места, где он впадал в озеро,- послышалось тяжелое шлепанье ног по воде и по зеркальной глади разбежались волны. Разумеется, тень не могла бы взбудоражить воду.
- Саибы,- сказал Оссару с таинственным видом,- Это... или сам бог Брама, или...
-...или что? -спросил Каспар.
- Старый бродяга.
Глава VI. РАЗГОВОР О СЛОНАХ
- "Старый бродяга"? - повторил Каспар.- Что ты хочешь сказать. Осси?
- Вы, феринги, называть его бродячий слон.
- А, слон! - в один голос воскликнули Карл и Каспар, которых сразу успокоило это естественное объяснение.
- Конечно, так и надо было ожидать,- заметил Каспар.- Но как же слон попал в эту долину?
Оссару не мог ответить на этот вопрос. Его тоже озадачило появление огромного животного; по правде сказать, он был все еще склонен думать, что это один из троицы браманистских богов[13] принял образ слона. Поэтому он не задавался вопросом, как слон проник в долину.
- Возможно, что он забрел сюда из низины...- задумчиво заметил Карл.
- Но как он мог попасть в долину? - снова спросил Каспар.
- Тем же путем, как и мы,- ответил Карл.- Вверх по леднику и через расселину.
- А трещина, которая преградила нам путь? Ты забыл о ней, брат? Слону ни за что не перебраться через нее - ведь у него нет крыльев.
- Разумеется,- согласился Карл.- Я и не говорил, что он перебрался через трещину.
- А-а, ты хочешь сказать, что он пришел сюда раньше нас?
- Вот именно. Если это действительно был слон, - продолжал Карл,- то он, конечно, пришел в долину раньше нас. Удивительно, что мы до сих пор не обнаружили его следов. Ты, Каспар, исходил окрестности вдоль и поперек. Не случалось ли тебе видеть чего-нибудь похожего на слоновые следы?
- Ни разу. Мне и в голову не приходило их разыскивать. Кто бы мог подумать, что сюда вскарабкается большущий слон? Разве могут такие неуклюжие животные подниматься на горы?
- Ошибаешься, друг мой. Как это ни странно, слон прекрасно умеет лазить и может пробраться почти повсюду, где пройдет человек. Достоверно известно, что на острове Цейлон слонов нередко встречают на вершине Адамова пика; а подняться туда - тяжелая задача даже для самых выносливых альпинистов. Ничего нет удивительного, что слон оказался здесь. Теперь я уверен, что мы видели именно слона. Он вполне мог попасть в долину раньше нас - подняться вверх по леднику, как и мы, и перейти через трещину по каменному мосту: я уверен, что слон на это способен. А может быть,- продолжал Карл,- он пришел сюда уже давно, еще до того, как образовались трещины. Кто знает, возможно, что он прожил здесь уже очень долго - всю свою жизнь, а это означает добрую сотню лет.
- Я думал,- заметил Каспар,- что слоны водятся только на
