на противоположной стороне дороги непонятно откуда возник мотоцикл БМВ. Громко рокоча, он пронесся мимо Форда и остановился возле девушки. Она лихо прыгнула на сиденье, и мотоцикл унесся прочь. Только тут оторопевшие папарацци пришли в себя.
– Это тот же самый! Разворачивайся! – закричал Карл. – Да подожди, пока я залезу!..
– А я знаю, почему ты так гонишь, – сказала Джулия, когда ветер перестал бить в лицо подобно сильной струе воды из шланга.
– Почему? – улыбнулся Бен и еще уменьшил скорость.
– Чтобы я от страха еще крепче тебя обнимала!
– Может быть! – засмеялся он.
– Ты знаешь, с этого дня я отдаю свои симпатии мотоциклу! Долой машины и вертолеты! Когда мы на мотоцикле – весь мир со своими проблемами уходит в сторону! Есть только ты и я! Решено: всегда и везде я буду ездить на мотоцикле!
– Даже зимой?
– Даже зимой!
– Даже когда нам стукнет семьдесят?
– Даже когда стукнет сто!
– Тебе не кажется, что Джулия стала поздно возвращаться со школы? – спросил как-то вечером жену президент.
– Кажется, – ответила она, не отрываясь от вышивки.
– Может быть…
– У нее роман с Бенджамином Халместером, – ответила она, по-прежнему не поднимая головы.
– С кем!? С этим…
– Ты что-то имеешь против молодого человека?
– Да… точнее, я его не знаю.
– Мне он нравится. Он не пьет, не курит, хорошо учится и даже ни разу не снял для Джулии номер в отеле. Ты, мой милый, в его годы был менее сдержан.
– Возможно, я любил свою девушку сильнее.
– Не обольщайся, у тебя просто было хуже воспитание.
– А возможно, моя возлюбленная была не такой уж скромницей.
– Она была молода и наивна, а он коварен и настойчив.
– Ладно, оставим воспоминания, – покраснел президент. – Сколько они встречаются?
– Около четырех месяцев.
– Да!? – ошарашенно спросил президент. – Он действительно скромный парень… Слушай, а откуда ТЫ все это знаешь?
Супруга впервые оторвалась от вышивки.
– Крис по моей просьбе провел расследование.
– Ты привлекла начальника охраны к частному расследованию? Боже мой, да это же незаконно!
– Не будь ханжой. Считай, что он охранял девочку.
Сегодня утром Рокстер попросил Грея о встрече и сам заехал к бизнесмену. Грей встретил партнера в черном, он все еще носил траур по старому Сойбельману. Они сели в гостиной. Грей предложил пропустить по рюмочке, но Рокстер отказался. Последние события тяжело повлияли на бизнесмена, он стал больше пить и сейчас боролся с этой слабостью. Хуже всего, что я начал сдавать физически, тоскливо думал Рокстер, с завистью глядя на высокого стройного Грея. Вот сейчас у меня дергается левое веко, а я не могу остановить этот тик. Несколько месяцев назад я и помыслить не мог, что стану такой развалиной. Еще немного, и Мэри меня бросит. Черт возьми, никогда не думал, что старость наступит так скоро. Это все чертов проект. Ладно, пауза затянулась, Грей, умница, все понимает, молчит, терпеливо ждет. Но нельзя же прятать голову в песок, как страус.
– Итак, нас окончательно зажали в угол, – сказал Рокстер, поднимая глаза на партнера.
– Да, – кивнул Грей, – вчера я подбил неутешительный итог. Мы получили кредиты на двадцать миллионов, капля в море, что же касается продукции с наших заводов…
– Правительство на восемьдесят процентов сократило заказ на мои катера, – развел руками Рокстер и тоскливо посмотрел на черную дверцу бара. – Так же обстоят дела с выпуском пороха.
– У меня примерно то же самое. Они даже построили свой комбинат по производству пластмассовой посуды, чтобы досадить мне. Думаю, и ограничения в игорном бизнесе, принятые две недели назад, преследуют ту же цель. – Грей помедлил, а потом спросил: – Скажите, а как в настоящий момент обстоят дела с нашими политиками? Я имею в виду, истинно нашими. Было время, мы могли манипулировать правительством.
– Вот именно, было. Политики поняли, что наша сила ушла в наши планеты. Нет прежних денег, нет прежнего влияния. Да и президент с Халместером «подчистили» ряды.
– Значит, придется соглашаться с потерей независимости?
– Придется.
– Через два дня соберем остальных, я думаю, они признают очевидное.
Вернувшись домой, Рокстер первым делом налил себе коньяка и жадно выпил. Потом он пошел к Мэри. Женщина стояла у окна, смотрела на море сквозь огромные, до пола, стекла. Она услышала его шаги.
– Он согласен? – спросила женщина, не оборачиваясь.
– Согласен. Да и остальные уже все поняли, только боятся признаться.
– Когда собрание?
– Через два дня.
– А потом к правительству на поклон. Сколько времени понадобится, чтобы завершить переброску оставшейся части людей?
– Около года.
– Когда мы улетим, я хочу, чтобы кое-кому воздали по заслугам.
Приемная президента. Здесь все и началось, когда он рассказал о своем плане. Четырнадцать лет, столько всего случилось за это время. Время течет быстро, особенно в политической жизни. Кризисы, скандалы, проблемы никогда не прекратятся, спокойная жизнь – лишь иллюзия. Но сегодня великий день – проект «Переселенец» завершен, и завершен так, как он задумал. Впрочем, завершен ли? Последствия от операций такого масштаба иногда ощущаются многие годы, создавая проблемы и проблемы. Правильнее сказать, завершился первый этап проекта «Переселенец».
На экране телевизора сменилась картинка, исчезли кадры хроники, появился улыбающийся диктор:
– Последние корабли успешно стартовали к Венере, – восторженно сообщил он. – Проект «Переселенец» близится к завершению. Конечно, впереди еще много лет упорного труда, но период массовой миграции закончен…
Президент щелкнул пультом, выключая телевизор, посмотрел на Халместера, улыбнулся.
– Ну вот, Роджер, все получилось, как вы планировали. Они согласились. С владычеством компаний-монополистов покончено, Рокстер и компания убыли на свои планеты, все их имущество перешло в частные руки, а кое-что перепало и государству. Теперь у нас динамически развивающийся средний бизнес. К тому же у Земли появились три автономные области. Они приняли все наши условия, и это почти целиком ваша заслуга, Роджер.
– Благодарю, господин президент, – склонил голову Халместер.
– Я обратился в правительство с просьбой наградить вас «Дубовой ветвью».
– Еще раз спасибо.
– Да, Бенджамин давно вам звонил?
– Два дня назад.
– А Джулия час назад. У них все хорошо, они уже в Швейцарии.
Роджер Халместер вынырнул из темных аллей, окружавших управление, и медленно пошел по улице. По дороге домой он зайдет в кафе, поужинает. Эти прогулки он ввел в режим три недели назад, когда заметил, что появилась одышка. Что делать, тело стареет, пенсия не за горами. Чем он тогда будет заниматься? Купит собаку? Или будет навещать внуков? Там видно будет. Потом мысли перескочили на другое. До приезда Бена остается два дня. Он соскучился по сыну, но нужно помнить, что Бен молодожен, не надоедать ему
