далеко, видимо, хотела подружиться с маршалом, но тот не оценил, и птаха сдавленно хрюкнула и судорожно замахала крыльями прочь. От тишины сразу хотелось пить, есть и в кустики — нервы, они такие.
А вдруг не выйдет? А вдруг мы ошиблись или Рейджи недостаточно накрутили? А вдруг эти двое предпочтут выпилить своего сына и брата, чтобы тот как бы ничего не выдал… А вдруг он и есть главный? Что если сейчас в гарнизоне черт знает что происходит? Да нет, остановила я себя, Рейджи всего трое, точнее, даже двое, а солдаты не так просты, чтобы проиграть, и брата вообще основной состав охраняет.
Так прошла еще пара часов, не меньше. Я успела мысленно рассмотреть все конструкции по сбору экскрементов, сделать себе пометку по поводу мебели в кабинет и трижды попытаться вспомнить что-то о разговорах с отцом. Но, увы, мозг Аннет отказывался возвращаться к травмирующим событиям. Вряд ли отец был прямо-таки монстром, но требовательным человеком — определенно. Эх, Аннет…
— Готовность три, — прошелестело вдруг. Тишину разорвал едва слышный птичий хрип. Но у меня появилось стойкое ощущение, что это не птичка пропела, а человечек.
Я замерла, прислушиваясь, и только через долгие секунд десять уловила шелест… Хм-м, юбка или штаны? А, все-таки штаны, но к складу шла сестра Рейджи. Снова она? Умеет лучше всех обращаться с морлоками? Но вот что она держала под мышкой, мне не понравилось. Память Аннет пыталась намекнуть, я ощущала тревожность, но не могла понять, что не так.
Рейджи тем временем закинула что-то на телегу, потом прикрепила еще что-то в нескольких местах забора… И я поняла, что напоминали ее действия. Да она взрывчатку закладывала! Или не взрывчатку, но что-то подобное. Я мысленно выругалась — и не скажешь никому, вдруг Рейджи услышит и мы ее спугнем. Но с другой стороны, не будет же она взрывать, пока находится рядом?
Но еще минута — и Рейджи открыла дверь на склад и шагнула внутрь. Только тогда я поняла, что почти не дышала. Маршал появился рядом тут же. «Там взрывчатка», — одними губами произнесла я, но он мотнул головой, мол, не совсем. Впрочем, я могла с облегчением выдохнуть. Стоило Рейджи уйти внутрь, как ребята оказались рядом с ее подарками, осторожно вытащили их и быстро отнесли подальше.
— Гнилушка, вызывает тление и все постепенно превращает в пыль, выглядело бы, как если бы это место уже лет сто как заброшено, — объяснил маршал, прижавшись губами к моему уху. Я мысленно присвистнула и тут же вздрогнула: Рейджи же испортит все, что внутри склада. Или не успеет?..
Но пока я думала, операция уже вошла в финальную стадию. Дверь внутрь нашли и осторожно разблокировали. Миг — заглянуть, еще миг — и на склад врывается часть отряда. Ну а маршал впереди планеты всей. А я… а что я… воду в руках держала, рядом с телегой стояла, значит, участие в захвате принимала! Профит!
Глава тридцать первая
О том, что едет проверка, мы узнали от взмыленного дежурного с дальнего поста. Хорошо, что их там двое было по умолчанию…
Проверка. Да, оно всегда внезапно, чтобы мы не успели настроить потемкинских деревень. Но в принципе ожидать этого стоило — большое дело раскрыли, шумиху подняли, народ заинтересовался, что это за гарнизон в заднице мира. Но кто бы ни приехал на нас посмотреть, мне было чем гордиться: ремонт в казармах; ровненький где надо, а где не надо — не ровненький плац; душевые, площадка для приема еды, тренировочное поле, почти законченная площадка для переработки и транспортировки дендрофекального композита… Маршал сразу взмолился, чтобы я хоть дерьмо мумминов убрала, потому что мы его стащили на самое видное место, но я только глазами сверкнула — уговор есть уговор! Канал мы еще толком копать не начали, а территорию разметили, так что убрать добро некуда было. Разве что красиво утрамбовать, чтобы вместо куч были симпатичные пирамидки.
Так, главное, чтобы Пыль где-нибудь не откопала очередного осетра… А то вонизм на весь гарнизон не улучшит настроение проверяющих. Но Пыль преспокойно рыла свои кошачьи ямки в кустах и вся суета ей была глубоко до лампочки, периодически она терлась о чужие ноги и даже порой запрыгивала на колени, только в столовую мы ее не пускали всеми силами. В общем, кошь не волновалась, а мы — ну да, мы все-таки бегали и судорожно пытались привести в порядок все от и до. Причем так, чтобы нигде и намека не было, что о проверке мы уже узнали. Так даже лучше: не надо в парадное наряжаться и маршировать. Мол, жизнь в гарнизоне идет своим чередом: ать-два, равняйсь-смирно, напра-во, шагом марш!
Группка дежурных по столовой трусцой, подальше от начальства, поближе к еде, как и положено, бежала на приемку очередной поставки. Маршал стоял на крыльце главного здания и был, кажется, готов ко всему. Ну же, парень, ты хоть бы улыбнулся, мы же молодцы!
А что там за проверка, сейчас узнаем…
Пыль, размахивая хвостом, понеслась мимо меня прямиком к главному зданию, и в пасти она держала зазевавшуюся мышь.
«Это что еще такое?» — прочитала я во взгляде маршала гневный вопль.
«Это мышь, господин маршал, — так же мысленно пожала плечами я. — Не тухлая же осетрина. Это вам, чтобы вы не очень расстраивались, если вдруг что…»
Пыль положила добычу прямо под ноги маршала и соскользнула с крыльца. Воспользовавшись моментом, маршал тут же скинул мышь обратно носком сапога. Пыль в этот момент обернулась, и я поняла — такого лютого врага подполковник Дейс себе не наживал еще никогда. Какие там морлоки и Рейджи!
Рейджи, кстати, мы отправили в город уже наутро после засады. Это было неделю как назад. Всех троих отправили — пусть там разбираются, кто больше, а кто меньше виноват. Мне было, конечно, прелюбопытно, кто из них кто главный, кто не очень, но я понимала — вопрос совершенно не в моей компетенции. Потом все узнаю, когда следствие кончится. Если начну возникать — проблемы возникнут уже у меня, еще и папе прилетит по касательной, что совсем уже скверно. Что не удивляло — так это их молчание, даже отец Рейджи заткнулся и не собирался больше жаловаться никуда. Ну да, все, что сказано, может быть использовано против вас. Так-то морлоки были очень серьезным проступком. Может быть, он не был в курсе, кто знает. Но
