ко мне и присев рядом, обеспокоенно интересуется няня.
Кратко пересказываю ей новости, что вчера принесла на ночь глядя Лали.
Про мою удивительную питомицу Алма уже слышала, я сама ей рассказала, но она еще не видела Лали.
– Да мало ли по каким делам герцога могли вызвать. Зачем ты себя накручиваешь, Ари? Он ведь занимает важную должность, немудрено, что ему потребовалось отлучиться из дворца по делам.
– Его нет уже сутки.
– Это не значит, что с ним беда приключилась, – настаивает Алма.
– А если приключилась? Если моя тревога не на пустом месте взялась?
– Тогда тебе остается набраться терпения и дождаться новостей. Сейчас ты всё равно ничего не можешь поделать.
– Да не могу я больше ждать. Не могу. Меня словно изнутри жжёт плохое предчувствие! – вскакивая на ноги, эмоционально говорю няне. – Сама не понимаю, откуда это взялось. Почему я вообще так за него переживаю? Я ведь его почти не знаю… Мы чужие… Но стоит только подумать, что ему грозит опасность, как меня просто раздирает боль! Хочется бежать, что-то сделать, лишь бы не сидеть на месте в неведении! Я больше ни о чем думать не могу… – чуть не плача, быстро тараторю я, заламывая руки от волнения.
– Ох, девочка моя… Иди сюда, – встав, Алма притягивает меня в свои объятия и принимается успокаивающе поглаживать по распущенным волосам. – Переживать за мужа не стыдно.
– Я его плохо знаю, – сейчас это не имеет значения, но всё же приглушенно говорю няне.
– Но всё равно волнуешься за него. Он тебе нравится. Так?
Замявшись на секунду, отвечаю правдиво:
– Нравится.
– Ну вот. При встрече скажи ему это, – советует она.
– Зачем?
– Затем, чтобы он знал, что не безразличен тебе, – добродушно хмыкнув на мою непонятливость, произносит Алма.
– Разве не мужчина должен первым признаваться в симпатии? – смущенно спрашиваю я.
– Мужчинам порой сложнее облечь в слова то, что они чувствуют. Их нужно подтолкнуть. Нет ничего зазорного в том, чтобы первой открыться в своих чувствах.
Ну не знаю… Как-то не очень мне хочется подталкивать его своим признанием… Вдруг он вообще ничего ко мне не испытывает? Вдруг весь интерес, что я чувствовала от него, видела в его глазах, нереален? Я могла видеть то, что мне хотелось… А мне действительно хотелось. Я еще никогда не была столь увлечена мужчиной. Меня никогда не тянуло к кому-то с такой силой, как к Кейнару.
Тут мне вспоминается наш поцелуй в храме… Разве так может целовать равнодушный человек? Нет, не может. Я нравлюсь мужу, это точно. На губах проскальзывает робкая улыбка.
– Я так рада, что ты снова рядом, – крепче обняв женщину, говорю я. С Алмой мне спокойнее. Рядом с ней я чувствую себя дома.
– Девочка моя, я тоже скучала, – растроганно, слышу по голосу, произносит няня.
Постояв так еще немного, разжимаем объятия, и Алма наконец отправляется умываться, а я иду будить Ланару.
****
– Доброе утро, леди Нирано, – входя в мои покои, поклонившись, произносит Рона.
– Доброе, Рона, – отвечаю ей и тут же улыбкой благодарю Алму за помощь с волосами. Няня ловко управилась с моей гривой, заплетя красивую объемную косу.
Встав со стула, поворачиваюсь лицом к служанке и замечаю, что она не принесла нам завтрак.
– Завтрак ещё не готов? – спрашиваю у неё.
– Её величество приглашает вас и леди Сфилл составить ей компанию за завтраком в её покоях, – сообщает Рона.
– Меня тоже? – приглушенно пискнув, удивленно произносит Ланара с дивана.
– Да. Её величество пригласила вас обеих, – подтверждает служанка.
Я так удивлена приглашением королевы, что не сразу нахожусь с ответом. Она вырастила Кейнара, заменила ему мать, логично, что она желает узнать меня получше. Ведь мы с её сыном (Кейнара можно таковым считать, если судить по отношению королевы к нему) теперь связаны на всю жизнь.
Но почему сейчас? Почему не раньше, до свадьбы? Мне казалось это немного странным.
В любом случае, отказывать я не собиралась. Завтрак и личная беседа с королевой могут принести пользу. Мы теперь одна семья, нужно налаживать отношения. Тем более, королева показалась мне приятной женщиной.
Заодно, может, удастся что-то про Кейнара узнать. Мышка так и не вернулась, и, соответственно, новых известий о моём муже не было.
– Лана, ты готова? – повернув голову, спрашиваю у разволновавшейся сестры. Встреча с матерью принца заставляет и её волноваться. Вон как щеки раскраснелись, и руки чуть дрожат.
Получив кивок от сестры, снова смотрю на замершую служанку.
– Рона, доставишь моей няне завтрак сюда, – не забываю я об Алме.
– Хорошо, леди Нирано, – послушно, без прежнего мелькавшего в глазах неудовольствия, отвечает девушка. – Позвольте проводить вас в покои ее величества.
Вслед за Роной мы с сестрой покидаем покои. Служанка идёт впереди и уверенно ведет нас за собой.
– Зачем королева пригласила меня? – тихо, подавшись ко мне, спрашивает Лана.
– Ты моя сестра, возможно, она захотела с тобой познакомиться. Тем более, ты теперь под опекой короля, – разумно, на мой взгляд, предполагаю я.
На секунду задумавшись, Лана согласно кивает. И, расправив плечи, уже куда увереннее продолжает путь.
До покоев королевы мы доходим за пару минут и, оказавшись внутри, опускаемся в реверансе перед сидящей в кресле женщиной.
Королева одна, не считая личной служанки, накрывающей на стол.
– Леди Ариелла, Леди Ланара, я рада, что вы приняли моё приглашение. Прошу, проходите, присаживайтесь, – мягко произносит её величество королева Иссабель. И когда мы располагаемся напротив неё, продолжает: – Извините, что я раньше не нашла времени с вами встретиться. В последнее время я себя не очень хорошо чувствую, – с извиняющейся улыбкой заканчивает она.
– Вы заболели? – взволнованно спрашиваю у неё.
Возможно, это бестактно, задавать такие вопросы королеве, но я ведь не из любопытства. Я могу помочь. Точнее, надеюсь, что могу.
– Нет. Я не больна, – отвечает королева. – Я беременна. Спустя столько лет я снова стану матерью, – нежно огладив рукой свой едва заметный
