– Домой? – встрепенулась я. – Думаю, что можно. Я с тобой.
– 5
Впоследствии я не раз пыталась вспомнить – было ли у меня недоброе предчувствие? Ну, хотя бы намек на него? И честно признавалась самой себе: нет, ни малейшего. Даже после зловещих слов Фиделя о том, что "здесь меня ждут тяжелые времена". Это его последнее пророчество постигла участь большинства предыдущих. Те, кому они предназначались, или не обращали на них внимания – мало ли что в больную голову взбредет? – или просто не понимали их.
Я оказалась из числа первых. Слова умирающего Фиделя в одно ухо влетели, из другого вылетели. Наверно, слишком уж не соответствовали моему тогдашнему настроению. И все же они застряли в памяти, словно колючка в шерсти крыса, но смысл их дошел до меня много, много позже. С другой стороны, что изменилось бы, если бы я всерьез задумалась над ними уже тогда, если бы попыталась понять, что они означают? Все равно не разгадала бы, что за ними стояло, только настроение себе испортила бы. А так, по крайней мере, хотя бы несколько часов я была совершенно счастлива.
Да, с того момента, как Моок согласилась, все страхи оставили меня. Я почему-то не сомневалась, что пауки сдержат данное нам обещание. Может быть, потому, что они всегда поступали по справедливости; конечно, в своем понимании этого слова.
Как обрадовалась мама! В первое мгновенье оцепенела, но тут же бросилась ко мне, заплакала, засмеялась, принялась вертеть, ощупывать меня, точно желая убедиться, что я в самом деле ее дочь, а не какое-нибудь привидение, восставшее со дна морского. А отец осенил себя широким крестом и сделал то, чего не делал никогда прежде. Подошел, обнял меня и прижал к своей груди. Нежности всегда были не в его характере. Мальчишки и Кума уже спали, но, наверно, это было к лучшему. Мы сидели в зале, я коротко рассказывала обо всем, что со мной произошло, и о том, что пауки уходят. Мама ахала и охала, испуганно поглядывая наверх, а отец молча слушал, недоверчиво распахнув глаза и теребя бороду.
Когда вниз спустилась Королева Мэй, мы все, как по команде, смолкли. Родители низко опустили головы, и в первое мгновение я совершенно машинально сделала то же самое, но тут же вскинула подбородок, напомнив себе, что теперь нам бояться нечего. Мэй прошла мимо, точно мы были пустым местом, но на пороге обернулась. Мне кажется, что если бы взгляд мог убивать, прямо тут нам и пришел бы конец. И мы не просто умерли бы, а вспыхнули, как сухие поленья, или даже испарились бы без следа. Кто знает? Может быть, пауки и способны убивать свои жертвы взглядом, но ничего подобного Мэй позволить себе не могла. Она лишь обдала нас волной своей мощной воли, не удержалась на прощанье.
Меня словно ударом плети обожгло, мама дернулась и вцепилась в руку отца. Он схватился за голову, и я впервые в жизни увидела, как дрожат его сильные пальцы. В комнате родителей заплакала Кума, и мама бросилась к ней. Но все это, конечно, выглядело сущей ерундой по сравнению с тем, что я снова была дома! И могла теперь видеться с мамой, когда и сколько захочу; и могла помочь ей и остальным, используя всю ту великолепную технику, которая волей небывало счастливого случая оказалась в моем распоряжении. Эти мысли переполняли меня такой радостью, что ни для чего другого просто не оставалось места.
То была удивительная, хотя и очень суматошная ночь. Как я и предполагала, Антар недолго оставался в стороне и вскоре тоже примчался на остров Флетчера. Мы с ним пошли по домам – нужно было предупредить людей, чтобы, не дай бог, не началась паника. Адамс и Грета держали под контролем исход пауков, и только Дерек не высовывал носа из пещеры, опасаясь, что его вид может напугать людей.
