Бестелесная грудь наполнилась болью, словно мутной водой, распирая, расталкивая рёбра. Перед глазами воскурилась алая дымка. Клара предприняла ещё одно, поистине запредельное усилие и, почти теряя сознание от терзающей всё её существо боли, услышала холодные слова – к ней словно бы обратилось само железо:
«Здесь покоятся Скрижали Ночи. Вам не уйти».
И после этого Клару настигла такая отдача, что волшебница, не выдержав, отчаянно закричала – словно поняв вдруг, что вложила слишком много сил вразвоплощениеи вернуться назад уже не сможет…
А вместе с болью её настиглознание. Ответ на тот самый вопрос, который они так стремились получить.
* * *
Клара очнулась. Боли как будто не было; но вот только почему так темно в глазах?
Наверное, она произнесла это вслух, потому что ей немедленно откликнулся голос Эвис:
– Потому что сейчас ночь. Ты пробыла без сознания весь остаток дня и весь вечер. – Молодая волшебница наклонилась над Кларой. – Ох и напугала же ты нас! А потом ещё эти твари полезли…
– Рыжие такие, клыкастые? – слабым голосом осведомилась Клара.
– Нет, не те, не из схрона. Просто зверьё из леса. Ох, и зрелище же было – впереди мы с Эгмонтом, за нами Мелвилл с Сильвией, последняя линяя обороны – Райна с клоуном. А позади всех лежит бесчувственная Клара Хюммель, в то время как её друзья умирают от страха за неё и одновременно – от любопытства: что же она там увидела такого-эдакого?
– А остальные… все целы?
– Все, не волнуйся, – засмеялась Эвис. – Райну с клоуном слегка поцарапало, но мы их уже подштопали. Все сейчас спят, одна я вот сидела, тебя стерегла… Ну, рассказывай же, Клара, не томи!
Волшебница вздохнула. Даже вспоминать о случившемся было больно.
– Самое смешное, что и рассказывать-то особо нечего… Шесть железных плит, и всё. На крайней – перечёркнутая стрела. Надписей я никаких так и не увидела, хотя очень старалась и, похоже, слегка перестаралась…
– Да уж, слегка! – фыркнула Эвис. – Еле вытащили тебя, Клархен. Нельзя же так!..
– Зато вот что я под конец услышала… – Клара прижала пальцы к вискам в тщетной попытке унять внезапно накатившую головную боль. – «Здесь покоятся Скрижали Ночи. Вам не уйти». И – всё…
– Всё? – недоверчиво переспросила Эвис. – А как же текст? Судя по всему, это ж явно текстовая крипта! Тем более – скрижали… там должен был быть текст!
– Сама знаю, – вновь вздохнула Клара. – Да только ничего не поделаешь. Нам этот текст не прочитать, Эвис. Только если по-настоящему вниз прорвёмся.
– Ну, а самое-то главное? – настаивала молодая чародейка. – Вырваться-то отсюда можно или нет?
Клара опустила голову и помолчала. Знание жгло её, подобно раскалённым палаческим щипцам. Это знание возникло в ней в тот самый миг, когда она услышала голос холодного железа.
– Эвис, пока эти шесть плит целы – нам не покинуть этот мир. Даже если нас и эти самые скрижали будут разделять все здешние земли и океаны. Скрижали должны быть уничтожены. Другого выхода просто нет.
Глаза Эвис округлились.
– А что же тогда будет? – отчего-то шёпотом спросила она.
Клара поёрзала – в спину врезался невесть откуда взявшийся тут камень.
– Ну и вопросы у тебя, Эвис… нам тогда точно придётся просидеть здесь всю жизнь, перелопатить все местные легенды и сказания, выпытать всю подноготную у доброй сотни верховных жрецов и пророков, прочесть сотни томов хроник… может быть, тогда мы и сумеем что-то сказать. Когда имеешь дело с артефактом такой мощи, яснее ясного, что так просто его не уничтожишь. Да я и не представляю, какие силы на это потребны, если, в свою очередь, не прибегать к артефактам…
– Как-то не хочется оставаться тут навсегда, – зябко повела плечами Эвис. – Клархен, неужели…
– Ну, способы-то всегда найдутся, – буркнула Клара. – Если, к примеру, пожертвовать моей шпагой, то, вполне возможно, этот самый – как ты сказала? – схрон не устоит. Но что тогда случится в мире?..
– Так что же нам делать? – Голос Эвис неожиданно дрогнул. – Я не хочу, не хочу тут оставаться!..
Клара отвернулась. Эвис ничего не сказала вслух, но это ясно и так. Она, Клара Хюммель, завела-таки свой отряд в ловушку, из которой, похоже, так просто не выбраться. Задача как будто не имела решения – нужно провести тут целую жизнь, чтобы понять, какв точностиотразится на этом мире уничтожение скрижалей, и никто не может поручиться, что, даже проведя тут всю жизнь, они отыщут верный ответ.
Эвис тихонько заплакала. Клара молча сидела рядом, чувствуя себя настоящей предательницей. Впору было наложить на себя руки.
Так они и встретили рассвет.
Глава пятая
Некромант за работой
На сборы ему оставили совсем мало времени. Посыльные милорда ректора отирались возле крыльца факультета малефицистики до тех пор, пока Неясыть не вышел к ним, невольно сгибаясь под увесистым заплечным мешком. Посох только мешал, и Фесс уже гадал, куда бы поудобнее пристроить эту докучливую и тяжеленную палку.
По пути в порт его тоже не оставили одного. На возмущение Даэнура провожатые холодно ответили, что таков строгий приказ милорда ректора и они по мере сил стараются сей приказ исполнить, потому что неповиновение, как известно милорду декану, карается пожизненным изгнанием из Академии.
Фессу очень хотелось спросить – что же с Атликой? Он несколько раз поднимал глаза на Даэнура, неизменно читая один и тот же ответ учителя – молчи, ни звука здесь!
Очевидно, милорду ректору позарез было нужно, чтобы единственный студиозус факультета Тьмы как можно скорее отправился восвояси. И ещё милорд ректор явно не верил в случайности. Как и не полагался на чьё-то слово. Мэтрам было приказано довести Фесса до самых сходен; а принадлежность корабля к маленькому, но повсеместно известному флоту Академии означала, что командовать судёнышком будет маг, и притом не из слабых, чтобы новоиспечённому некроманту не пришло бы в голову пытаться завладеть кораблём и по-своему распорядиться собственной судьбой.
И уже перед самым трапом, под плеск волн у причала и крики чаек Даэнур медленно наклонил к Фессу свою чешуйчатую голову, произнеся вслух:
– Ни о чём не беспокойся. Я позабочусь о ней.
Фесс открыл было рот… и вновь прочёл в жёлтых глазах непререкаемый суровый запрет.
Так они и расстались с Тёмным – без слов, без жестов, без обещания писать друг другу, что не преминули бы сделать люди.
– Прошу сюда, мэтр, – сухо произнёс капитан – высокий и краснолицый. Неясыть безошибочно угадал в нём чародея рангом куда выше собственного – Академия не поскупилась. Конечно, в случае настоящего магического поединка шансы у Неясыти всё равно оставались, но идти сейчас на схватку со всей Академией, и Белым Советом, и с Меганой в качестве резерва было бы чистым самоубийством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
