В этот вечер она пошла и купила дамское белье, все в радужных расцветках.
На следующий день сердце Сары перевернулось при звуке голоса Брайена.
— Ты так и не ответила на мой вопрос вчера. Оно из белого шелка?
Он нарочно терзал ее.
Она понизила голос и прошептала:
— Я покажу тебе когда-нибудь.
Она услышала, как Брайен резко вздохнул. «Теперь-то он попросит свидания», — подумала она. Но он молчал.
Неделя тянулась медленно. Телефонные разговоры становились длиннее и жарче. Уик-энд принес передышку. Брайен не звонил. Она не знала, хорошо это или плохо. Она и Стефани вычистили кладовки и в воскресенье пошли в зоопарк.
В понедельник Брайен позвонил.
— Я скучаю по тебе.
Сара ожила.
— Хорошо.
Брайен хихикнул.
— Я думал, ты и Стефани захотите побыть вместе.
— Мы побыли.
«Но я хотела быть с тобой», — молча добавила она.
Она очень хотела быть с ним. Помимо ухаживания и флирта, им надо было поговорить. Она хотела точно знать, что с ним происходит и куда все приведет. Если Брайен в ближайшее время не сделает серьезных шагов, она будет истинной женщиной девяностых годов и громко рявкнет.
Вдруг ее затылок обдало горячим дыханием. Сара вернулась в настоящее. Касс стоял позади нее и нес свою обычную чепуху. Она оглядела присутствующих, которые о чем-то разговаривали друг с другом, постоянно оглядываясь на дверь. Аллена еще не было, и все ощутили беспокойство. Сара чувствовала голод, а Касс показался и вовсе противным. У нее не было настроения играть, во всяком случае не с Кассом.
Телефон, висящий на стене, дважды звякнул, Сара поднялась с места, желая, чтобы позвонил Брайен. Вдруг стало тихо.
В трубке раздался голос Дори:
— Аллен поднимается наверх.
Сара вздохнула и села опять, разочарованная и потерявшая терпение. Она уже не радовалась предстоящей встрече.
— Спасибо за роль впередсмотрящего, — крикнул Касс. — Не забудь закрыть входную дверь, когда будешь сюда подниматься.
Сара покачала головой. Только Касс мог прекратить работу на час, чтобы каждый мог посетить вечеринку.
Толпа радостно стала приветствовать Аллена, когда тот переступил порог. Саре удалось взглянуть на него, прежде чем его друзья окружили плотным кольцом.
Сара протиснулась сквозь толпу.
— С возвращением, Аллен. Мы скучали без тебя.
Аллен осторожно взглянул на нее.
— Спасибо, — сказал он и прокашлялся. Саре пришло в голову, что он боялся того, как она теперь будет относится к нему. Очевидно, Касс сказал Аллену, что Сара знала все о нем. Она улыбнулась Аллену и дотронулась до его руки.
— Тебя ждет много работы. Он весь просиял:
— Не шутишь?
— Не шучу; мы в твоем кабинете повесили рекламный портрет Невероятного Громадины.
Аллен поднял глаза и посмотрел на пустую стену комнаты, горько улыбнувшись.
— Он не мог контролировать, что случилось с ним.
— Нет? — сказала Сара. — Я читала о нем и просмотрела старые телевизионные серии. Подумай, Аллен. Он всегда знал, что правильно, что неправильно, и всегда боролся со зверем в себе.
Аллен судорожно глотнул, заморгал:
— Спасибо, Сара. Мне действительно надо было услышать это… спасибо за портрет. Я всегда хотел отождествлять себя с супер-героем. Я думаю, Громадина — это то, что надо.
— Добро пожаловать, Аллен, — сказала Сара, сама чуть не заплакав от переживаний, но было действительно хорошо.
Сара кивнула и позволила себе пристальнее рассмотреть Аллена. Он выглядел здоровым, энергичным. Она надеялась, что Аллен вылечился, но это покажет время.
Торт разрезали. Слава Богу, он был шоколадный, и Сара взяла небольшой кусочек.
— У тебя сильная воля, — сказала Дори, плюхая себе на тарелку самый большой кусок, который могла найти.
— Воля тут ни при чем, — сухо сказала Сара. — Просто за последние две недели я поправилась на четыре фунта.
— Удивляюсь. Обычно, когда так много работают, как работаешь ты с тех пор, как вернулась из Калифорнии, имеют тенденцию терять вес.
— Да, когда я вернулась, оказалось много работы, — сказала Сара.
— Правильно, — заметила Дори. — Готова спорить, тебе потребовался целый день, чтобы разобраться.
— Два дня. Я рада, что вернулась.
Дори покачала головой.
— Более того, ты счастлива, а счастье вырабатывает жир. Ты расскажешь мне, что происходит между тобой и Брайеном? Он звонит тебе каждый день.
— Правда? — удивилась Джоанн, вставая между ними.
— Спроси Дори, — беспечно сказала Сара. — Она знает все.
— И правда, знаю, — самодовольно подтвердила Дори. Но мой вопрос, Сара, что происходит, знаешь только ты.
Сара глубоко вздохнула, ожидая, что ее старый инстинкт скажет ей отступить, отделаться какой-нибудь ерундой, но инстинкт молчал. Казалось вполне естественным обменяться репликами с женщинами и заинтриговать их серьезными намеками.
— Не все, — призналась она, — но я собираюсь разузнать.
Дори ударила себя по лбу:
— Она глупая. Говорю тебе, эта женщина очень глупа.
— Сдержанная, — поправила Джоанн. — Такие люди, как она, всегда последние узнают, что происходит в их собственной жизни.
— Правильно, — сказала Дори, переводя взгляд с Сары на Джоанн.
— Эй, а что ты здесь делаешь? — удивилась она. — Я думала ты вчера закончила работу по ревизии.
— Закончила. Касс пригласил меня.
— Я не приглашал, — сказал Касс, незаметно подкравшись к Джоанн сзади. — Я только сказал, что нет причины пропустить вечеринку в честь Аллена, хотя ревизия закончена. Может быть, ты не будешь такой занудой, если научишься поднимать настроение.
— Надо знать, кому, Касс, — отрезала Джоанн.
Касс победоносно улыбнулся во весь рот Саре и Дори.
— Уже учится.
Сара выскользнула из комнаты и пошла в свой кабинет, всю дорогу улыбаясь.
— Готово, — объявила Бет с выражением строгого профессионализма. Без дальнейших комментариев она положила лист бумаги на стол Брайена и повернулась, чтобы уйти.
— Пожалуйста, не уходи еще, — сказал Брайен, быстро просматривая лист. За последние две недели он написал дюжины черновиков. И все забраковал, как слишком многословные, или слишком сентиментальные. Он не был сентиментальным. Не имел такого таланта. Брайен улыбнулся. Но у него обнаружился талант к телефонному сексу. И Сара тоже обладала таким талантом. Эта скрытая способность держала их обоих занятыми, пока Брайен агонизировал над составлением документа, лежащего перед ним.
Это был первый черновик, который Брайен дал Бет напечатать. Он мог бы сделать все сам, но хотел, чтобы напечатано было красиво. Кроме того, был предлог узнать еще одно мнение, а кто подходил лучше, чем женщина, которая просматривает его почту?
