ввести в заблуждение эти широко распахнутые глаза цвета аквамарина, светлые ресницы и пухлые губы, но только не бывшего агента. Они ведь уже встречались раньше, как он мог забыть об этом! И почему умная деловая женщина с лицом и телом сказочной феи вошла в его жизнь именно тогда, когда он несвободен, когда снова стоит на перепутье? Помоги ему, Господи…
Ответ на свою немую мольбу Кроу получил меньше, чем через четверть часа, когда в поместье Мортимеров пожаловал командующий Имперским военным флотом. Адмирал Филипп Бран, против обыкновения, держался официально и выглядел каким-то напряженным. Причина странного поведения обнаружилась очень скоро, когда он неожиданно для всех объявил о своем намерении ухаживать за Брианной Лангвад. Неизвестно, кто был поражен сильнее — сестра Себастьяна или майор Кроу. Не предприняв ни малейших усилий, Юджин внезапно оказался полностью свободен в своих дальнейших действиях.
Кроу почувствовал, как у него от облегчения слабеют колени и в то же время вырастают крылья за спиной. Его госпожа, как всегда, увидела глубинную суть событий. Она безошибочно выбрала время и место, потому что впервые за двадцать лет глава ее службы безопасности созрел, наконец, для новых отношений. Он вовсе не впал в немилость, не был отправлен в ссылку, его просто отпустили полетать на свободе, чтобы он смог испытать силу новых крыльев. А возможно, найти свою судьбу.
День накануне отъезда оказался богат на сюрпризы. За две истекшие декады дом Мотимеров так часто посещали высокие сановники, что появление Главного императорского карцерибуса уже никого не удивило. Рауль Данфи виртуозно посадил свою авиетку на площадке перед домом, раскланялся с присутствующими в большой гостиной, а потом формально попросил аудиенции у брата и сестры Корвел.
Откровенно говоря, Анна ничего подобного не предвидела, потому что с недавних пор перестала контролировать поток событий. Она умудрилась наделать столько ошибок, что сейчас опасалась использовать свой дар, чтобы еще больше не ухудшить ситуацию. Неожиданное обращение карцерибуса заставило ее вспомнить о своем долге.
Волшебница открыто разглядывала стоящего перед ней мужчину. На вид Неподкупному Данфи было около сорока стандартных лет. Он гладко зачесывал назад густые темные волосы, носил дорогую одежду, но, как и Николас, почти ничем ее не украшал. Стройный, атлетичный, со здоровой гладкой кожей и сдержанной улыбкой, карцерибус был по-особенному привлекателен и все же вел одинокое, обособленное существование. Так жили многие в этом мире.
Анна подошла ближе и всмотрелась в самую глубину серых глаз карцерибуса. Его взгляд не дрогнул, он спокойно позволил волшебнице заглянуть себе в душу.
— Вы приняли решение внезапно, мессир Данфи?
— Пожалуйста, зовите меня Рауль. Честно признаться, впервые я задумался об этом после встречи с вами и вашим братом, а когда с Николасом случилось несчастье, только укрепился в своем решении. Мне хочется его поддержать по мере моих сил.
— И поэтому вы готовы отправиться в неизвестность, оставить налаженную жизнь, престижную работу, лишиться всех привилегий?
— Да, мадам, я уже это сделал. Три дня назад я подал в отставку, привел дела в порядок и распорядился своей собственностью. Все, что мне удалось заработать, я конвертировал в материальные ценности, а еще оставил себе космический корабль.
При этих словах Ксан вышел из образа беззаботного сибарита, которого всегда изображал в присутствии посторонних, и резко выпрямился.
— А вы умеете им управлять?
— Конечно. У меня лицензия пилота малотоннажных судов. Николас оставляет свою яхту майору Кроу, поэтому я подумал, что моя «Эрика» может вам пригодиться. Это было слишком самонадеянно с моей стороны?
— Нет, Рауль, только предусмотрительно и очень своевременно. Я рада, что у моего мужа в его новой жизни будет старый друг, человек, которого он хорошо знает и высоко ценит.
— Так вы не против моей компании?
— Если вас не пугает наш особый дар, то мы не против, — Ксан поднялся и пожал руку бывшему имперскому чиновнику. — Но я должен предупредить вас, Рауль, что настоящие странности еще даже не начинались.
Данфи заметно расслабился и открыто улыбнулся молодому волшебнику.
— Об этом не трудно было догадаться.
***
Небольшая общая каюта на яхте карцерибуса немного напоминала одну из комнат в его бывшем доме. Анна сидела в кресле у проекционной стены, любуясь величественной панорамой открытого космоса, но мыслями она была в недалеком прошлом. Для молодой волшебницы настало время подвести итоги и сделать выводы. Картина вырисовывалась неутешительная. На первый взгляд, они с братом справились с поставленной задачей, но без помощи Моны, которая сумела дотянуться до своих детей даже через пространство и время, их миссия не была бы успешной. Великая волшебница не только спасла жизнь Кэйду, но и расставила все фигуры на доске в нужном порядке.
В этом походе на неокрепшие плечи Анны легла слишком большая ответственность, и ноша оказалась ей не по силам. Она стремилась к цели, как разбуженная стихия, не считаясь с затратами, не задумываясь о чьих-то разбитых сердцах и исковерканных судьбах. После первой удачи молодая волшебница уверовала в свое могущество и наломала столько дров, что их хватило бы на огромный погребальный костер… Юджин называл это явление «звездной болезнью».
Сейчас Анна тщетно пыталась отыскать в себе ту внутреннюю безмятежность, с которой она когда-то отправилась спасать Себастьяна Лангвада. Привычного спокойствия не было и в помине. За довольно небольшой срок Анна успела узнать о себе много такого, что ее совсем не порадовало, поэтому сейчас она предавалась сожалениям в полном одиночестве. Как поэтично выразился ее брат — чтобы яснее увидеть истину.
Путешественников снова было шестеро, но в космопорту Форка им пришлось разделиться. Волшебник с Фиарэйном и Блейком Хантером отправились к Марону на «Ночном охотнике», а Анна с Николасом на яхте карцерибуса под названием «Эрика». Мужчины заняли места в пилотских ложементах, оставив Анне на выбор любую из двух спальных кают.
Волшебница заметила, как легко Рауль Данфи принял произошедшие в Николасе изменения. Он ничего не пытался отрицать, не проявил ни малейшего подозрения, просто оставался рядом. Степень его доверия оказалась наивысшей. Сама Анна не дотягивала до таких показателей, поэтому время в полете проводила наедине с безграничной Вселенной. Ей было, о чем подумать.
Картина открытого космоса внезапно померкла, превратившись в обычную стену. Кресло развернулось и слегка изменило свою форму, автоматически защелкнулась страховочная сеть. Корабль начал разгон, постепенно превращая тело в многотонную неподъемную глыбу. Когда давление приблизилось к пределу человеческой выносливости, реальность сместилась. Пока пилот и пассажиры боролись с неизбежной дурнотой при переходе в гиперпространство, корабль обрел новый статус и устремился к заданной точке.
Глава 8
Теперь
