— Разве мы не можем просто так поужинать дома при свечах?
Я склонила голову набок, чтобы получше рассмотреть его лицо. Он не смотрел на меня, и я могла точно сказать, что он стесняется по причине, которую я не могла определить. Я снова повернулась к обеденному столу, где заметила свет, исходящий от двух белых конусообразных свечей, стоящих на серебряных подсвечниках. На столе лежали две золотые салфетки, и мерцание света отражалось от двух бокалов.
Я снова поцеловала его в плечо, и потихоньку до меня дошло. Он не мог увидеть, но на моем лице появилась ухмылка.
— Итак, — я указательным пальцем провела линию от его лопатки к внутренней стороне руки, — разве ты не прелесть? — Я подошла к нему и потянула за пояс, притягивая к себе. — Я знаю, что ты задумал, — моя рука скользнула под его рубашку, чувствуя твердые мышцы его живота. — Тебе не обязательно готовить мне ужин, чтобы потрахаться. Все, что тебе нужно сделать, это попросить.
Он бросил на меня взгляд и повернулся обратно к плите.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — сказал он, и на его щеке появилась ямочка.
Он отвел глаза, и меня охватило волнение от того, как мило он играет. Когда мои руки переместились к его поясу, он повернулся ко мне лицом.
— Детка, сначала ужин, — сказал он, уронив деревянную лопатку и потянувшись за моей рукой, чтобы поцеловать ее.
— Я не голодная. — Я выключила плиту, прижала его к стойке и встала на цыпочки, чтобы поцеловать. — Сначала десерт.
Он улыбнулся и наклонил голову, чтобы встретиться с моими губами. Его руки скользнули от моих плеч к рукам, прежде чем, наконец, уперлись в мои бедра. Я думала, что он остановится, но вместо этого он зарылся пальцами под мою блузку, впиваясь ими в кожу, притягивая меня к себе.
Сначала поцелуи были медленными, пока я не наклонила подбородок. Он открыл мой рот языком и нашел проход. Поднял меня за ягодицы, и я обвила ногами его талию. Волнение охватило меня, когда я почувствовала его возбуждение, и я сжала его волосы, пока он перемещал нас из кухни через гостиную в свою спальню, не прерывая контакта.
Он положил меня на кровать и посмотрел на меня сквозь полуприкрытые веки. Задрал свою рубашку над головой и закинул ее за спину. Я прикусила губу в предвкушении, когда он взял мое лицо в свои ладони. Он поцеловал меня так нежно, словно я вот-вот разобьюсь. Я глубоко вдохнула и почувствовала его мужской запах. Не разрывая контакта наших губ, я чувствовала, как его пальцы расстегивают пуговицы на моей блузке, одну за другой. Я задрожала от его прикосновений. Когда блузка была снята, он расстегнул мой лифчик и забросил его за спину. Жар пробежал по моим внутренностям, когда я почувствовала его на себе. Его руки медленно скользнули вверх по моим ногам на мои бедра. Я приподняла зад, чтобы помочь ему, и когда он начал стягивать мою юбку, я замерла.
— Подожди, — попросила я, задыхаясь, мое сердце бешено колотилось в груди.
Он прижался лбом к моему лбу, пытаясь успокоить дыхание. — Остановиться? — Похоть наполнила его глаза. — Детка, ты мне нужна. Я нуждаюсь в тебе прямо сейчас.
— Я знаю, — ответила я. — Просто... я не стирала белье и… — У меня все еще перехватывало дыхание. Я не должна была чувствовать себя смущенной, но я не была готова к тому, что наш первый раз состоится сегодня вечером. Я пожалела, что не надела что-нибудь более сексуальное.
— Что? — спросил он.
Я скинула юбку, чтобы показать свои цветастые бабушкины трусики.
Он посмотрел вниз на розово-зеленое нижнее белье с высокой талией и сжал его обеими руками. — Только ты можешь заставить бабушкины трусики выглядеть так чертовски сексуально, — сказал он, снимая их. — Мне. Все. Равно.
