Олег с гэбистом углублялись в чащу, а я скользил следом, не понимая: зачем? Чего их туда несет? На опушке нельзя поговорить? Наконец оба выбрались на поляну, здесь рыжий остановился. Гэбист тоже притормозил. Только я собрался подобраться ближе, чтоб уловить разговор, как услышал треск. Еще кто-то продирался сквозь кусты. Второй гэбист? Я отступил в сторону – и вовремя. Мимо пронесся солдатик с картонной папкой в руках. Писарь. Видел его с Вигурой.
Дальше стало интересно. Солдатик выскочил на поляну, крикнул и побежал к Олегу. Гэбист стоял боком ко мне, и я заметил, как он, таясь от Олега, извлек из рукава нож. Ни фига себе! Бегущий солдатик этого не заметил, но если б даже заметил… Энкавэдешник ударил быстро и ловко: боец взмахнул руками и грохнулся на траву, рассыпав листы.
Вот как! ФСБ местное решило не везти нас в Москву, а прикончить на месте. Что ж… Олег с ликвидатором кружили по поляне, я никак не мог прицелиться. Убийца двигался мягко, как кошка, полосуя Олега короткими ударами по рукам. Они постоянно двигались; с моими навыками стрельбы из пистолета могу не только промахнуться, но и рыжего зацепить. Черт! Да он и не продержится долго!
– Олег! – рявкнул что было сил. – Ложись!
Рыжий сообразил – рухнул на землю, а гэбист молнией развернулся ко мне. Выстрел! Ликвидатор упал ничком – я попал. Рванувшись вперед, выскочил на поляну и с ходу дважды пальнул по крутящемуся на земле телу.
Левая кисть и плечо у Олега были в крови, кровь капала на гимнастерку убитого; я невольно подумал, что рана Вигуры привлечет внимание. Придется объясняться. К танку надо пробираться лесом… Я спросил, какого он вообще начал эту заваруху, но рыжий прервал расспросы.
– Это фашист! – бросил коротко.
Фашист? Какой фашист? Почему? Но даже без ответов на душе стало легче.
– За мной! – крикнул Олег и рванул в кусты, на ходу доставая из кобуры «наган». Побежал следом, не понимая, куда это он? Зачем? И вдруг сообразил. «Гэбистов» прибыло двое. Если один решил прикончить Олега, то второй наверняка должен завалить еще кого-то. Меня? Вряд ли. Вызвали бы обоих и повели бы в разные стороны. Значит, Кутепова. Больше некого. И если фашист успеет – нам только лучше. Тайна останется при нас.
Хотел сказать это Олегу, но он пер сквозь кусты, как танк – не остановить. Если и услышит, то не послушает. Слышать и слушаться – вещи разные.
Впереди раздались выстрелы, затем крики, протарахтела очередь из автомата. Опоздали! Аллах на нашей стороне?
Мы выскочили на поляну, и я увидел группу солдат. Бойцы стояли кружком, рассматривая что-то на земле. Полковника? Подбежали ближе, Олег бесцеремонно растолкал солдат…
«Гэбист-2» лежал лицом вниз, правая рука его, отброшенная в сторону, безжизненно вывернута ладонью вверх. На спине набухали красным отверстия от пуль. Готов. Интересно, он успел?
– Разойдись! – послышалось в стороне, и солдаты расступились. В круг шагнул лейтенант с синими петлицами – особист полка, следом шел… Кутепов.
Особист присел и перевернул тело.
– Убит… – Он встал и обвел солдат сердитым взглядом. – Я же кричал: «Не стрелять!» Кто?
Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Красноармейцы смотрели в землю и переминались с ноги на ногу.
– После разберетесь, – сказал подошедший Кутепов и скомандовал: – Разойдись!
Солдаты с большой охотой разбрелись по сторонам, остались только мы с Олегом.
– Ранены? – спросил полковник, бросив взгляд на руку Вигуры. С пальцев Олега капали на траву темно-красные тяжелые капли.
– Порезали…
– Этот? – Кутепов кивнул на убитого.
– Другой…
– С ним что?
– Застрелен. – Олег посмотрел на меня. – Лейтенант Паляница подоспел вовремя.
– Черт! – выругался особист.
– Не стоит переживать, – сказал Кутепов. – Не велика потеря – обыкновенные диверсанты. Обстановки перед фронтом они все равно не знают. Их послали убить.
– Как вы догадались? – спросил Олег особиста. – Я не сообразил.
