пауза, за которую девушка непонимающе уставилась на него, убрав руки с груди.
— Что? Что ты несёшь?!
— Мне стоило это сделать уже давно, — заметил Дамиан, невесело скривившись. — Почему-то… а впрочем, сейчас уже неважно. Извини, Неха, но нет. Мы сделали ошибку. Я не хочу этого брака.
Наринехах удивлённо приоткрыла рот, недоверчиво смотря на него. Правая ладонь привычно упёрлась в бок.
— Подожди… ты что?! — Она ахнула от возмущения. — Ты разрываешь помолвку?!
— Фактически, помолвки не было, Неха, я тебе ни в чем не клялся и обручальный браслет не надевал, — спокойно ответил мужчина. — Лишь договор. Его расторгнуть не столь проблематично, я переговорю с императором. Думаю, твой отец меня поймёт.
— А со мной переговорить не хочешь?! Какого фарха, Дамиан?! Что ты делаешь?!
Он скривился от громкого властного тона. Никогда не любил выяснять отношения, да и сейчас этим желанием особо не горел. Придётся, видимо.
— Ни тебе, ни мне этот брак не нужен, Неха. Вариантов действительно много, мне честно жаль, что я так поступил, изначально не стоило тебя во все это ввязывать. Свои проблемы я должен решать сам. Ты всегда мне была близка, ты сестра моего лучшего друга, я желаю тебе самого лучшего, но без себя. Я не хочу на тебе жениться.
— Серьезно, Дамиан?! — она вскинула брови. — Сестра и подруга, так значит? А когда ты заставлял стонать тебе на ухо ночами, ты именно так меня и воспринимал, да? Когда каждый раз раздевал и бросал на кровать, видимо думал о моем дальнейшем счастливом благополучии, я правильно понимаю?!
Он поморщился. Очередной женский скандал. Терпи, Дамиан, терпи, сам по дурости позволил себя втянуть…
— Знаешь, Неха, если бы я каждую женщину в своей постели воспринимал серьезно, мы бы с тобой даже не встретились. Не устраивай сейчас истерику. Ты кронпринцесса, будь выше этого.
Он уже почти было развернулся, поворачиваясь снова к двери. Ему все было ясно. Говорить здесь уже не о чем.
Наринехах прикусила нижнюю губу так, что на той выступили капли крови. Подавила очередное возмущение.
— Всё из-за неё, да? — еле слышно прошептала она, чувствуя, как затмевает глаза пелена слёз. — Из-за Алеминрии?
Дамиан помедлил с ответом.
— Ты так на неё смотришь… Я же не слепая, вижу твою реакцию… Ты ни на одну девушку так ещё не смотрел. Как на… на своё личное божество.
Неха не сдержала всхлип, когда тонкие влажные струйки предательски заструились по щекам.
— Я знаю, что ты… Что ты никогда не был мне верен, Дамиан. Мне всё равно, честно! Если ты желаешь Рию, я ничего не скажу, в жизни тебя не упрекну этим, обещаю! Но не надо, не бросай меня! Не разрывай наш союз из-за одной магички!
Огненный демон устало потёр глаза.
— Я же… Я люблю тебя, Дамиан, — честно выдавила Неха. — Ты был моим первым мужчиной, моим идеалом… Я всю жизнь на тебя смотрела! Когда четырнадцать лет назад ты сказал, что с нас хватит, я поняла, каково это — когда ты не нужна любимому человеку. Это… хуже, хуже всего на свете… Не надо. Я так долго старалась оказаться рядом. Не отталкивай… Пожалуйста, давай попробуем, не заставляй меня заново собирать себя по частям…
Она наверное даже не заметила, как ноги перестали её держать. Опустилась на ворсистый ковёр, держась рукой за спинку рядом стоящего кресла. Рыдания уже душили, Неха не сдерживала слёз, захлёбываясь ими.
— Ты никогда не был таким… тебе же всегда было плевать… Что изменилось?! Почему ты другой, почему только ради неё?!..
А Дамиан просто смотрел на согнувшуюся фигурку. Молча, хмуро, безразлично. Смотрел и понимал, что ему, увы, всё равно.
Мужчина вздохнул, приблизился. Медленно опустился на корточки, мягко потянув девушку за руку к себе.
— Не надо, Неха. Ты великолепна. Ты ещё устроишь свою жизнь. Уж лучше так, чем брак, в котором твоего мужа никогда не будет.
Из-за слёз она почти не видела его лицо. Но это было и необязательно — девушка знала наизусть каждую чёрточку, каждую морщинку или шрам.
— Когда-то ты сказал, что убьёшь ради меня, — сдавленно прошептала она, пытаясь рассмотреть отголоски былого интереса. — Что поменялось, Дамиан?
Он печально усмехнулся.
— Убить я готов за многих. А умереть только за неё.
Наследник Дархэнаатра наклонился вперёд, еле ощутимо коснулся губами шелковистых волос цвета расплавленного золота. Выждал секунду для вежливости, прежде чем подняться и уйти.
— Всё будет хорошо. Не плачь.
Неха сглотнула солёные слёзы, судорожно выдыхая. Её начало потряхивать.
— Она никогда не останется с тобой, — слова уткнулись в накаченную спину. — Никогда, слышишь?.. Ты ей не нужен… Она никогда не выберет тебя…
Дамиан с силой сжал дверную ручку.
— Возможно, — противиться очевидному было свыше сил. К сожалению, Дамиан понимал, что это реально. — Но пока я могу дышать, другой женщины для меня не существует.
Наринехах не слышала, как захлопнулась за ним дверь. Сжала обивку кресла сильнее, опустив голову и зарыдав ещё сильнее.
Ушёл. Снова ушёл. В который раз оставил её, не удосужившись ни ответить, ни принять эти чувства. Отказался. Всегда отказывался.
Губы опухли, привкус страха и отчаяния усугублялся с каждой пролитой слезой. Тело содрогнулось от немой боли.
Неха согнулась, почти коснувшись головой ковра, открыла рот, пытаясь вдохнуть прохладный воздух. Золотистые волосы упали вперёд, шёлковая ткань элегантного халатика некрасиво намокла.
Она потеряла его. Потеряла навсегда. Потеряла, даже не успев получить.
— Ненавижу… — кронпринцесса выдавила это сквозь приступы очередных всхлипываний. — Всё из-за тебя… Ненавижу… Я убью тебя, Алеминрия, клянусь, я убью тебя…
Тёмную комнату сейчас озарял лишь тусклый лунный свет.
Округлый ослепительно белый круг в небе как последний свидетель чужой боли.
Как единственный зритель решившихся этой ночью трёх судеб.
Глава 24
— Я не понимаю, почему Вы не можете так сделать, Учитель!
Эллоус протяжённо, терпеливо выдохнул, мрачно глядя на бывшего ученика.
Сейчас тот встал напротив него, сложив руки на крепкой мускулистой груди и сверля яростным взглядом ректора.
— Даже не начинай эту тему, Дамиан. В Академии всегда были свои принципы. Здесь все равны.
Они сейчас находились на своих привычных местах — на балконе преподавателей у тренировочного полигона. Экзамен должен был скоро начаться, однако адепты и те же наставники ещё не спешили.
— Да какая разница, с кем сражаться, неужели нельзя просто переставить местами соперников в разных боях?! Пусть не Наринехах, пусть… да любого другого поставьте против Алеминрии, какая разница?!
— Я сказал — нет. Мы не просто так формировали пары.
— А, конечно, снова психологические приёмы?! Эллоус, ну серьезно, почему
