на стоящем рядом стуле золотую тогу и намотала ее на себя.
Приходящий в себя Зевс начал медленно ползти в мою сторону, медленно собираясь с силами чтобы позвать своих монахов.
— Прости дружок, но драться сегодня не входит в мои планы – обрадовала я своего любовника и со словами незабвенного Шварца: «Аста ла виста, бейби», щелкнув пальцами заставила зеркало-отражатель повернуться в другую сторону.
— С-с-су-у-у… — только и успело проговорить светлое божество, прежде чем раствориться в полутьме ниши.
— Я тоже тебя люблю – улыбнулась я пустой кровати.
Покинуть пределы храма труда не составило. Спустившись в город, я забрала припрятанную в одном из подвалов одежду и уже собиралась двинуться в Фламбер, как ощутила некий дискомфорт в животе. Я непонимающе уставилась на предмет своего беспокойства, пытаясь понять что со мной не так. Видимо поняв, что простыми намеками до моего сознания не достучаться мой желудок вывел жалобную руладу, сетуя на мою непонятливость. И тут до меня наконец-то дошло, что хочет мой организм. Он хочет есть. Просто есть. Требует нормальной человеческой пищи.
— Офигеть – только и смогла промолвить я.
Однако сопротивляться позывам возжелавшего пищи желудка не было никакой возможности, и мне пришлось тащить свою задницу в ближайшую харчевню.
О, этот забытый вкус еды. Я ела как не в себя. Народ даже начал подозрительно коситься в мою сторону, но мне на все было начхать. Я съела столько, что можно было накормить пару здоровых мужиков.
Хотя все мое внимание и было отведено давно забытым, еще с прошлой жизни, ощущениям, но краем уха я все равно слушала, о чем говорит народ в зале, благо слух у меня оставался все таким же острым, как и раньше. Главной темой были странные события, произошедшие сегодня утром. Яжина, которой полагалось почивать в объятиях Зевса, рано утром объявилась дома, при том что двери были закрыты. На естественные вопросы родни, «чего это она не согревает постель великого» девушка уходила в полную несознанку и пудрила всем мозги, что она со вчерашнего утра провела в чулане, где изволила мирно почивать, усыпленная каким-то ночным демоном. Когда я уже заканчивала с трапезой, в зал вбежал какой-то парень и ошарашил всех последними новостями:
— Только что явились монахи из храма и увели Яжину с собой! Поговаривают, что сам великий Зевс гневается на нее.
Харчевня загудела как растревоженный улей. Народ начал делать различные предположения, одно фантастичнее другого. Я предпочла не досматривать представление, а вернуться к первоначальному плану и покинуть гостеприимный городок. Возможность перемещаться и днем и ночью была гораздо удобнее, чем только ночью. Я с удовольствием отметила, что усталости по-прежнему не ощущаю, а спать могу по желанию. К моему неудовольствию, обычная еда не заменила мне потребности подпитываться за счет чужой энергии, и мне по-прежнему раз в три – четыре дня приходилось искать себе жертву. А обычный голод у меня проснулся только через неделю, когда я уже плыла на корабле. На корабле имелся в наличии один из русалов моего водяного воздыхателя, маскировавшийся под простого матроса, и мне пришлось тоже замаскироваться под личиной молодой аристократки, плывущей к своему возлюбленному в Альвилор. Две недели путешествия тянулись как вечность. Развлечений никаких не было, а осмотр доступных для обычных пассажиров отсеков корабля быстро наскучил. Я уже даже пожалела, что поддалась порыву почувствовать себя обычной смертной, а не воспользовалась своим предыдущим опытом путешествия. В трансе время летело не в пример быстрее.
Когда корабль причалил в порту Альвилора, я уже была готова волком выть от тоски. Еле дождавшись швартовки я первой покинула судно и быстро затерялась в вечно снующей по порту толпе зевак. Свернув в одну из подворотен, я незаметно юркнула в канализацию, с которой была знакома гораздо лучше, чем с самим городом. И каково же было мое удивление, когда оказалось, что меня встречают.
— Вирга? — удивленно уставилась я на одну из своих министров в сопровождении троих охранниц.
— С возвращением, госпожа – низко склонилась та.
Я решила не обращать внимание на госпожу, видимо их уже не переучишь.
— Что вы здесь делаете?
— Ждем вас, госпожа.
— И вы что, все это время сидели здесь, пока я была в отъезде?
— Что вы, госпожа, — улыбнулась Вирга, — мы знали когда вы прибудете.
— Стоп. Как это знали?
— Мы чувствовали, что вы приближаетесь.
— Ну ничего себе! Вот это номер! — удивилась я.
Пока мы под охраной почетного эскорта добирались до храма Гекаты, Вирга посвятила меня в последние городские новости, коих было довольно много, но пока для меня они являлись лишь набором ничего не значащих фактов, так как я еще не успела вникнуть в хитросплетения местной политики. Однако, как я поняла, от меня ожидались какие-то распоряжения, которые, не владея ситуацией, я дать не могла. Поэтому я решила для начала посоветоваться с Гекатой, которая наверняка была в теме.
К счастью ждать еще год, пока Геката явится в свой храм, мне не пришлось, прощаясь, она оставила мне небольшое заклинание, при помощи которого я могла бы призвать ее в храм. Для того чтобы заклинание сработало, нужна была лишь капля моей крови, пролитая на статую богини.
— Привет – выпалила я как только статуя зашевелилась, — мне нужна твоя помощь.
— Я уже поняла – улыбнулась Геката, — Судя по твоему загару, я вижу что ты справилась. Как поживает наш общий друг?
— Когда я видела его в последний раз, он был очень слаб, — хихикнула я – но быстро шел на поправку.
— Поздравляю, — тихонько рассмеялась Геката, — ты заработала еще одного опасного противника.
— Мне он не показался особо опасным – пожала я плечами – а с моими нынешними способностями…
— Не обольщайся – перебила меня Геката – при свете дня ты гораздо слабее чем ночью. Твои способности становятся ближе к способностям обычного эльфийского мага, в то время как в темноте твоя сила – сила богини. Так что не будь столь самоуверенной. И тебе стоит поторопиться с началом обучения. Когда ты собираешься отправляться в академию?
— Хм… Я даже не знаю, Вирга намекнула, что у меня тут немало дел, а мне еще вникать в курс…
— Хорошо – вновь оборвала меня Геката – я присмотрю за твоими девочками на время твоей учебы.