Я рассмеялась, когда его губы снова соединились с моими. Он целовал меня до тех пор, пока у меня не распух рот. Его язык пробовал, щелкал и исследовал. Я стянула с него штаны и сжала его твердость, включив переключатель, который, казалось, зажег огонь, от чего вся его сдержанность исчезла. Почувствовав его у своего входа, я подвинулась, чтобы подстроиться под него. Он обнял мое лицо, его руки слегка дрожали, когда он прижался своим лбом к моему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Его глаза наполнились такими интенсивными эмоциями.
— Я люблю тебя, — произнес он.
Мои глаза закрылись, и я прикусила губу от полноты, когда он вошел в меня.
Я бы ждала этого целую вечность, чтобы почувствовать его внутри себя. Наша связь была за пределами физической. Это было что-то глубоко эмоциональное. Я любила его, и теперь он был моим, всецело.
Пока мы занимались любовью, он шептал, какая я красивая, как ему хорошо, и как сильно он меня любит, снова и снова. Я наблюдала, как на его лице промелькнуло выражение удовольствия. Когда я почувствовала, как усиливается уже знакомое напряжение, то, которое только он мог дать моему телу, я закрыла глаза, чтобы насладиться ощущениями, проходящими через меня.
Его движения ускорились до такого темпа, что покалывание внизу моего живота распространилось на ноги. Он крепко сжал мои бедра, вонзаясь в меня снова и снова, пока я не почувствовала, что спазмы усиливаются. Пальцы на моих ногах подогнулись, и тело охватили судороги. Как раз в тот момент, когда спазмы начали замедляться, его толчки становились все быстрее и сильнее, заставляя напряжение нарастать снова. Низкие стоны слетели с его губ, когда его размеренный темп усилился. Я выкрикнула его имя, и он замедлился и замер во мне, мы оба сошлись в экстазе. Я лежала на кровати, совершенно измученная и полностью насытившаяся. Я не могла пошевелиться. Мое тело было как желе, но в хорошем, удовлетворенном виде. Я могла бы лежать там вечно.
Когда его дыхание замедлилось, он повернулся, чтобы переместить меня, пока я не оказалась у него на животе. Когда мое сердцебиение начало приходить в норму, он тихо рассмеялся.
— Эта ночь прошла не так, как я планировал, — сказал он, проводя пальцами по моим волосам. — Предполагалось, что сначала будет романтика, свечи и ужин.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, и подняла брови.
— Я хотел подарить тебе версию из фильма.
— О, — произнесла я, начиная понимать. — Что ж, это гораздо лучше, чем в фильмах. Если бы это был фильм, я бы наблюдала за любовной историей на экране. В этой версии все хорошее происходит со мной, — сказала я, положив подбородок ему на грудь.
Он посмотрел на меня сверху вниз и убрал прядь волос с моего лица.
— Да, это намного лучше, чем в кино.
Он целовал меня долго и страстно, пока я не забыла свое имя, забыла, где нахожусь, и даже как дышать.
— Вот, — выдохнул он, — я и нашел девушку.
Я почувствовала, как его длина затвердела подо мной, прижимаясь к моему животу. Я догадалась, что если это наш фильм, то вторая часть начнется очень скоро.
1) Андеррайтер — специалист, в обязанности которого входят грамотная оценка рисков и осуществление правильного расчета страховых выплат.
Эпилог
Один год спустя…
Теплые поцелуи разбудили меня. Я улыбнулась, чувствуя поцелуи на своих глазах, щеках, носу и, наконец, на губах.
— Проснись, детка, — прошептал Кент. — Проснись, красавица.
— Нет, — сказала я, притворяясь и поворачиваясь на другой бок.
Я не осмеливалась открыть глаза, когда накрывала голову подушкой. Моя шелковая сорочка покоилась на пуховом одеяле. Пижамы с щенятами давно исчезли, их заменили шелковые и кружевные сорочки. Кент, будучи шопоголиком, приносил домой подарки почти каждый день. Обычно они состояли из дизайнерской одежды или пижам. Кроме того, я была включена в его личный список покупателей. Я сказала ему, что путь к сердцу этой женщины лежит через еду, поэтому иногда он приносил домой ужин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Детка, не заставляй меня поднимать тебя, — сказал он.
Я знала, что он улыбается.
