Как над его рухнувшим телом поднимается столб ревущего белого пламени, рыцарь уже не видел.
— Готовы оправдываться, лорд-капитан Фрост? — зло процедил наследник императора, отбрасывая в сторону опустевший бокал. Руки Давида все еще ощутимо тряслись, несмотря на прошедшие с момента покушения полтора часа.
— Мы уже располагаем некоторой информацией, Владыка, — нейтрально отозвался начальник Службы безопасности Летнего дворца. Он одновременно не желал как раздражать мечущегося по кабинету Риттершанца, так и признаваться в собственной оплошности.
— Некоторой информацией? — прошипел Давид, вспоминая практически неуязвимую птицу из чистого пламени, раскинувшую крылья в опасной близости от него. Только отменная реакция телохранителей, буквально выбросивших его из ложи и отвлекших тварь самоубийственными атаками, позволила наследнику императора спастись. — Плевал я на твою некоторую информацию! Лучше скажи, как убийца оказался в полусотне метров от императорской ложи?! — Он сорвался на крик.
— Ло Фосс, выпустивший феникса, принадлежал к высокородным и имел при себе пригласительный билет от организатора турнира Кристофера Денова. Охранники на входе не нашли причин для его задержания.
— Идиоты! — проревел Давид. — Мне плевать на проклятых охранников на проклятом входе! Какого демона твои люди позволили подойти так близко ублюдку, обряженному в конце июня в длинный плащ?! В следующий раз вы впустите вооруженного до зубов убийцу в мои покои на основании того, что он Ло и имеет приглашение во дворец?!
Фрост промолчал, опасаясь нарваться на еще более яростную отповедь.
— Убирайся… — процедил взявший себя в руки Давид после непродолжительного молчания. — К завтрашнему утру я жду от тебя результатов расследования. Нормальных результатов, а не «некоторой информации».
Лорд-капитан ответил коротким поклоном, развернулся на каблуках и, чеканя шаг, покинул комнату. Наследник императора невидяще пошарил по столу в поисках бокала, не нашел и, подумав о том, что начальника Службы безопасности Летнего дворца надо менять, достал из ящика второй. Ну вот какого демона Руфус позволил себя прикончить?! Не умри Ааринен так не вовремя, и злоумышленник даже до стадиона не добрался бы. Да и Бертран не стал бы тогда лезть не в свое дело. А значит, разговор с главнокомандующим прошел бы гораздо легче.
Воспоминание о предстоящей неприятной беседе заставило Давида сначала поморщиться, а потом вдруг похолодеть от внезапной догадки. В голове наследника ясно всплыло обещание Гнеца доставить феникса прямо в Солиано. Намек? Главе Дома Крылатого Меча стало мало оказанной помощи, и он решил подмять будущего императора под себя? Судя по всему, дело обстояло именно так.
А ведь неплохая идея: создать иллюзию противостояния с собственным сыном и забирать второй рукой то, что дал первой. Не зря отец опять намекал на необходимость иметь врага, когда Давид уговаривал его выдать Лидию замуж. Старик разбирался в интригах гораздо лучше собственного сына, только советы никогда давать не спешил, обходясь обмолвками, которые еще расшифровывать приходилось.
Риттершанц еще раз прокрутил в голове события последних шести месяцев — с тех пор, как он имел «удовольствие» познакомиться с Абелем Гнецем — и почувствовал себя идиотом. Каким же надо быть глупцом, чтобы поверить в незнание отцом талантов собственного сына? Да, Александро прекрасно изображал удивление и недоумение, но разве он — единственный хороший актер в империи? Так почему Давид повелся? Да потому, что хотел верить в собственный великий разум и возможность решить проблемы без лишнего риска. Гнецы, наверное, знатно повеселились за его счет, приобретая многочисленные выгоды и почти ничего не давая взамен. Но этого им оказалось мало! Теперь они вздумали показать наследнику императора его место?!
Давид оскалился. Не для того он половину жизни карабкался наверх, чтобы опять становиться вторым человеком в государстве. И главнокомандующий пожалеет, что решил играть с ним в подобные игры.
