конференция профсоюзов, на которой обсуждался вопрос о выборах в Народное собрание.
Поведение присутствующего «представителя власти» на конференции профессиональных союзов при разрешении этого вопроса заслуживает особого внимания. Этот бравый полисмен вел себя возмутительно даже для царского времени, вмешиваясь чуть ли не в каждую фразу говоривших, и лишь благодаря организованной выдержке рабочих собрание обошлось без эксцессов.
Блюститель порядка по очереди запрещал ораторам произносить слова «меркуловское», причем, посоветовал не касаться правительства ДВР, не употреблять слово «борьба», запретил делать «ужимки», интонации, наконец, не позволил говорить о правительстве Сандвичевых островов, уловив в нем намек на меркуловское. Распоряжался речами ораторов и давал указания председателю: «Вот вы продолжайте, а вам говорить нельзя».
В конце же всего запретил зачитывать и обсуждать резолюцию, а предложил сам председателю на голосование лишь один вопрос: «участвовать в выборах или не участвовать».
В результате была внесена резолюция такого содержания: «Конференция профессиональных союзов протестует против вмешательства чинов милиции в обсуждение пунктов, поставленных на повестке заседания конференции, чем препятствовали свободному волеизъявлению и вынудили заседание конференции закрыть».
Резолюция была принята единогласно. Конференция, не решив вопроса о принятии участия в выборах, была закрыта.
Газета «Рабочий» (Никольск-Уссурийск), 28 июня 1921 года.
ПРИКАЗ НАЧАЛЬНИКА ГАРНИЗОНА Г. НИКОЛЬСК-УССУРИЙСКОГО
Секретно. 20 июля 1921 г.
По имеющимся данным усматривается, что коммунисты всячески стараются попасть на службу Приамурскому Временному правительству, дабы потом, состоя на таковой, неблаговидными действиями, как личными, так и вовлекая других в таковые, дискредитировать существующую правящую власть, а посему приказываю: Не допускать в случае попыток таких лиц поступления на службу в части войск, управлений, учреждений и заведений, а именно:
1) бывших военных комиссаров, состоявших в Сибирской флотилии до событий 26 мая с. г.,
3) главных руководителей Никольск-Уссурийской организации Российской коммунистической партии…
Генерал-майор Молчанов.
Источник: Борьба за власть Советов в Приморье. 1955.
ИЗ ДИРЕКТИВЫ ПРИМОРСКОГО ОБЛНАРРЕВКОМА НИКОЛЬСК-УССУРИЙСКОМУ РЕВКОМУ
о работе в условиях подполья
15 августа 1921 года.
… Партработу продолжать в том же духе. Особенно важны ячейки на жел. дороге, телеграфе. Привлекать к работе комсомольцев и женотдел, которым наиболее удобно вести разведку и связь. Отсюда будут переведены в Никольск некоторые товарищи безработные, которые должны подыскать себе там работу и работать в организации, пользуясь тем, что их немногие знают в Никольске… Вам ежедневно в адрес Никольск. исполбюро профсоюзов высылалось 250 экземпляров «Голоса рабочего» и «Молота». Получаете ли? Налаживаем нелегальную «Коммунист», печатаем листовки к каппелевцам, пошлем и вам…
Источник: Борьба за власть Советов в Приморье. 1955.
ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ КОНТР-АДМИРАЛА Ю.К. СТАРКА
Отчет о деятельности Сибирской флотилии 1921-22 гг.
2. Район побережья Татарского пролива и Японского моря к северу от маяка Поворотного.
В части этого побережья, в районе Ольга-Тетюхе, прочно угнездились красные еще со времен правительства адмирала Колчака. Операция, выполненная нами в ноябре 1921 г., закончившаяся ликвидацией флота красных, нанесла им сильный удар. Последовавший затем наш удачный поход на Хабаровск парализовал, на несколько месяцев, энергию красных по распространению своей власти за пределы района Ольга-Тетюхе. Поэтому во время зимних рейсов Добровольного флота, охраняемого нашими караулами, единственными опасными для захода пунктами этого района считались Ольга и Тетюхе.
