нужно терпеть вопросы и некоторые капризы. Впрочем, она была готова ради такого красавчика ещё и не к такому.
Сев за рабочий стол, фурия подключилась к системе видеонаблюдения, задумчиво отслеживая все передвижения девчонки. Та металась по кухне и столовой, залезая в шкафы и на свой вкус оформляя помещение, вытаскивая какие-то продукты и раскладывая их в одной ей понятной последовательности. Ребека насмешливо хмыкнула, не зная, что Надя приняла решение сделать не просто романтический ужин, а что-то, что могло бы пробудить память Пересвета.
Поставив локти на стол, ведьма сцепила пальцы в замок, опустила на них подбородок и, продолжив следить за девушкой, задумалась. Она уже давно работала на одного из кощеев, скрывая свою службу даже от самого верного своего пса, Дона. Кто-то гордился такой работой, а вот она считала её постыдной и хотела разорвать связь, не приносящую ожидаемой прибыли.
Да кто же по собственной воле уходит от Тёмного Иерарха? Обычно только смерть разрывает такие узы. Фурия и готовилась “умереть”. Спрятаться так глубоко, чтобы сами Владыки Пекельного мира не смогли найти, и сделать это можно было только в одном месте: на самых дальних задворках Светлого мира.
Её флагманский корабль мог совершить такой прыжок, унося Ребеку и Дона на край Вселенной, вот только ни ей само́й, ни Дону не было туда хода. Одно дело, совершить набег на приграничные области светлых и потрясти торговые корабли, быстро скрываясь в Пекельных районах с добычей, и совсем другое, жить долгие годы в светлых вибрациях, от которых её корёжило. И никакие деньги и драгоценности не могли изменить силовые потоки организма, настроенные на низкие вибрации.
Ребека долгие годы искала такую возможность и уже опустила руки, собираясь бросить столь завлекательную идею, когда однажды к ней попали парные помолвочные браслеты светлых. Сперва она собралась продать их, как обычную добычу, но обострённая интуиция не дала совершить ошибку. Ребека нашла человека, который за умеренную плату провёл диагностику, вот тогда она и узнала, какая драгоценность попалась ей.
Простые непримечательные браслеты (один из которых сейчас тускло поблёскивал на руке ведьмы, а второй — у Пересвета) были сделаны для пары светлый муж — тёмная жена, позволяя ей спокойно жить вместе с любимым в мирах Светлых Иерархов, не боясь неприятных физических последствий. Выигрышный лотерейный билет буквально окрылил Ребеку, вот тогда-то она и начала присматривать себе будущего красавчика мужа. Выбор пал на Пересвета: ей нравились его физические формы и внешность, импонировали дерзость и удаль. Но ещё больше, удивительное дело, Ребеке хотелось подчиняться фениксу, хотя именно из-за этого она и хотела сбежать от хозяина.
А уж когда она смогла заполучить парня себе, то решила, что всё получилось и дело за малым, разбудить и подчинить Пересвета. Вот тогда она и получила первый щелчок по носу. К вызову от хозяина Ребека оказалась не готова: он никогда не тревожил её во время отдыха команды и ремонта кораблей. Тот неприятный разговор запомнился в подробностях. Оказалось, кощей знал о её желании и даже сказал, что поможет с осуществлением, но потребовал за свободу одну услугу. Одну. Чёртову. Услугу!
Всего и надо было, с помощью "Хрустальной чумы" уничтожить людей на корабле, а потом по метке забрать артефакт "Серебряное донце да золотое веретёнце". Совершенно простое и прибыльное дельце, когда тебе дают время и место встречи вайтманы, присылают порталом вирус, да ещё и платят за это не только свободой, но и полновесными кредитами. Если бы Ребека могла предвидеть — отказалась несмотря на последствия. Но тогда она решила, что от столь щедрого предложения гипотетически бывшего хозяина не сто́ит отказываться, вот и сунула голову в мышеловку, хорошо хоть жива осталась.
Нет, деньги она получила, и это немного грело душу, а вот артефакт ушёл из рук. Они с Доном так и не смогли тогда догнать вёрткий катер, спрятавшийся от них в зоне каменного пояса. И как итог — очень неприятный разговор с хозяином. Ребека тогда осталась жива лишь по одной причине: она всё ещё была нужна кощею. Нет, он не кричал и не угрожал, говорил спокойно, но от этого становилось лишь страшнее, а когда прозвучал приказ: “Где хочешь, достань донце…” — Ребека уже была готова сама бежать к Светлым Иерархам и молить их отдать ей артефакт. Кощей тогда недоговорил, его ладонь непроизвольно сжалась в кулак, а фурия почувствовала, как рука сжимается на её шее, хорошо, что от выплеснутой силы взорвался фотонный генератор связи, и женщина смогла дышать.
Этой демонстрации было достаточно, чтобы она везде искала артефакт, благо поставщиков контрабанды знала много. И тут вдруг какая-то девчонка на улице предлагает ей то, что никто не мог найти… В случайность Ребека не верила, да и наивностью не страдала. На первый взгляд девица была простодушной до глупости, ну или хотела казаться таковой. Впрочем, Ребеку это не беспокоило, она получила артефакт по всем правилам, и он был рабочим.
Фурия разомкнула пальцы и достала золотой клубочек, внимательно рассматривая тончайшую нить. Да, это оно, первородное золото, передающее импульсы нейросети в организмах с искусственным интеллектом и требующееся во всех микросхемах. И если в Пекельных мирах его добывали миллиграммами, то артефакт создавал в любых количествах. Алчность вновь подняла голову, и Ребеке с трудом удалось погасить желание оставить артефакт себе, но и передавать его прямо сейчас хозяину она не собиралась: условие договора с девчонкой ещё не выполнено. А до той поры можно намотать себе много клубочков, которые озолотят Ребеку. Когда же пройдут четыре дня, тогда можно будет подумать, как поступить дальше. Одно Ребека знала наверняка: мелькающую на мониторе слежения девицу нельзя оставлять в живых.
— Отдам её Дону, пусть спустит пар и позабавится, — прошептала фурия.
Надежда даже не предполагала, какую участь ей предрекала хозяйка дома, а потому споро жарила, парила и шинковала всё для романтического ужина. Готовить она умела, хотя дома никогда этим не занималась. А даже если бы и попыталась, схлопотала от тёти Маши полотенцем по спине, не больно, а для острастки, как говорила повариха. И ей было абсолютно всё равно, что она наёмный работник, а изгнанный с кухни — хозяин. Это было её владение, и другим туда ход закрыт.
И если бы не давнее знакомство с шеф-поваром одного из знаменитых ресторанов в Москве, Надя бы имела скудные представления о поварском искусстве. Тогда ей было уже пятнадцать лет, и она сразу, как начались летние каникулы, приехала к отцу на раскопки в
