Православной Церкви в сане православного епископа. Предлагается на государственную должность при ВЦИКе назначить епископа, который будет, подобно всем остальным большевистским функционерам, осуществлять свою «церковную работу» в полном согласии с антицерковной политикой власти. И далее несколько пунктов, раскрывающих полномочия этого комитета.
Выделение из общей массы православного духовенства и мирян тех лиц, которые признают справедливость Российской Социалистической Революции и лояльны по отношению к советской власти.
Предполагается некое собирание данных об умонастроениях духовенства и выявление тех, кто готов сотрудничать с властью до конца. И далее:
Ограждение их от церковных прещений и судебных кар со стороны патриаршего управления.
Предполагается, что это духовенство должно находиться в конфликте с законной каноничной церковной властью, но государство должно их при этом защищать. Как может государство защитить какую-то часть духовенства от мер прещения со стороны каноничной церковной власти? Только одним образом – ликвидировав эту каноничную церковную власть в той или иной форме, что уже и происходило в это время.
Объединение означенных лиц в общегосударственном масштабе путем выработки общей программы в делах церковных и в отношениях государственных.
…Наблюдение за деятельностью патриаршего управления.
Этот план был реализован лишь отчасти. А сам Калиновский уже в августе 1922 года снимет с себя сан и будет пропагандистом атеизма. Вот насколько радикальны были обновленцы в своем сотрудничестве с властью.
Что же происходило в Петрограде? Тогда, казалось, вопрос о судьбе Высшего Церковного Управления должен быть решен именно там. Уже на следующий день после появления послания митрополита Вениамина, 29 мая, он был арестован.
Когда 29 мая пришли его арестовывать в Александро-Невскую Лавру, с группой гэпэушников пришел Введенский, запрещенный в священнослужении в этот момент. Он подошел к владыке брать у него благословение. Митрополит Вениамин, который когда-то относился к нему с большим уважением, сказал ему: «Мы с вами не в Гефсиманском саду», – и не дал благословения, поскольку для него в этот момент уже стали ясны намерения обновленцев. Но обратите внимание, что Введенский присутствует при обыске в митрополичьих покоях, то есть он выступает как один из сотрудников (или как это впоследствии будет называться «помощников») ГПУ.
Обвинение было выдвинуто то же, что и против Патриарха – сопротивление изъятию церковных ценностей. Но на самом деле причина была иной. Как только митрополит Вениамин был арестован (а его арест по этому обвинению удивил даже петроградские местные власти, настолько здесь спокойно происходило изъятие ценностей), его викарий, епископ Ямбургский Алексий (Симанский), был вызван в ГПУ на Гороховую, где ему предъявляют ультиматум: либо он, став управляющим делами Петроградской епархии, снимет прещение с обновленческих священников, либо митрополит Вениамин будет расстрелян. Ему дали на размышление несколько дней.
Власти более всего были возмущены не тем, что митрополит Вениамин как-то сопротивляется изъятию ценностей. Сопротивления практически не было, и не в связи с этим арестовали митрополита. Они устранили митрополита Вениамина именно потому, что он был законный Местоблюститель, да к тому же еще поставивший обновленческое духовенство вне церковных канонов, и добивались прежде всего того, чтобы у обновленцев были восстановлены их церковные полномочия.
Епископ Алексий (Симанский) довольно долго размышлял на эту тему, собрал епархиальный совет. Строго говоря, по канонам викарный епископ не может отменить постановление правящего архиерея. Это может сделать либо сам правящий архиерей, либо вышестоящие церковные инстанции. Но здесь вопрос касался жизни митрополита Вениамина. Все тогда уже понимали, что митрополита Вениамина могут взять и расстрелять только за то, что он сделал нечто, для властей не приемлемое. Исходя из этого, уже имевшегося у Церкви опыта, епархиальный совет принял решение о том, чтобы епископ Алексий снял прещение с обновленческих священников. Предполагалось, что если это будет сделано, епархиальный совет обратится к властям с просьбой выдать митрополита Вениамина на поруки (существовала такая форма), и его жизнь будет спасена.
Итак, 5 июня 1922 года епископ Алексий (Симанский) снял прещение с обновленцев, и последовало обращение к властям о выдаче на поруки митрополита Вениамина. И здесь следует сказать, что хотя опыт у Церкви уже был большой, знали, что архиерея могли расстрелять, но не ожидали того, что власти могут так открыто, по существу перед лицом всей Церкви, солгать, а власти солгали. И митрополита Вениамина не только не освободили, но следствие по его делу шло весьма интенсивно, с перспективой вынесения ему смертного приговора, если сам митрополит Вениамин не пойдет на ряд очень значительных уступок. Так что процесс над митрополитом Венимином, хотя он был связан вроде бы с изъятием церковных ценностей, имел, конечно же, иную подоплеку. Не изъятие ценностей, а именно его принципиальная позиция в отношении обновленцев, его нежелание передавать им свои полномочия стали главной причиной его ареста, а затем и расстрела.
Таким образом, обновленцы были восстановлены в правах, а высшая церковная власть у нас была по-прежнему обезглавлена. 29 мая 1922 года организационно оформилась новая общероссийская обновленческая организация «Живая церковь». Она действовала по принципам политической организации, у нее была своя программа, был свой устав, членские взносы, центральный комитет, избранный из соответствующих клириков. Во главе же этой организации находился священник Владимир Красницкий. Не Введенский, не Антонин (Грановский), а именно Красницкий – как человек, безусловно исполняющий особую миссию в Церкви, на которую уполномочило его ГПУ.
Процесс над митрополитом Вениамином в Петрограде начался 11 июня. На этом процессе от митрополита Вениамина требовали признания своей несуществующей вины в сопротивлении изъятию церковных ценностей, осуждения Патриарха, отречения от Патриарха. Естественно, что митрополит Вениамин на это не пошел.
Приговор был достаточно жесткий, десять человек было приговорено к расстрелу, правда, затем ВЦиК шести людям отменил смертный приговор. Но есть сведения, что протоиерей Михаил (Чельцов), один из этих шести, кому смертный приговор был отменен, 40 дней провел в камере смертников и 40 раз читал про себя отходную молитву. Каждый день он начинал с того, что служил обедницу и читал отходную молитву по себе. Он был приговорен к нескольким годам тюрьмы и потом освобожден.
Расстрел произошел в ночь с 12 на 13 июля, видимо, где-то в районе Ржевки, это было одно из известных в то время мест расстрела, но никаких точных сведений ни о месте расстрела, ни о месте захоронения митрополита Вениамина до сих пор нет. Их расстреливали тайно, предварительно побрив, чтобы в них не узнали священнослужителей.
Общая церковная ситуация такова: Патриарх арестован, его ожидает судебный процесс, один из его Местоблюстителей расстрелян, другой по-прежнему находится в Ярославле, ему властями запрещено оттуда выезжать.
* *
