где в данный момент может находиться Ривера и его люди. Нам хотя бы примерно нужно знать, где они могут дислоцироваться на данный момент, – передаю Бейли чашку ароматного кофе.
– Какие будут мои дальнейшие действия? – сажусь за стол напротив детектива, ожидая дальнейшего плана действий.
– Ваша задача ждать и сообщить нам сразу же, как только Ривера снова вам позвонит, – берет она ручку, вырывает из записной книжки листок и что-то пишет. – Вот по этому номеру пришлете сообщение с адресом, который он вам будет диктовать. Так мы сможем его проверить до момента вашей встречи.
– Хорошо, спасибо, детектив, – тяжело сглатываю. – Какие у нас шансы найти мою дочь? – избегаю тяжелого взгляда детектива Бейли.
– Я всегда говорю, что даже маленький шанс, но он существует, но для этого мы должны также выполнять свою работу, – делает она очередной глоток кофе и выжидает несколько секунд. – Но поймите, что вы тоже должны сделать все зависящее от вас, никаких самостоятельных решений и действий в этом плане, все согласованно с нами. Надеюсь, вы меня поняли? – улавливаю ее строгий взгляд.
– Конечно. Сделаю все от меня зависящее, – я соглашаюсь, потому что так правильно и вряд ли спустя почти два месяца я своими силами смогу вернуть свою дочь.
– Вот и хорошо, – согласно кивает она мне, и мы, молча, допиваем наш кофе, наполнивший аромат квартиры.
Эту гробовую тишину нарушает стук в дверь, да такой громкий и настойчивый, что, кажется, дверь может слететь с петель.
– Кого-то ждете? – удивленно оглядывается на дверь детектив Бейли.
– Нет, никаких гостей, – спешно выхожу из-за стола и следую к двери. Смотрю в глазок и вижу стоящего за дверью Николаса.
Какого черта! Что мне ему сказать? Мы не виделись уже пару недель, и я тщательно избегаю его звонков и сообщений, не говоря уже о личных встречах. Я настолько ушла в себя, что боюсь, больно ранила его чувства.
– Гм, – тяжело сглатываю образовавшийся ком в горле. – Детектив Бейли, – она поднимается из-за стола, убирая блокнот со стола в карман. – Можете попросить мистера Ланкастера уйти?
– Почему? – удивленно смотрит на меня, сложив руки на груди. – Какие-то проблемы?
– Нет, просто сами понимаете, в какой я нахожусь ситуации…, – замолкаю, осознавая, что сказала какую-то глупость. – Мне сейчас не до отношений.
– Мне жаль, миссис Картер, но мне нужно заниматься поиском вашей дочери. Вам придется самим разбираться между собой, – детектив Бейли выходит, а я жду, что же будет прямо сейчас. Как только детектив Бейли выходит из квартиры, кивком поприветствовав Николаса, я вижу разъяренное лицо Николаса Ланкастера, и понимаю, что мне настал конец.
– Стелла, какого чёрта происходит? – врывается Николас в комнату и начинает орать на меня. – Мне нужны твои объяснения, – тычет он пальцем мне в грудь. – Я устал от этих дурацких игр.
– Какие объяснения? Что ты хочешь от меня услышать, Николас? – складываю я руки на груди, защищаясь.
– Сначала ты настояла на том, чтобы я вернулся к себе домой, потому что ты хотела все время быть одна, – расхаживает он по комнате туда-сюда, эмоционально жестикулируя руками. – Потом ты практически лишила возможности приходить к тебе. А сейчас ты вообще игнорируешь мои звонки и сообщения. Я же не пакет молока, который после употребления можно выкинуть в мусорный контейнер и забыть про него. Что происходит?
Его слова меня бросают в дрожь, и наводят на меня панику. Как он мог подумать, что он сродни отброса для меня? Я никогда так не думала, я просто хотела выдержать дистанцию между нами.
– Николас, я просто считаю, что нам нужно сделать паузу в отношениях, – каждое слово дается мне с трудом, обжигая меня пламенем боли. – Ты же понимаешь, мне сейчас не до этого. Все мои мысли только о Райли, а не о тебе, – все мои внутренности начинает трясти. Я не хочу произносить эти слова, но вынуждена, чтобы не причинить Нику еще больше боли. Хотя этими словами я, кажется, причиняю ему не меньше боли.
– Я человек, Стелла, и у меня тоже есть чувства. Я не меньше твоего переживаю из-за исчезновения Райли. Я каждый день обдумываю массу вариантов, что еще можно сделать, чтобы найти ее. Для меня это важно, потому что она твоя дочь, а ты мне дорога, как никто другой. Как ты этого не поймешь? – он замирает на месте, тяжело дыша, и его ноздри раздуваются. Все говорит о том, что Ника переполняет страшный гнев. Таким я его видела впервые.
– Я все понимаю, Николас, но я сейчас бессильна, – провожу руками по волосам. – Мне нужной найти свою дочь, а не выяснять отношения с тобой. Давай сделаем паузу, пожалуйста, – молю я его, не в силах больше ничего сделать, потому что я осознанно приняла это решение. Я сажусь на диван, обхватив себя руками, ожидая реакции Николаса. Но он, молча, стоит, смотря на меня своими синими глазами, полными боли и разочарования. Я смотрю на него и понимаю, что в данную секунду я могу потерять его доверие и его самого.
Но он все также молчит и не произносит ни слова. Кажется, я своими руками ломаю свою жизнь и жизнь родного человека. Я такая жалкая, что меня тошнит от себя самой.
Николас
– Я люблю тебя, Стелла, – прерываю наше страшное молчание. В данную секунду мне показалось, что Стела дрогнула от моих слов, но это было настолько мимолетно, что далее она также осталась неподвижной, будто не услышала ничего особенного. Словно эти слова тождественны слову «привет», которое мы говорим каждый день друг другу. Но это не так.
– Николас, ты на эмоциях, ты запутался, – сухо говорит она и смотрит на меня пустыми глазами. У меня внутри все обрывается, вовсе не это я ожидал от нее услышать.
– Поверь мне, я знаю, о чем говорю, – хриплю в ответ, пытаясь ее заверить или убедить, сам не знаю, зачем я все еще продолжаю наш разговор. Я – признание, а на меня ушат дерьма.
– Да? – складывается ощущение, что она специально пытается казаться мне холодной и бесчувственной. – А мне казалось, у нас с тобой все строилось лишь на влечении, – продолжает она монотонно. – Есть ли вообще эта любовь, или это все выдумки?
Клянусь чем угодно, но я никогда в жизни не ожидал услышать ничего подобно от женщины, тем более такой чувственной, как Стелла. Боже, да она издевается надо мной.
– Зачем ты так со мной? – качаю головой, не желая верить ни единому ее слову. – Верни мне мою Стеллу, а эту отправь ко всем чертям! –