– Были случаи, – вздохнул лейтенант. – Убили нескольких командиров. Пришла команда усилить бдительность. В удостоверении этого, – кивнул он на труп, – не было специальной отметки – три дня как ввели. Я притворился, что все в порядке, велел ему ждать, а сам пошел за охраной. Он, однако, сообразил…
– Что с вашей запиской? – спросил Кутепов Олега.
– Она там! – Олег указал на лес. – На поляне осталась. Писарь нес, но его зарезали.
– Это же секретные данные! – особист вскочил. – Вдруг там немцы?!
– Прочесать лес! – приказал Кутепов. – Возьмите людей и вот его! – Полковник указал на меня. – Он покажет место. Волкова – в медсанбат! После перевязки – ко мне! Посмотрим, что вы там сочинили…
Полковник повернулся и пошел к своему блиндажу. Кто-то дернул меня за рукав. Я повернул голову – Коля.
– Товарищ лейтенант! – Мехвод смотрел восхищенно. – Как вы догадались, что это немецкие диверсанты?
В ответ только пожал плечами. Догадливый я. Чего уж там…
Глава 14
Адъютант распахнул дверь, Люба шагнула в проем и вытянулась.
– Товарищ генерал! Младший лейтенант госбезопасности Попова…
– Здравствуйте, товарищ младший лейтенант!
Хозяин кабинета, немолодой, плотный, с заметной сединой в волнистых волосах, встал из-за стола и прошел ей навстречу. Заметив ее забинтованную руку, своей протягивать не стал – просто улыбнулся. «Улыбка – как у бати покойного», – подумала Люба, и от этой мысли волнение ушло.
– Поздравляю с наградой! – сказал генерал.
– Спасибо! – выпалила Люба и покраснела. Не удержавшись, скосила взгляд на новенькую медаль «За боевые заслуги», приколотую к гимнастерке. Вчера вручили, не налюбовалась еще. И еще петлицы с кубиком… Все сразу.
– Присаживайтесь, – предложил генерал. Люба послушно села на неудобный стул с высокой спинкой, стоявший у стола для совещаний. Федоренко устроился напротив. «Зачем я ему понадобилась?» – подумала Люба, бросив взгляд на петлицы с эмблемой танковых войск на кителе генерала.
– Читали? – Федоренко протянул ей газету. На первой странице «Правды» выделялась статья «Бить врага по-стахановски!». Заголовок был обведен красным карандашом.
– Так точно! – ответила Люба, но газету взяла. Пробежала глазами знакомый до последней буковки текст. «Лейтенанты танковых войск Волков В. К. и Паляница Е. Т. научились бить врага по-стахановски. Что это означает? Герой труда Стаханов доказал, что умелая организация труда и применение передовых методов добычи угля способны увеличить выработку в пересчете на одного шахтера в десятки раз. Лейтенанты Волков и Паляница, используя изобретенные ими тактические приемы, точно так же нарастили свой боевой счет. Имея в распоряжении всего лишь легкий танк БТ-7, за месяц боев они уничтожили свыше сорока немецких танков и до батальона вражеской пехоты. Умело используя складки местности и внезапность нападения, экипаж танка Волкова наносил противнику ощутимые потери, сам при этом оставаясь невредимым. На боевом пути от Бреста до Могилева – везде советские танкисты успешно разили врага. Этот путь был отмечен сгоревшими фашистскими танками и могилами гитлеровцев. О находчивости советских командиров говорит и такой факт. Казалось бы, что один танк может противопоставить армаде вражеских бомбардировщиков? В схватке с ними он обречен. Так думают малодушные. Истинные патриоты социалистической Родины ищут и находят способы борьбы с коварным врагом. Волков и Паляница решили бить самолеты на земле. Ворвавшись на полевой аэродром фашистов под Могилевом, они уничтожили 20 немецких самолетов и до взвода противника, после чего без потерь отошли в расположение советских войск. Вследствие этой операции налеты вражеской авиации на Могилев прекратились на несколько дней. Указом Президиума Верховного Совета СССР за заслуги перед партией и правительством Волков В. К. и Паляница Е. Т. удостоены высоких наград – орденов Боевого Красного Знамени. Брать пример с командиров-новаторов Волкова и Паляницы – такая задача стоит сегодня перед каждым бойцом и командиром Красной Армии! Бить врага так, чтобы советская земля горела у него под ногами!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
