Холодные щупальца скользнули по лицу Клары, она не шелохнулась. Вниз лезть очень не хотелось, там наверняка полно ловушек, и магических, и обычных; нет смысла тратить время на их обезвреживание.
«Помогите мне!» – мысленно попросила Клара. Друзья-чародеи откликнулись быстро и дружно, тёплый поток Силы ворвался в сознание волшебницы, теперь можно было попытаться выяснить всё, что нужно, с земли…
– Клара! – отчаянный крик Мелвилла. И сразу же – низкий тяжёлый рык, свист клинка Райны, боевое «хэ!» валькирии, звук разрубаемой плоти…
Транс прервался.
Эгмонт и Мелвилл споро тащили Клару под руки прочь с холма, а за их спинами Райна деловито рубила, орудуя двумя клинками, целую орду каких-то низкорослых шерстистых существ, что настоящей волной выплеснулись из чёрного подземного хода. Брызги тёмной крови летели во все стороны – но даже Райне приходилось пятиться, ей так и норовили зайти со спины. А пастям и клыкам этих бестий позавидовали бы самые страшные хищники, известные Кларе.
– Стойте! – крикнула Клара. – Райна, сюда! Хватит крови! Прикрываемся щитом!
Щит невидимости – отличная вещь, когда нужно избежать ненужной схватки. Откат вновь болезненно толкнул Клару в грудь, но заклинание тотчас же подхватили маги, стало легче.
Райна вихрем ворвалась в сгущающийся серый сумрак, быстро поглотивший всю четвёрку. Орда стражей потянулась обратно, разочарованно завывая.
– Н-ничего себе, – выдохнула Клара, когда последняя бестия исчезла в подземелье и волшебники сбросили завесу. – Не хотела бы я столкнуться с ними под землёй!
– Сжечь их, и всё тут! – проворчала воительница, стирая кровь с меча и кинжала. – Кусачие, бестии…
На стальных поножах валькирии остались явственные следы мощных клыков.
Клара отрицательно покачала головой.
– Сжигать тут никого не надо, Райна, нам это не поможет. Крепкий чародей ставил тут защиту, никак не слабее нас с вами… Ну что, Эгмонт, Мелвилл, будем пробиваться вниз? По-моему, это бессмысленно.
– Ты права, – кивнул Мелвилл. – Сила здесь есть. Дотянуться до артефакта можно. Составим кольцо. Нас четверо…
– Пятеро. Сильвия тоже может в кольце постоять, – заметила Клара.
– Надо же! – присвистнул Эгмонт. – Ну что ж, тем лучше. Четверо в кольце, один идёт вниз. А стражи эти пусть побегают по окрестностям. – Он усмехнулся. – Им полезно, засиделись-то небось в своём подземелье…
На том и порешили.
«Кольцо» составили немедленно, как только волшебники вернулись в лагерь. Подлечили Кицума, и старик немедленно выпросил у Райны один из её запасных клинков.
– Да зачем тебе, дед? – полупрезрительно хмыкнула было воительница.
Кицум понурился, развёл руками, вздохнул… а потом сделал какое-то неуловимо-быстрое движение, и могучая валькирия растянулась на земле.
– Ополоумел?! – немедленно рассвирепела Райна.
Кицум ловко уклонился от захвата, и в его руке что-то коротко блеснуло – тонкая стальная нить, мигом развалившая надвое сучковатую палку, которой на клоуна опрометчиво замахнулась валькирия.
– Ловок ты, однако… – остановилась Райна.
– Прощения покорно просим, милостивая госпожа, коль обидел, – низко поклонился Кицум. – Не стал бы беспокоить вашу милость, но от тех тварей, что вы описали, моей петелькой отмахиваться несподручно…
Райна дала Кицуму меч, и несколько минут спустя они уже кружили в поединке, вполне довольные друг другом. Воительница умела уважать чужое искусство.
Четверо магов и Сильвия встали в круг. Эгмонт долго и горячо наставлял девочку, пока Клара не оборвала его излияния:
– Хватит!.. Ей не вниз спускаться. А время дорого.
На сей раз вход в транс был стремительным и почти неощутимым. Четверо в кольце – это кое-что значит, вдобавок Сильвия действовала просто здорово, не хуже опытного мага.
Вновь знакомый портик… только теперь Клара видела его таким, как его, наверное, задумали строители. Не ушедшим в землю, а гордо и мощно попирающим её шестью высоко вознёсшимися квадратными колоннами. Отверстие входа светилось нежно-розоватым светом. Что это значит, кто бы знал…
Незримая, бесплотная, Клара скользнула внутрь.
Тьма. Мягкая, спокойная, обволакивающая. Словно в те давным-давно прошедшие годы, когда Клара Хюммель была ещё девчонкой и спокойно засыпала в детской, в доме ещё живых родителей, крепко прижав к себе любимую кошку. Ароматный сумрак… да, кажется, именно так пахли мамины любимые духи. Невольно Клара сдвинула брови – что за шутки шутит с ней это место? Давно пора бы понять, кто сейчас перед ним, и не играть в игры понапрасну!
Никаких коридоров перед собой Клара, конечно, не видела. Пару раз что-то слегка кольнуло – она миновала настороженные магические ловушки, слишком быстрая и неосязаемая для них. Однако они её всё же почувствовали, всё же постарались дотянуться – это было неприятно. Клара рассчитывала, что с такой поддержкой, столь развоплощённая она вообще останется для них невидимой. Не осталась. Что ж, впредь будем осторожнее.
Справа и слева вспухли рыжеватые клубы, в них угадывалось нечто живое – стражники. Тоже что-то учуяли, бестии… Ну ничего, пока вы поймёте, что к чему, меня уже здесь не будет.
И вновь – шесть гладких железных плит. Ну-ка, ну-ка, а вы и теперь будете со мной в прятки играть?
Клара развоплощалась всё больше и больше. Фактически от неё оставалось только её бестелесное «я» с магическим зрением – очень опасная игра, если некому поддержать тебя и помочь выйти из транса. Но тут Кларудержалотрое испытанных друзей и талантливый найдёныш Сильвия, и рискованная затея волшебницы вполне удалась.
Толчок. Отдача. Боль, пробивающаяся даже сквозь щиты бестелесности. Ого, ну и местечко, кто же создал тебя?..
Словно в ответ, на крайней слева плите сверху, возле самого обреза, медленно проступил смутно знакомый символ – устремлённая вверх стрела, крест-накрест перечёркнутая двумя косыми росчерками. Это не былонаписанона плите, не было тем или иным способом запечатлено на её поверхности – символ простовсплылиз глубины холодного железа.
Клара закусила бы губу от злости, если б только смогла. Что за фокусы? Уже давно пора проявиться любому тексту, как бы хитро он ни был упрятан! Ведь она – Клара Хюммель, боевой маг Долины, а здешние заклятия сплетал какой-то самоучка, пусть даже и талантливый!
Бестелесная грудь наполнилась болью, словно мутной водой, распирая, расталкивая рёбра. Перед глазами воскурилась алая дымка. Клара предприняла ещё одно, поистине запредельное усилие и, почти теряя сознание от терзающей всё её существо боли, услышала холодные слова – к ней словно бы обратилось само железо:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
