но он, подобно Рикардо, не смог заметить опасности, скрывающейся за допущением, что рыночные цены труда различного от природы качества могут быть использованы для того, чтобы свести часы труда высшего качества к умноженным часам стандартного труда».[492]
В этой связи необходимо отметить, что марксистская теория стоимости по происхождению действительно непосредственно связана с трудовой теорией стоимости представителей классической школы (прежде всего Д. Рикардо). Вместе с тем, как показано выше, первая теория, будучи высшим этапом развития последней, существенно отличается от нее.
Напомним, в рамках марксистской теории стоимости впервые в истории экономической мысли были научно обоснованы следующие положения. В ней, во-первых, проведено четкое разграничение между такими понятиями, как «потребительная стоимость», «меновая стоимость» и «стоимость»; во-вторых, раскрыта ключевая роль исходного постулата о двойственной природе труда товаропроизводителей, согласно которому конкретный труд служит источником потребительной стоимости; а абстрактный труд – источником стоимости; в-третьих, установлено различие между величиной стоимости товара, определяемой не индивидуальными, а общественно необходимыми затратами абстрактного труда на производство этого товара, и стоимостью как таковой, сущность которой проявляется в меновой стоимости и которая характеризует общественно-производственное отношение между товаропроизводителями, прикрытое вещной оболочкой; в-четвертых, доказано, что двойственная природа труда товаропроизводителей, обусловливающая в конечном счете двойственность всех явлений и процессов товарного производства, коренится в основном экономическом противоречии последнего, т. е. в противоречии между частным и общественным трудом (следует, однако, иметь в виду, что, наряду с указанными, данная теория включает в себя и другие положения, которые будут рассмотрены ниже).
Будучи «великим техником» экономического анализа, Й. Шумпетер тем не менее сознательно проигнорировал все эти положения. Отождествляя стоимость вещи с ее ценностью, а последнюю – с меновой ценностью,[493] он заявлял, что между марксистской теорией стоимости и теорией стоимости Д. Рикардо «есть масса различий в словах, в методах дедукции и социологических выводах», но в целом «никаких различий в самой теореме, которая одна только имеет значение для теоретика, не существует». Истолковав, таким весьма превратным образом, взаимосвязь между этими теориями, Й. Шумпетер подчеркивал, что в них речь идет лишь о количестве труда, «управляющем» или «регулирующем» меновую ценность сравниваемых товаров.
Полагая, что такое утверждение является «спорным», Й. Шумпетер трактовал общественно необходимый труд как некий «преобладающий стандарт технологической рациональности», т. е. как исключительно «техническую» категорию, которая характеризует «эффективность производства». Однако существует более «непреложный и общий факт», а именно, «основой сравнения» ценности товаров является их потребительная ценность.
Подобно О. Бем-Баверку, Й. Шумпетер не считал нужным пояснить «сей очевидный», нелепый по своей сути «факт». Напротив, принимая его как должное, нечто само собой разумеющееся, Й. Шумпетер «умозаключал»: К. Маркс лишь «кое-что уточнил и подработал», не замечая при этом «опасности, скрывающейся за допущением, что рыночные цены труда различного от природы качества могут быть использованы для того, чтобы свести часы труда высшего качества к умноженным часам стандартного труда». Иными словами, сведение сложного труда к простому осуществляется исходя не из характера выполняемых трудовых операций, а посредством рыночных цен самого труда. Но такое толкование свидетельствует о том, что автор смешивал причину со следствием, поскольку эти цены лишь фиксируют конечные результаты данного сведения, не являясь, однако, его источником.
Что же касается упрека, будто бы ни Д. Рикардо, ни К. Маркс «не сказали ничего толкового относительно монополии, или того, что сегодня принято называть несовершенной конкуренцией», то на это следует заметить, что они имели дело с рынком свободной (совершенной, по терминологии неонеклассиков) конкуренции. Именно этот тип рынка, а не монополистический (несовершенный, по той же терминологии) был господствующим вплоть до конца XIX – начала XX вв. Исследуя закономерности его функционирования с точки зрения трудовой теории стоимости, Д. Рикардо решительно выступил против ее оппонентов. Как известно, теоретические воззрения последних были подвергнуты сокрушительной критике К. Марксом. При этом он действительно использовал «невежливые аргументы», опиравшиеся на солидное философско-методологическое обоснование, разрушить которое противники трудовой теории стоимости так и не смогли.
2. Согласно Й. Шумпетеру, «все знают», что трудовая теория стоимости «неудовлетворительна». По его мнению, нужно, однако, иметь в виду и тот факт, что «в бесчисленных дискуссиях на эту тему правда вовсе не всегда принадлежит одной стороне, и оппоненты трудовой теории высказали немало ошибочных аргументов».[494] Поясняя свою мысль, он указывал на два обстоятельста, которые якобы свидетельствуют о «неудовлетворительности» этой теории.
Во-первых, «коренной вопрос состоит вовсе не в том, является ли труд истинным “источником” или “причиной” экономической стоимости. Этот вопрос может быть предметом первостепенной важности для социального философа, который стремится вывести из него этическое притязание на продукт, и сам Маркс, конечно, не был безразличен к этому аспекту проблемы. Для экономической же теории как позитивной науки, которая призвана описать или объяснить фактический процесс, гораздо важнее ответить на вопрос, как трудовая теория стоимости выполняет свою функцию инструмента анализа и каковы те реальные причины, в силу которых она выполняет ее столь плохо».[495]
Используя, таким образом, весьма своеобразный вульгарно-софисти-ческий прием, Й. Шумпетер пытался «доказать», что рассматриваемый вопрос является исключительно предметом изучения социальной философии, задача которой заключается в том, чтобы дать обоснование «этического притязания» на производимый продукт, исходя из истинного «источника» или «причины» экономической стоимости. Это обусловлено прежде всего тем, что экономическая теория суть позитивная наука, призванная «описать или объяснить фактический процесс» посредством инструментального метода. Сообразно этому экономическая теория должна показать, как трудовая теория стоимости выполняет свою «инструментальную функцию» и в силу каких реальных причин «она выполняет ее столь плохо». Отсюда видно, что Й. Шумпетер стремился механически соединить методологию позитивизма и прагматизма для опровержения основного постулата данной теории.
Во-вторых, трудовая теория стоимости «вовсе не работает» в условиях несовершенной конкуренции, что также якобы свидетельствует о ее «неудовлетворительности». Более того, «даже в условиях совершенной конкуренции она никогда не работает гладко, за исключением того случая, когда труд является единственным фактором производства и притом весь труд выступает как труд одного вида».[496] Но «если любое из этих условий не выполняется, приходится вводить дополнительные предпосылки; при этом аналитические трудности возрастают в такой степени, что вскоре становятся неуправляемыми. Следовательно, аргументация, основанная на трудовой теории стоимости, является объяснением очень специального случая, не имеющего практического значения, хотя кое-что можно сказать в ее пользу, если интерпретировать ее в смысле аппроксимации к историческим тенденциям в движении относительных ценностей».[497]
Выдвинув эти абсурдные обвинения против трудовой теории стоимости, Й. Шумпетер вместе с тем не объяснил, почему же она «вовсе не работает» в условиях несовершенной конкуренции. Как мы увидим ниже, эта теория прекрасно «работает» в условиях любой конкуренции, в том числе и
