Посол не мог не заметить Мартинеса, который встал в паре футов за спиной мэра. Ясно было, что юноша возле него – сын Гарри Клифтона. Мартинес направился прямо к послу, Себастьян – за ним.
– А мне удастся познакомиться с принцессой? – спросил Мартинес.
– Я рассчитывал представить вас ее королевскому высочеству. Если вы будете так добры оставаться там, где сейчас, мистер Мартинес, я подведу ее к вам, как только она закончит беседу с мэром. Боюсь, однако, это не распространяется на вашего спутника. Принцесса не имеет обыкновения беседовать с двумя людьми одновременно, поэтому не будет ли юный джентльмен так любезен оставаться чуть позади?
– Разумеется, – кивнул Мартинес, даже не обернувшись к Себастьяну.
– Что ж, мне пора идти, иначе дело никогда не сдвинется с мертвой точки. – Посол пробрался через толпу, запрудившую лужайку, стараясь не ступать на красный ковер, и вернулся в свой кабинет.
Почетная гостья сидела в углу комнаты, дымя сигареткой и болтая с супругой посла. Рука в белой перчатке покачивала длинным изящным мундштуком слоновой кости.
Посол отвесил поклон:
– Мы готовы, мадам, если позволите.
– Что ж, тогда пойдемте. – Принцесса, еще раз напоследок пыхнув дымком, затушила сигарету в ближайшей пепельнице.
Посол проводил ее на балкон, где они задержались на несколько мгновений. Капельмейстер Шотландского гвардейского полка поднял жезл, и оркестр заиграл незнакомую гостям мелодию национального гимна. Разговоры умолкли, и большинство мужчин, взяв пример с посла, вытянулись по стойке смирно.
Когда последний аккорд затих, ее королевское высочество медленно проследовала по красному ковру на лужайку, где посол в первую очередь представил ее президенту Педро Арамбуру.
– Очень рада вновь встретиться с вами, господин президент, – проговорила принцесса. – Благодарю вас за очаровательное утро. С большим интересом я наблюдала ассамблею в работе и получила искреннее удовольствие, проведя ленч с вами и с кабинетом министров.
– Большая честь для нас принимать такую высокую гостью, мадам, – ответил президент тщательно отрепетированным предложением.
– И я должна согласиться с вашими словами, господин президент: ваша говядина ничуть не уступает той, что производим мы в Горной Шотландии.
Оба рассмеялись, хотя президент не был уверен почему.
Посол посмотрел президенту за плечо, желая удостовериться, что премьер-министр, мэр и Мартинес остаются на указанных им местах. Мартинес не сводил глаз с принцессы. Посол кивнул Бекки, и та мгновенно вышла вперед, встала за спиной Себастьяна и прошептала:
– Мистер Клифтон?
Себастьян развернулся, удивившись, что кто-то здесь знает его имя:
– Да?
– Я личный секретарь посла. Он попросил вас оказать любезность пройти со мной.
– Мне предупредить дона Педро?
– Нет, – последовал решительный ответ. – Это займет лишь несколько минут.
Себастьян немного растерялся, но последовал за Бекки. Она проскользнула через толпу оживленно болтавших гостей в визитках и коктейльных платьях и вошла в посольство через боковую дверь, нарочно оставленную открытой. Посол улыбнулся, довольный тем, что первая часть операции прошла так гладко.
– Я непременно передам ваши добрые пожелания ее величеству, – пообещала принцесса, прежде чем посол повел ее к премьер-министру.
Дабы не терять нить разговора, посол старался не упустить ни слова из ее речи, однако изредка поглядывал в сторону окна своего кабинета. Когда Бекки вернется на террасу, это будет означать, что встреча отца с сыном состоялась.
Почувствовав, что принцесса достаточно пообщалась с премьер-министром, он подвел ее к мэру.
– Рада познакомиться с вами, – приветствовала мэра принцесса. – Вот только на минувшей неделе лорд-мэр Лондона рассказывал мне, как ему понравился визит в ваш город.
– Благодарю, мадам, – ответил мэр. – Буду с нетерпением ждать следующего года, чтобы возвратить ему комплимент.
Посол посмотрел в сторону своего кабинета: Бекки все не показывалась.
