рекомендации Фрейда Юнг был избран первым президентом Международной психоаналитической ассоциации. Поскольку венские психоаналитики, включая Альфреда Адлера и Вильгельма Штекеля, были настроены категорически против того, чтобы во главе психоаналитического движения стоял выходец из Швейцарии, то Фрейду пришлось пойти на компромисс.
В результате предложенного им компромисса Адлер стал президентом Венского психоаналитического общества, а Штекель – вице-президентом этого общества. Штекель вошел в редколлегию психоаналитического журнала.
Фрейд возлагал большие надежды на молодого Юнга, которого венские психоаналитики называли между собой белокурым Зигфридом. В то время швейцарский психиатр не только осуществлял значительную организационную работу по распространению психоаналитических идей, читал в Цюрихском университете курс лекций «Введение в психоанализ», но и выступал с резкой критикой тех ученых и врачей, кто подвергал сомнению ценность психоаналитических теорий и клинических данных.
Вместе с тем уже тогда он выражал желание расширить рамки психоанализа и вывести его за пределы естественнонаучного знания с целью включения в него символических и мифологических элементов, способных вернуть Христу образ «пророчествующего Бога виноградной лозы», и сделать из культа пьянящий праздник, в котором этическое и животное начала в человеке были бы слиты воедино. В одном из писем Фрейду от 11 февраля 1910 года он писал:
«Психоанализ наполняет меня “гордостью и неудовлетворенностью”… я хочу породнить его со всем, что когда-либо было живым и действенным».
Судя по всему, основатель психоанализа полагал, что под «неудовлетворенностью» Юнга кроется его стремление творчески разрабатывать психоаналитические идеи, и, надо полагать, он не знал о тех трансформациях, которые произошли у швейцарского психиатра под воздействием его пациента, психоаналитика Отто Гросса, и которые были связаны с его признанием духовной сакральности сексуальности и негреховности полигамных отношений.
Полигамный психоаналитик
Отто Гросс был сыном известного в то время криминалиста Ганса Гросса, занимавшегося исследованием и анализом преступных улик, создавшего Институт криминалистики и написавшего первый учебник по раскрытию преступлений. Он получил медицинское образование в Граце, экспериментировал с воздействующими на психику человека веществами и в период работы судовым врачом во время морского путешествия в Южную Америку в 1900 и 1901 годах прибегал к наркотикам, чтобы не предаваться тоске. Позднее он стал настолько злоупотреблять морфием, что ему приходилось дважды в день прибегать к этому средству, без употребления которого он уже не мог обходиться при исполнении своих служебных обязанностей в психиатрической клинике в Граце, где одно время он работал.
В 1902 году по просьбе отца он был принят на лечение в психиатрическую клинику Бургхёльци, где ему был поставлен диагноз «морфинизм». Через три месяца его выписали из этой клиники, но в 1907 году он попал в клинику Эмиля Крепелина в Мюнхене, где прошел краткосрочный курс лечения.
К тому времени Гросс познакомился с психоаналитическими идеями Фрейда, сравнил их с представлениями Крепелина о маниакально-депрессивном умопомешательстве и в 1907 году написал небольшую работу, в которой отдал предпочтение психоанализу.
Фрейд не только ознакомился с этой книгой, но и в какой-то степени был признателен ее автору. Особенно его порадовало письмо от немецкого писателя Эриха Мюзема, выразившего Фрейду свою благодарность за исцеление с помощью психоаналитического метода, который использовал его лечащий врач в процессе шестинедельного лечения своего пациента.
Писатель написал Фрейду о том, что «имел возможность наблюдать, как в один прекрасный момент, благодаря вопросу врача и моему ответу на него, внезапно отвалился весь болезненный нарост». Гросс как раз и был тем врачом, который проводил по-своему понятый курс психоаналитического лечения Эриха Мюзема.
Гросс вращался в среде писателей и художников, проводил своеобразные психоаналитические сеансы среди богемы в одном из кафе в Швабинге, прозванном «кафе мегаломанов». Он завораживал своих слушателей идеями, почерпнутыми из работ Ницше и Фрейда, призывал их к тому, чтобы они никогда не подавляли свои влечения, говорил о необходимости сексуальной свободы.
Сам Гросс не только излагал свои взгляды перед теми, кто его охотно слушал, но и, претворяя теорию в практику, демонстрировал на примере собственного образа жизни необходимость в развитии новой этики, основанной на полной свободе сексуальных отношений. По этому поводу он замечал:
«Сексуальность, на которой основывается всякая любовь, требует многостороннего удовлетворения. Моногамные ограничения “подавляют” естественные влечения и ставят под угрозу эмоциональное здоровье. Поэтому прочь от оков, мешающих человеку осуществиться в новых опытах; свободная любовь спасет мир».
Сторонник полигамии, Гросс имел интимную связь со многими женщинами, женами и сестрами своих друзей. В 1907 году его жена Фрида, в браке с которой он состоял с 1903 года, и одна из сестер супруги его знакомого, а он был в близких отношениях с обеими сестрами, одновременно родили от Гросса сыновей.
Юнг знал кое-что о Гроссе, но личное знакомство с ним состоялось в 1907 году на Международном конгрессе по психиатрии и неврологии в Амстердаме. Изложенные Гроссом идеи на этом конгрессе не только не вдохновили Юнга, но, напротив, вызвали у него осуждение.
В одном из писем Фрейду он поделился с ним информацией, полученной непосредственно от Гросса. Этот психоаналитик сказал ему, что стремится превратить пациента в сексуально аморального человека. Гросс полагает, что перенос пациента и его жесткая фиксация являются не чем иным как проявлением его моногамии и, как таковые, представляют собой регрессивные симптомы. Поэтому подлинно здоровым состоянием для невротика может быть только его сексуальная распущенность. При этом он сослался на Фрейда, соотнеся его идеи с философией Ницше.
Весной 1908 года отец Гросса, обеспокоенный беспорядочной жизнью сына и его наркотической зависимостью, вновь обратился с просьбой к Блейлеру. Он полагал, что повторное лечение сына в клинике Бургхёльци может дать положительный результат.
Блейлер передал просьбу отца Гросса Юнгу, но тот, не испытывая к нему никакой симпатии, не спешил брать полигамного психоаналитика на лечение. Скорее, напротив, он не желал видеть Отто Гросса в качестве своего пациента. И если бы не настоятельная просьба Фрейда к Юнгу о необходимости оказания помощи Гроссу, то швейцарский психиатр вряд ли бы взялся за лечение последнего.
На проходящем в апреле 1908 года в Зальцбурге первом Международном психоаналитическом конгрессе Фрейду удалось уговорить Гросса согласиться на лечение у доктора Юнга. В мае того же года Гросс приехал в Цюрих, и Юнг начал его лечение в клинике Бургхгёльци.
Предполагалось, что Юнг проведет первоначальный курс лечения Гросса с тем, чтобы попытаться избавить его от наркотической зависимости. После этого Фрейд сам хотел заняться Гроссом и провести с ним более полный курс психоаналитического лечения.
Пребывание Гросса в клинике Бургхгёльци было не долгим, чуть больше месяца. За это время Юнг предпринял усилия по