К северу, до Императорской гавани, и дальше, до бухты Датта, население района считалось пестрым по своему политическому образу мыслей. В то время как селения старых переселенцев, сплошь староверов, были антикоммунистического настроения, вкрапленные между ними селения новоселов были поставщиками личного состава в партизанские шайки.
Однако, пользуясь бездеятельностью Правительства [колчаковского], красные, организовавшие в Ольге Областное Управление и получившие поддержку от большевиков в виде небольших отрядов, проникших через почти непроходимые ущелья хребта Сихотэ-Алинь, и нескольких новых руководителей, постепенно начали распространяться к северу.
К весне [1922 года] во всех мало-мальски значительных селениях побережья появилась милиция Д.В.Р., частью оставшаяся еще от времен до переворота 26 мая, а частью вновь организованная. Центр – в Ольге, средства сообщения – частично Добровольный флот, благодаря попустительству администрации частично – пароходство графа Кейзерлинга, не имевшее вовсе военной охраны, а, главным, японские пароходы и моторные кунгасы. Катер «Рында» – фирмы Бринер и Ко., захваченный красными, находился также в их распоряжении, причем плавал под японским флагом. В результате в один из весенних рейсов Добровольного флота в Императорской гавани произошло столкновение между охраной парохода и красной милицией, открывшей огонь по шлюпкам с берега. Был убит один из помощников капитана парохода. Это побудило Добровольный флот просить о прекращении военной охраны пароходов. В ответ я потребовал прекращение рейсов пароходов вовсе, но не был поддержан в этом отношении Правительством, которое все еще считалось с самостоятельностью Добровольного флота и не решалось оставить население без средств сообщения. Рейсы продолжались уже без охраны, что окончательно развязало руки красным в смысле использования пароходов, как средств сообщения. Захват пароходов они уже не практиковали, так как при наличии нашей флотилии они считали это бессмысленным, и так как не хотели ссориться с Добровольным флотом. Такой порядок вполне устраивал Добровольный флот в смысле соблюдения его коммерческих интересов.
Подобная обстановка на побережье создала крайне курьезное положение.
Владивостокское Правительство, так или иначе, содержавшее, в ущерб интересам активной борьбы, многочисленные областные учреждения, было безвластно в области, коей эти учреждения ведали. Владивостокские: Таможня, Лесное Ведомство, Управление Рыбных и Звериных промыслов и пр., имели на побережье чиновников, номинально признававших эти центральные учреждения, посылавших им донесения и отчеты и снабжавших их всем необходимым для отправления службы в законном порядке, как то бланками, печатями, удостоверениями и проч., но не имели от этих чиновников ни копейки доходов. Ни копейки не имело и Правительство, содержавшее эти учреждения, вернее, допускавшее расход части поступлений этих учреждений по Владивостоку на содержание своих штатов.
Красные из Ольги посредством милиции, терроризовавшей чиновников, собирали многие сотни тысяч законных правительственных налогов с населения и японцев через законных агентов Владивостокского Правительства.
Японцы-хищники, работавшие незаконно, без ведома Владивостока, считались только с местной властью и платили налоги только красным на месте. Японцы-концессионеры, старавшиеся поступать по закону, заключали контракты во Владивостоке и вынуждены были платить налоги Правительству и откупаться от красных на месте. В результате они задерживали очередные платежи, мотивируя эту задержку неспособностью Правительства охранять их интересы на местах.
Получаемые красными деньги шли на уплату жалования милиции, чиновникам, назначенным Владивостоком, на покупку продовольствия, через третьих лиц, на базаре во Владивостоке, и на доставку этих предметов на пароходах Добровольного флота. Излишки, а они были велики, шли на формирование новых отрядов «партизан», на создание отрядов корейцев, словом, на укрепление средств борьбы с белым Правительством.
Вся эта картина не была ясна