Пауки уходили в полной тишине, не предпринимая никаких попыток причинить вред людям. Королеву Моок два ее могучих молодых соплеменника тащили на плотном полотнище паутины. Она покинула свое гнездо последней. Пауки разобрали малышей Королевы Улы и теперь шли, лапами прижимая их к груди. Я не заметила у пауков никаких крупных вещей, но в большинстве своем они тащили небольшие свертки, сумки или корзины. По словам Антара, перед тем, как уйти, Король Тимор сжег во дворе все свои картины. Предупрежденные нами люди оставались в домах, но никто не спал, все так и прилипли к окнам, потрясенные невиданным зрелищем. Некоторые выглядели потерянными, кое-кто даже плакал. Над городом летали запущенные киборгами светящиеся шары, и в их мертвенном свете все могли видеть феерическое зрелище: вереницу темных фигур, устремившихся к дальнему концу города, туда, где начиналась тропа, ведущая на болота.
Замыкали шествие Антар и киборги, они, как выяснилось, собирались сопровождать пауков до самого ущелья Вздохов. Вот последняя черная фигура растаяла во мраке, прошло пять минут, десять, и… на улицы хлынули люди. Ночную тишину взорвали взволнованные голоса, плач младенцев, писк ручных крысов, блеянье коз… Что тут началось!
Да, то была удивительная ночь.
Ближе к утру, когда тьма растаяла, а небо стало жемчужно-серым и чуть розовым на востоке, я пошла к скале Эй, Постой-ка и поднялась в пещеру, где в одиночестве сидел Дерек. Как обычно, мне каким-то чудом удалось почувствовать его настроение. Однако бурлящая внутри радость и здесь сыграла со мной злую шутку. Я лишь мельком отметила, что он задумчив, недоумевает или, может быть, даже встревожен, и тут же забыла об этом.
– Ну, как они? – спросила я, уверенная, что Дерек время от времени связывается с Антаром и киборгами. – Долго идти до ущелья?
Он, в виде исключения, сидел на ступеньке лестницы спидера, опираясь локтем на колено, а подбородком на подставленную ладонь.
– Вообще-то пешком туда можно добраться только к вечеру, – медленно ответил Дерек, глядя перед собой невидящим взором, – и то, если не будет никаких задержек. А потом ведь еще столько же времени надо потратить на обратную дорогу. Но, видимо, Антар передумал провожать Уродов до самого ущелья Вздохов. Уходя, он сказал, что к полудню рассчитывает вернуться, – он надолго замолчал. – Непонятно, с какой стати они вообще отправились пешком. Проследить за тем, чтобы Уроды покинули нашу территорию, можно было и со спидера, а потом на нем же и вернуться. И где Пао, хотел бы я знать?
Господи, ну какая разница, где Пао? Хотя, в общем-то, Дерека можно было понять; в конце концов, все они в некотором смысле родственники.
– Может, он остался на острове Пятницы? – спросила я.
Дерек покачал головой.
– Вспомни. Когда вечером мы с тобой сидели на скале. Сначала взлетел спидер, и на нем, как потом выяснилось, были Адамс и Грета. А сразу же вслед за ним поднялась в воздух "стрекоза". Антар оставался на наблюдательном пункте, и, значит, это мог быть только Пао. Я вот думаю, может, Антар отправил его вперед на "стрекозе" именно с той целью, чтобы потом иметь возможность поскорее вернуться обратно, предоставив им одним провожать Уродов до ущелья Вздохов? – говоря "им", он, как обычно, имел в виду киборгов. – Может, он вообще планирует пока оставить их там? Охранять, так сказать, "границу"? А, ладно, скоро все выяснится, – Дерек встрепенулся, встал и уже более внимательно посмотрел на меня. – Ты спрашиваешь, как у них там? Вроде бы все идет своим чередом. А вот ты что-то плохо выглядишь. Устала, наверно? Может быть, поднимемся в спидер? Посидишь, отдохнешь немного. Хочешь кофе? На спидере и мини – "повар" есть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
