во тьме.
Нужно было поговорить. Все же время на исходе, а Тиа еще ни разу не предпринимала попыток вырезать его сердце. И с одной стороны, Рафаэль радовался, что может провести больше времени с дочерью и Тиа, но с другой… Это опасно.
Днем он не мог обсуждать с Тиа подобные вещи. Все же обычно они проводили время втроем, а Ясна подросла достаточно, чтобы при ней лишний раз держать язык за зубами. Вечерами и ночами Тиа не выманить из комнаты Ясны. Она все еще спала в детской и лишний раз не выходила оттуда.
Рафаэль догадывался, что Тиа избегает оставаться с ним наедине. Это одновременно забавляло, вызывало умиление, но и бесило. Не похоже, чтобы Тиа его боялась. Тогда в чем дело?
Он проследовал за ней до теневой границы их убежища. Рафаэль издалека наблюдал, как Тиа ищет в траве мяч Ясны. Она ходила по поляне, осматривала все новые участки, но толку никакого. Даже издалека было видно, что Тиа расстроилась. Об этом говорили осанка и походка.
Рафаэль направился туда. Он хотел сказать, чтобы Тиа шла в дом. К утру он добудет точно такой же мяч, какой был у Ясны. Перенесется в Артери и сходит к тому же торговцу, где взял игрушку в прошлый раз.
«Как слащаво, — мелькнуло в голове. Скрипучий голос был будто приглушен, но уже доносился из глубин сознания. –Ты совсем расклеился. У тебя могла быть власть над всем миром, но ты тратишь время здесь».
Рафаэль раздраженно потянулся к мешочку в кармане брюк. Он ведь принимал дозу совсем недавно! Неужели времени совсем не осталось? Как и порошка… Его хватит на пару дней. Не больше.
Он вдохнул лекарство и на какое-то время потерял Тиа из вида. Оперся на ближайшее дерево, чтобы перевести дух и справиться с головокружением. Причитания Воя стихли, но ночь взрезал другой голос.
— Нет! – вскрикнула Тиа. – Пусти!
Воздух напитала магия. Рафаэль еще не успел восстановить зрение, перед глазами плыло, так что он кинулся на звук. Несколько раз запнулся о коренья, чуть не врезался в дерево, но не упал и продолжал бежать. Туда, где кричала и шипела Тиа.
— Замри! – приказала она, и ощущение магии стало сильнее. Даже Рафаэль на миг остановился, потому что его тело среагировало на чародейский приказ.
Но даже если Тиа могла выиграть время, его ей не хватало, чтобы голыми руками победить драконорожденного, который поймал ее в шаге от безопасной стены. Тиа извивалась, царапалась и кусалась. Пахло драконьей кровью, но и ей ящер тоже нанес несколько ран.
Вспыхнул портал, и ящер потащил Тиа к проходу. Она сопротивлялась изо всех сил, но все равно была слабее.
Рафаэль похолодел. Даже если он кинется со всех ног – не успеет. Перенос займет несколько секунд, пусть и на такое короткое расстояние.
Он не успеет. Тиа утащат в портал раньше, чем он хотя бы приблизится.
Был всего один шанс спасти Тиа, и Рафаэль, сцепив от усилия зубы, рискнул. Он приказал теневой стене двинуться вперед, и та поддалась. Черный туман поплыл дальше, накрыв и портал, и ящера, который ладонью зажимал Тиа рот.
Едва стена коснулась чужака, он взревел от боли и отпустил Тиа. Рафаэль уже бежал к ней, но Тиа этого не видела. Она выхватила кинжал из ножен на бедре ящера и несколько раз полоснула его по груди и шее. Тот продолжал вопить, но далеко не от тех ран, что наносила Тиа.
— Перестань, — Рафаэль коснулся ее плеча, но отпрянул, когда Тиа с безумными глазами обернулась на него и приставила к шее окровавленный кинжал.
Она тяжело дышала. Все ее лицо было в крови ящера, который уже мертвый лежал на земле. Тени сточили его изнутри, как черви.
— Тише, Тиа. Это я, — Рафаэль поднял руки и отступил на пару шагов.
Он быстро понял, что «это я» — может не успокоить, а разозлить. Он все еще сомневался, что Тиа окончательно победила жажду мести внутри себя. Совместная жизнь и дочь смягчили их обоих. Но отпустила ли Тиа обиды или лишь прятала их глубоко внутри?
— Тиа… Брось нож. Он все равно мне ничего не сделает.
Она моргнула, и пелена безумия ушла из ее взгляда. Тиа отшвырнула кинжал за стену и, будто сдуваясь от бессилия, осела на землю.
— Он ждал, когда я выйду. Ждал, чтобы утащить отсюда.
— Я думал, ты знаешь, что тебя пасут. Зачем ты вышла?
Тиа повернула голову. Проследив за ее взглядом, Рафаэль увидел под деревом мяч. Сейчас он лежал в безопасных пределах, но лишь потому, что стена сдвинулась. Похоже, он укатился за стену, а Тиа заметила и пошла его подбирать.
— Я осмотрелась перед тем, как выйти. Мне показалось, что рядом никого нет. Но едва я шагнула за стену, он, — она кивнула на мертвого драконорожденного в броне из кожи и металла, — выскочил из портала и напал.
— Он что-нибудь сказал?
Тиа слабо кивнула.
— Что я предательская мразь и подстилка чудовища. Что меня ждет казнь.
Рафаэлю захотелось использовать свою силу и поднять ящера из мертвых, чтобы избить его. Чешуйчатый умер слишком быстро и легко. Но Рафаэль сдержался и вместо этого спросил:
— Я могу заставить его говорить, чтобы ты расспросила его. Ящер сдох от моей магии, так что со мной болтать не станет. Но тебе он должен ответить.
Тиа нахмурилась. Она никогда не видела эту магию в действии. Рафаэль заметил, как внутри Тиа борются интерес и усталость. И все же она мотнула головой, встала.
— Не надо. Я знаю, что меня приказано поймать и доставить к старейшинам. Знаю, что меня ненавидят за то, что я забрала дочь и прячусь здесь с тобой. И, конечно, мне прекрасно известно, какая плата меня за это ждет.
Тиа подняла мяч и направилась к дому. Она чуть пошатывалась, светлое платье испачкалось в крови, белые волосы растрепались.
— И ты не хочешь отомстить? – выкрикнул Рафаэль, сделав несколько шагов за ней.
И остановился, когда Тиа обернулась.
— Кому? Шпион мертв.
— Мне, — глядя ей прямо в глаза, сказал Рафаэль. – Это ведь из-за меня ты здесь и даже сбежать не можешь. Пытаешься защитить ящериц от новых сражений и жертв. Но если бы я не преследовал тебя, все бы было иначе. Ты бы вернулась к своим друзьям.
Несколько секунд Тиа молчала. Ее лицо
