Одно дело, когда мы оба голые, другое – когда я одна. – Я вообще ничего не требую, Орланда, даже придираться по работе не стану, если тебе надоели наши отношения.
– О как, у нас отношения!
Торопливо, уже не как всесильная, знающая себе цену жрица любви, я пересекла комнату, прикрывая стратегические места, и с облегчением нацепила сорочку. Не ту, с рюшами, а однотонную, батистовую, под платье. Задумалась, натягивать ли чулки, и дала Тигрию шанс исправиться.
– Представь себе! – Любовник разозлился по-настоящему, даже лицевые мышцы напряглись, заострив скулы. – А ты чем все считала? Потрахушками?
Грубое слово наотмашь ударило по лицу. От него пахло потом и дешевыми духами, за каждым звуком притаились злые насмешки.
Я молчала, сцепив пальцы на животе. Сжимала их так сильно, что рисковала сломать. Лопатками ощущала тяжелый взгляд Тигрия. Было очень холодно, намного холоднее, чем на окне. Кожа под сорочкой покрылась мурашками, пальцы на ногах скрючились.
А действительно, что у нас? И чем все закончится?
– Орланда… – слетел с губ Тигрия тяжкий вздох.
Даже не вздрогнула, когда его ладони опустились на плечи, разворачивая к себе: я привыкла к практически бесшумной поступи дракона.
Янтарные глаза влажно блестели. В них отражались и десятки раз преломлялись языки пламени, дрожал фитилек единственной зажженной свечи. Тигрий молчал, просто смотрел на меня. А я на него. Изучала абрис лица, бессознательно подмечала точечки отрастающей щетины, вспоминала тепло губ, напоминавших расплавленную карамель. И до чесотки в ладонях захотелось снова к ним прижаться, зачеркнуть очередную глупую ссору. Наверное, мы действительно слишком разные, пусть нас и тянуло друг к другу.
Качнувшись, я потянулась к Тигрию. Наши губы встретились на полпути. Ректор целовал бережно, словно просил прощения, а когда мне захотелось большего, неожиданно отпустил. Теперь у меня появился повод для обиды.
– Один-один! – уже расслабленно констатировал Тигрий и опустился на кровать. – Какая же ты ведьма! – посетовал он, однако не стал возражать, когда я вольготно устроилась у него на коленях. Не то чтобы места не хватало, просто так удобнее. – Вспыльчивая, упрямая, порой просто невыносимая!
– То же могу сказать о тебе.
Коснулась пальцем уголка рта дракона и кончиком ногтя очертила его нижнюю губу.
– Значит, мы отличная пара, – сделал парадоксальный вывод Тигрий.
– У нас сексуальный темперамент разный, – попыталась, только из чувства протеста, найти хоть одно различие.
– В самый раз. – Приспустив лямочку сорочки, дракон поцеловал меня в плечо. – И не наговаривай на себя, ведьма. Кто вечно добавки просит?
Залившись краской по самые уши, я шлепнула по шаловливым рукам и ухватилась за возможность сменить тему:
– Я тебя давно про дело Вальбура Анта спросить хотела.
– Опять он! – Тигрий шумно втянул воздух. – Хватит уже вспомнить побочный продукт лорда Нерия!
«Побочный продукт» – надо же такое определение придумать! Безумно точное и экспрессивное.
Меня волновал не сам покойный некромант, а дознание по его делу. Разве мне не надлежало давать показания? Однако время шло, а ни меня, ни Леонтия в столицу не вызывали.
– Замяли дело. – Тигрий вместе со мной опустился на спину. Теперь он лежал, а я сидела на нем верхом. – Сама понимаешь, лишний скандал с участием магов не нужен, упадет их престиж. Вдобавок пострадают многие уважаемые люди, которые оказывали протекцию Вальбуру, но проглядели его сумасшествие. Спи спокойно. Лабораторию и книги давно спалили, очистили драконьим огнем, а прах Вальбура развеяли над разными областями Озольда, не воскреснет. Лучше скажи, – шаловливые пальцы ректора по дюйму задирали сорочку, подбираясь к бедрам, – ты надумала, в чем пойдешь на бал?
– Какой бал?
Я мысленно пролистала ежедневник и никаких новых светских событий не обнаружила. Ближайшее, оно же единственное, состоится в новом году: новообретенный отец станет чьим-то супругом. Я намеревалась заехать ненадолго, поздравить молодых, выпить шампанского и сбежать. Все же столько лет не зачеркнуть, тяжело сразу полноценно общаться.
– Как – какой? – Тигрий даже руки убрал. А жаль, мне нравилось. – Новогодний. Я тебя давно пригласил, неужели забыла?
Нахмурилась еще больше, даже морщина на переносице залегла. Не припомню таких обещаний.
– Эх, память девичья! – Дракон дополнил свои слова шлепком по мягкому месту, чтобы точно волной до головы докатилось. – Я никогда не шучу, учти.
– И когда бал? – вопросила я со вздохом обреченного на казнь.
Если скажет: завтра, в той самой сорочке с рюшами пойду. А что, она розовая – модный цвет сезона. Непрозрачная, попу чуточку, но прикрывает. Грудь тоже, половину, но хоть что-то. Сойдет за декольте. Разбавлю наряд черными чулками и подвязками в тон и стану самой обсуждаемой гостьей.
Я хихикнула, представив, сколько дам и кавалеров упадут в обморок при виде чинно вышагивающего чуда в неглиже. Бедный Тигрий, его уволят прежде, чем портал обратно в Меробейт откроет!
– Через неделю.
Жаль, сорочка отменяется. Не судьба!
– Как понимаю, – ректору бы дознавателем работать, – платья у тебя нет?
Покачала головой:
– Только то, в котором была у герцога. Оно же парадное, оно же единственное. Я собиралась надеть его к лорду Онуру.
– Раз собиралась, наденешь. А для бала купим новое, все равно нельзя появляться в одном и том же на трех светских мероприятиях подряд.
* * *
Вот так на следующее утро я оказалась в модной лавке. Учебный процесс не пострадал: студенты, проклиная все на свете, а преподавателей в первую очередь, зубрили предметы к сессии. Пару зачетов я уже приняла и с чистой совестью крутилась перед зеркалом. Большое, в полный рост, оно занимало целую стену в примерочной.
Хотелось чего-то особенного.
Пробежавшись пальцами по вешалкам с готовыми нарядами, покачала головой. Все не то. Ну кто наденет на приличный бал вон то красное убожество? В нем только в бордель, где оценят черные оборки по линии декольте. А голубое? Я давно не первокурсница, только людей смешить, изображая скромницу.
Продавщица укатила тележку с платьями, отправилась за новой партией.
Эх, если бы осталось больше времени, я бы сшила наряд. А Тигрий оплатил. Но неделя только кажется длинной, пролетит – не заметишь. Вдобавок аттестация, это я сегодня вырвалась, а завтра два зачета и экзамен, весь день занят.
Занавеска приподнялась, пропуская очередной ворох безумно дорогого великолепия. Однако на цены я не смотрела, меня волновали фасон и ткани.
– Попробуй золотое, – посоветовал Тигрий.
Он без спросу просунул голову в примерочную, а я, между прочим, в одном нижнем белье.
Фыркнула:
– Где я – и где золото?
Но к совету прислушалась, вытолкав любовника, облачилась в царственный цвет.
Никогда не думала, что когда-то назову себя красивой, но моя заурядная внешность с платьем заиграла. Распустив волосы, словно девчонка,