Принцесса недолго задержалась у мэра и деликатно дала понять, что хотела бы проследовать дальше. Посол скрепя сердце подчинился ее желанию.
– И если позволите, мадам, представить вам одного из ведущих банкиров города дона Педро Мартинеса, который, уверен, вам интересно будет знать, проводит много времени в своем доме в Лондоне.
– Это великая честь, мадам, ваше величество, – сказал Мартинес, отвесив низкий поклон, прежде чем принцесса успела заговорить.
– И где же ваш лондонский дом? – поинтересовалась она.
– На Итон-сквер, ваше величество.
– Как мило. В этой части города проживает много моих друзей.
– В таком случае, ваше величество, возможно, вам захочется присоединиться ко мне за ужином как-нибудь вечерком. И пожалуйста, приведите с собой кого пожелаете.
Посол с огромным нетерпением ждал, что ответит принцесса.
– Какая интересная идея, – наконец нашлась она, прежде чем отойти.
Мартинес отвесил еще один поклон. Посол поспешил вслед за своей высокородной гостьей. Он с облегчением вздохнул, когда она остановилась поболтать с его женой, но долетело до него следующее:
– Какой он жуткий, этот маленький человек, как он вообще умудрился получить приглашение?
Посол еще раз бросил взгляд на окно своего кабинета и не сдержал еще одного вздоха облегчения: на террасу вышла Бекки и кивнула ему. Он вновь попытался сосредоточиться на том, что говорит принцесса его жене.
– Марджори, я умираю, хочу курить. Как думаете, я могу исчезнуть на пару минуток?
– Конечно можете, мадам. Давайте вернемся в дом?
Когда они ушли, посол повернулся взглянуть на Мартинеса. Тот застыл, будто зачарованный. Его взгляд не отрывался от принцессы, и Мартинес, казалось, не обратил внимания, как Себастьян вернулся и вновь встал у него за спиной.
Как только принцесса скрылась из виду, Мартинес повернулся и жестом подозвал юношу.
– Принцессе меня представили четвертым! Передо мной шли только президент, премьер-министр и мэр!
– Какая великая честь, сэр, – ответил Себастьян, будто все происходило на его глазах. – Вы, наверное, испытываете огромную гордость.
– Повержен в прах, – вздохнул Мартинес. – Это один из величайших дней в моей жизни. А знаешь, – добавил он, – ее величество, по-моему, согласилась отужинать со мной, когда я вернусь в Лондон.
– Завидую, – сказал Себастьян.
– Вот как?
– Да, сэр. Не я, а Бруно должен был стоять здесь рядом с вами и разделять ваш триумф.
– Вернешься в Лондон – расскажешь ему обо всем.
На глазах у Себастьяна посол вместе с секретарем вернулись в здание посольства. Там ли еще его отец?
– У меня времени – только пока принцесса курит сигарету, – сказал посол, вбегая в свой кабинет. – Но мне не терпится узнать, как прошла ваша встреча с сыном.
– Начнем с того, что он, конечно же, был потрясен, – сказал Гарри, вновь надевая китель БТВА. – Но когда я ему сказал, что из школы его не исключили и ждут в Кембридже, он немного расслабился. Я предложил ему лететь в Англию со мной, но он сказал, что обещал доставить на «Куин Мэри» какую-то посылку в Саутгемптон и что, поскольку Мартинес был так добр к нему, это единственное, чем он мог бы отплатить.
– Саутгемптон… – повторил посол. – Он сообщил вам, что в той посылке?
– Нет, и я не стал давить на него на случай, если он вдруг догадается об истинной причине моего прилета сюда.
– Мудро.
– Мне также пришла в голову мысль вернуться на «Куин Мэри» вместе с сыном, но я подумал, что в этом случае Мартинес очень скоро догадается, зачем я прилетал.
– Согласен, – кивнул посол. – Какое же вы нашли решение?
– Пообещал встретить «Куин Мэри» в Саутгемптоне.
– Как, по-вашему, среагирует Мартинес, если Себастьян расскажет ему, что вы в Буэнос-Айресе?
– Я подсказал ему, что будет разумнее не упоминать об этом, иначе Мартинес может потребовать, чтобы Себ летел домой вместе со мной. Сын обещал ничего не говорить.