Фосс водил дружбу с младшим Гнецем, добиваясь покровительства, и на этом можно сыграть. Надо только несколько усилить накал страстей и предоставить отцу козла отпущения. После сегодняшнего покушения сделать это окажется легче легкого.
Конечно, император может оставить решение проблемы за наследником, в очередной раз стимулируя конкуренцию между своими детьми, но Давид уже знал, как заставить старика прислушаться к словам единственного сына. И подсказку ему дал именно Фосс, продемонстрировав истинную силу феникса, до сих пор изрядно недооцениваемую всеми, кроме, может быть, самих «мечников». Теперь Риттершанц знал, что на самом деле не нуждается в еще одном яйце.
— Пришло время умирать, Тамара, — пробормотал наследник императора, извлекая из ящика стола шкатулку с амулетом связи.
ЭПИЛОГ
Ли Бертран Вайс нервно крутил в руках амулет связи, ожидая ответа. Золотая цепочка то обвивалась вокруг его пальца, то беспомощно повисала в воздухе. Мужчина корил себя за излишнюю инициативу. Вот какого демона ему втемяшилось в голову помочь Давиду решить проблему с младшим Гнецем? Сидел бы себе спокойно дома, играл в шахматы, развлекался с девочками, но нет, надо было обязательно продемонстрировать старому другу свое участие. А потом пошло цепляться одно за другое. У сынка главнокомандующего прямо «аура рока» какая-то. Не то чтобы он был особенно умен или везуч, но каждый план, направленный против него, принимал неожиданный оборот.
Хотя насчет везения Бертран, пожалуй, погорячился. Гнец мало того что умудрился пережить крушение корабля и сход лавины, так попутно захватил живьем по отряду горцев и легионеров, едва не вычислив по имеющимся в их головах сведениям агентов Вайса. А теперь еще и Фосс, демоны его забери, головной боли добавил.
Ведь какой хороший был план… Любимый родственничек старушки Белинды оказался абсолютно не приспособленным к играм высшего света и не обладал даже слабейшей защитой разума. Кроме того, он регулярно наведывался на базу легионеров Флобер, проведывать расквартированных там подчиненных, и просиживал иногда по часу на одном месте. Идеальные условия для работы умелого психо. Разумеется, читать мысли или листать чужую память в таких обстоятельствах не смог бы и лучший из лучших, но незаметно вызвать в сознании жертвы неспешно всплывающие образ или ассоциацию — задача как раз для мастера. Слуга Вайса обещал, что не пройдет и месяца, как нервная система Фосса станет достаточно расшатанной для провокации срыва. Оставалось правильно обставить грядущую смерть его тетушки — и можно было рассчитывать как минимум на публичную истерику, определяющую образ служащих Гнецу молодых офицеров в глазах общественности. Просто и изящно — Давид был бы доволен. Кто же мог знать, что мальчишка и без того в шаге от безумия?!
Бертран не был обычным мягкотелым торговцем: ему доводилось не только отдавать приказы о ликвидации своих врагов, но и наблюдать смерть некоторых из них с расстояния в пару шагов. Однако видения стремительной огненной птицы и крики сгорающих заживо от одного ее прикосновения людей наверняка будут преследовать его еще долго. Впрочем, несмотря на то что Вайс ни на минуту не мог забыть о фениксе, сейчас в его сознании господствовал совсем иной страх: если Давид когда-нибудь узнает, кто именно виновен в сумасшествии едва не спалившего их всех Фосса, то Бертрана не спасет и старая дружба. Сам высокородный, во всяком случае, убил бы подобного друга без особых раздумий. Так что следовало основательно подчистить хвосты.
Созданный из бриллианта с вплавленной в него каплей крови амулет наконец ожил, осветившись слабым мерцанием, — слуга избавился от лишних ушей и ответил на вызов.
— Господин. — Тихий голос, звучащий прямо в голове, больше походил на шепот, но зато лично модернизированное Бертраном заклятие Зова имело практически неограниченный радиус действия и абсолютную защиту от прослушивания. — Ваши приказания выполнены. Все участники последней операции мертвы.
