и продавцов, подробный анализ которого будет дан ниже.
Заметим, гораздо более резкой «критике» подвергают трудовую теорию стоимости вообще, марксистскую ее интерпретацию в особенности, сторонники второго подхода, отрицая по существу научную значимость этой теории. Причем некоторые из них никогда не скрывали своего негативного отношения к последней.
Так, один из убежденных противников марксистской теории стоимости (как, впрочем, и марксизма в целом), Е.М. Майбурд, используя весьма вульгарные приемы для ее опровержения, выдвинул следующие аргументы.
1. Указывая на исходный постулат данной теории, Е.М. Майбурд приводит известное высказывание К. Маркса, изложенное им в письме к Ф. Энгельсу от 2 апреля 1858 г., где сказано: «Ценность (в оригинале стоимость. – Н.С.) – начисто сводится к количеству труда, время как мера труда».[512]
Отсюда видно, что Е.М. Майбурд подменяет понятие стоимости категорией ценности.[513] Отправляясь от этой посылки, автор рассматривает самого К. Маркса как простого рикардианца, не только не сумевшего «преодолеть» затруднения, с которыми столкнулся его учитель, но и «непонявшего» того очевидного факта, что у последнего речь шла не об абсолютной, а относительной стоимости (ценности). Напротив, «Маркс говорит не об относительной ценности, которая пропорциональна затратам труда. Для него ценность и есть затрата труда, измеренная рабочим временем».[514]
Думается, нет никакой необходимости комментировать это абсурдное утверждение, ибо даже С.Л. Франк уразумел, что Д. Рикардо различал два вида стоимости (ценности): абсолютную и относительную (меновую), стремясь определить взаимосвязь между ними. Однако Е.М. Майбурд умудрился «не заметить» этого различия.
2. Изложив на довольно примитивном уровне учение К. Маркса о двойственном характере труда товаропроизводителей, Е.М. Майбурд заявляет, что это учение будто бы не смогло «разрешить» главное затруднение, а именно, каким образом осуществляется сведение сложного труда к простому. По мнению автора, ссылка на «общественный процесс, который устанавливает обменные пропорции на рынке», здесь неуместна. Ибо «из того факта, что рынок сам устанавливает цены, никак не вытекает, что он делает это по теории Маркса.
Если муравьиная куча – это доказательство способности обращать людей в муравьев, тогда, конечно, само существование рынка доказывает, что Маркс правильно объяснил формирование рыночных цен. Только при таком условии».[515]
Такой прием «критики» марксистской теории стоимости далеко не нов, и его суть была рассмотрена выше, поэтому мы не будем к нему возвращаться. Здесь обращает на себя внимание другое: та лютая ненависть, которую Е.М. Майбурд питает к марксизму. Что же касается аналогии с «муравьиной кучей», то позволим себе ответить тем же: «критические» изыскания автора есть не что иное, как неуклюжая попытка озлобленного «школяра» обвинить учителя во всех смертных грехах с целью сокрытия своего полного невежества в области той теории, которую он так и не смог «осилить».
Среди сторонников второго подхода следует выделить особую группу экономистов, совершивших «умопомрачительный вираж» в своей «творческой» деятельности. Дело в том, что в течение долгого времени эти экономисты не только не сомневались в научной значимости марксистской теории стоимости как высшего этапа в развитии трудовой теории стоимости, но и довольно энергично защищали ее от нападок буржуазных экономистов. Однако в начале 90-х годов прошлого века они в одночасье «прозрели» и заняли прямо противоположную позицию, т. е. превратились из убежденных марксистов в не менее убежденных антимарксистов, стремясь опровергнуть эту теорию как «несостоятельную» в научном отношении.
Такая «смена декораций» подкреплялась старыми, набившими оскомину, доводами о том, что будто бы трудовая теория стоимости вообще уже устарела, поскольку она не в состоянии объяснить особенности ценообразования в современной экономике и т. п.[516] Все эти доводы, «высосанные из пальца», вряд ли заслуживают серьезного внимания.[517]
Завершая рассмотрение настоящего вопроса, остановимся на «творческих» изысканиях Я.А. Певзнера, наиболее явственно свидетельствующих о том, как бывший ортодоксальный марксист превратился в непримиримого противника марксизма. Весьма характерными в этом отношении являются две работы автора, опубликованные в конце 70-х и 90-х годах XX в.
В первой работе Я.А. Певзнер дал весьма высокую оценку марксистской теории стоимости, подвергая энергичной критике ее оппонентов. Приведем лишь некоторые его высказывания, касающиеся сути этой теории.
«Марксистско-ленинская политическая экономия установила, что в процессе воспроизводства, основанном на товарных отношениях, ведущей переменной является стоимость, а в качестве ее меры выступают затраты общественно необходимого труда».[518]
«Поиски идеальной меры стоимости – это блуждание за синей птицей, уход от реальности общественной жизни. Действительная наука, имеющая дело с отношениями людей и классов в процессах воспроизводства товаров и услуг, не может ставить перед собой задачи поиска устойчивой, стандартной, неизменной меры стоимости. Такую меру, безусловно, нельзя найти в сфере полезностей, соизмерение которых зависит от бесконечного числа факторов, непрерывно меняющихся и количественно несопоставимых вкусов, желаний, намерений, возможностей миллионов людей – производителей и потребителей. Единственным фактором, на который наука может опереться в поисках меры стоимости, является труд».[519]
«Из всех факторов, влияющих на ценообразование, труд выделяется научной политической экономией как главный.
В чем причина обращения к труду как к фактору, лежащему в основе стоимости и цены? Во-первых, в его всеобщности, в том, что среди разных факторов производства труд выступает как фактор изначальный и необходимый для любого производственного процесса…
Свойство труда, его диалектическая противоречивость в том, что он, с одной стороны, является первым и необходимым условием развития человеческого общества, первой потребностью человека, процессом, на основе которого человек выделился из животного мира и стал тем, чем он является, процессом, который подавляющему большинству людей доставляет самое большое удовольствие и наслаждение. С другой же стороны, труд связан с тягостью (disutility) во многих смыслах».[520]
«Отвечая на вопрос о том, почему труд кладется в основу стоимости, необходимо учитывать и то, что различия в разных видах труда менее велики, чем в их результатах. При всех громадных различиях труд является физиологическим процессом, связанным с затратами физических и духовных сил и в этом смысле наиболее гомогенным (однородным) фактором, т. е. фактором, который в его конкретных проявлениях различается меньше, чем различаются результаты труда. Труд портного и труд каменщика различны, но процессы их труда в смысле затрат энергии, в смысле искусности и тягости все же менее различны, чем костюм и сложенная из кирпичей стена».[521]
«Рассмотренные выше черты труда означают, что труд представляет собой затрату, лежащую в основе стоимости. Но величина стоимости ни в коем случае не может определяться только затратами часов труда в астрономическом смысле. Суждения К. Маркса и Ф. Энгельса по этому вопросу совершенно определенны и категоричны».[522]
«Логика, рожденная анализом товарного хозяйства на базе трудовой теории стоимости и фиксирующая основные черты этого хозяйства, заключается в
