в упор. Массивные болванки, призванные проламывать борта и палубы стальных гигантов, врезались в бок и ноги. Голова камнерога резко дернулась, и во все стороны полетели осколки костей и ошметки плоти. Массивная нога подломилась, больше не способная выдерживать колоссальный вес, навылет пробитая одним из снарядов. Пластины брони, покрытые древними символами, не справившись с градом ударов и бронебойными снарядами, осыпались с тела…
Первый, поняв, что его вместилище не выдержит нового залпа, яростно взревел и вскинул разбитую голову к небесам. Его рог засветился, посылая вокруг множество ярких волн могильно-зеленого цвета, хлестнувших по окружавшим властителя территории кораблям… и те начали опадать, рассыпаясь в прах, из которого вернулись благодаря силе чар страницы великой Книги. Казалось, еще миг, и древний Охотник одержит победу, а затем восстановит свою плоть, но… Яркий синий росчерк — и с небес сломанной птицей рухнул космический корабль, дальний разведчик, однажды отправившийся в полет в поисках новых миров, но нашедший лишь свою смерть на дне Топей. Он не нес на себе оружия, ведь его создатели верили в доброту и милосердие разума. Он сам стал оружием, нанеся последний удар. Череп носорога, и без того пострадавший от выстрелов в упор, от столкновения с космическим кораблем разлетелся на мелкие куски. Черно-зеленая масса, бывшая когда-то мозгом, кости черепа и, самое главное, рог — все это раскидало в разные стороны.
— Приготовиться, — скомандовал наг.
Архиличи, и без его команды бывшие наготове, резко вскинули руки, когда из туши поверженного гиганта выскользнуло нечто, едва уловимое для глаз, и дернулось в сторону, пытаясь сбежать. Крохотный белоснежный мотылек мчался, спасая свою жизнь. Вместилище разрушено, а его сущность сейчас крайне уязвима. Возникшую перед ним ловушку он успел заметить в последний миг, прянул в сторону, изменил форму, попытался соскользнуть на астральный план… но багряные нити продолжали все туже сплетаться, окружая его. Он боролся, вспышка света, еще и еще. Одна часть нитей истаяла, но на их месте возникли новые, перекрывая пути бегства. Он воззвал к создавшему его, но не услышал ничего кроме тишины. Кто-то закрыл для него даже этот путь. Возникшая вокруг него клетка из костей стала лишь завершающей точкой. «Угнетение», «поглощение», «таяние сил». Руны, вырезанные на пожелтевших костях, вместе составляли слова силы, полностью лишая его воли и вытягивая энергию.
Окончательно обессилив, он упал, поддавшись навалившемуся на него сну.
Клетка, поднявшись в воздух, быстро помчалась к творцам заклинания, незаметно скрывшись в покрытом мхом и лишайником холме.
— Это твое, — наг протянул клетку с заточенным в ней Первым Баграшу, и тот, приняв ее, довольно кивнул.
— Плата принята, договор исполнен. С вами приятно сотрудничать, Владыка Шепчущий. Но должен заметить, что вы идете на большой риск. Спящий однажды может проснуться, а затем поинтересуется судьбой своих детей.
— Тогда ты будешь первым, к кому он придет, — наг кивнул на клетку.
— Я лишь получил плату за свои услуги, — пожал плечами ритуалист. — Не я разрушил вместилище и не я затем пленил, эта другая степень рисков. Тлат’Нок придет к тому, кто это все организовал.
— Тогда пускай встанет в очередь, — раздраженно прошипел наг, отведя на время взгляд от тактического экрана.
Баграш понимающе кивнул.
— Мне пора. Думаю, здесь вы уже справитесь без меня, — он взглянул на остатки флота мертвых, вновь продолживших движение к цитадели Ящеров. — И хотя с вами было приятно сотрудничать, прошу ближайшие пару сотен лет меня больше не тревожить. Вы стали слишком опасным партнером. В качестве небольшого подарка от себя, а также благодарности за понимание, на прощание я кое-что вам расскажу. Я связывался с Чумной Госпожой и смог узнать интересующие вас подробности об объявлении врагом Бездны. К сожалению, этот приговор отменить нельзя, но, помня о той работе, что вы проделали для нее, в своей милости она решила разъяснить, почему было собрано внеочередное собрание лордов Ада. Его провели по настоянию Дома Ярости, которым были предоставлены доказательства того, что именно ваши слуги были причастны к обрушению Черных кузниц Шалвахора. Это стало последней каплей. Никто и никогда за все века существования Бездны не наносил ей подобный ущерб. Уничтожение Врат, окончательная гибель их Привратника, а затем разрушение Кузниц. Гадание на костях Аида однозначно подтвердило слова Алого Господина, связавшего ваших слуг с поведением окончательно спятившего бога, уничтожившего свой домен.
— Какие еще слуги? Какой, в бездну, Шалвахор⁈ — наг непонимающе смотрел на ритуалиста, на миг забыв даже о бушующей вдали битве.
— Те двое, что сопровождали вас при штурме Акш’дхара, — подсказал Баграш. — Владыка мыслей и полководец-хаосит, именно они как-то сумели пробудить остатки личности сумасшедшего кузнеца, а тот уже лишь Тьма ведает почему решил обрушить Кузницы в пламя Бездны. Это слишком серьезный удар, нанесенный по интересам всех, такое не прощают. И не забывают.
— Демоны ада! Да не приказывал я им трогать Кузницы! — ошеломленно прошептал наг, понимая, что это уже никого интересовать не будет.
Господин всегда в ответе за действия слуг, а демоны в прошедшей операции главным видели явно его. И все это укладывается в единую канву произошедшего.
— Владыка, — голос Саяра, короля личей, на миг отвлек его от ошеломительных новостей, заставив отбросить мысли о Рэне и Бездне на потом. События на поле боя требовали его внимания.
Баграш Затворник, качнув головой, достал из кармана плаща старый бронзовый ключ, сунул его в возникшую в воздухе замочную скважину и, поплотнее прижав к себе клетку со спящим пленником, отправился домой наслаждаться тишиной, покоем и новыми упоительными экспериментами.
Остатки флота двинулись вперед, бой с Мертвым Носорогом отнял посмертие у многих, но еще не у всех. Снова заворочались тяжелые стволы, и новый залп сотряс Топи. Напитанный Смертью металл снарядов вспорол воздух, чтобы удариться в светящийся купол, окруживший цитадель.
— Несокрушимый щит, — доложил Саяр, не отводящий взгляд от шара чернокнижника Бренхорта, призванного под панцирь черепахи вместе с остальными офицерами, только, разумеется, без своего «подопечного».
— Ожидаемо, — пожал плечами наг.
Но даже такой щит подобный обстрел долго не выдержит, еще десяток-другой залпов, и снаряды начнут бить уже по каменным стенам и башням цитадели, кроша и разрывая все, что окажется внутри них. Гораздо интереснее, что теперь предпримут Ящеры? И здесь ли Газарах? Первый Охотник пал, могучий союзник потерян, цитадель, если ничего не предпринять, тоже скоро падет. Самое время на сцене появиться лидеру клана и вывести свои армии вперед.
