– У адвоката Идальго все документы для свадьбы готовы. – Дон Густаво, как мог, старался приободрить внука, а заодно и себя.
– Вы думаете, что до рождения ребенка Лаура и я будем женаты?
– Не сомневаюсь. По крайней мере, я сделаю все, что от меня зависит.
– Спасибо вам, сеньор.
– Тебе так трудно… назвать меня дедушкой? Когда ты меня простишь?
– Простите.
– Хочу, чтобы ты знал: я предложил тебе платить жалованье не потому…
– Мы уже договорились с адвокатом Идальго. Он сам будет мне платить, а я постараюсь его не подвести.
– Работа в конторе Идальго будет для тебя очень полезной. Там отличные адвокаты, и ты многому у них научишься. И при этом сумеешь закончить университет.
– Я благодарен вам.
– Сынок, какая неожиданность! – Хуан Карлос шел прямо к Хосе Игнасио, готовый заключить его в объятия.
– Не называйте меня так, – отстранился Хосе Игнасио.
– Но ты все же мой сын.
– Моя фамилия Лопес, сеньор. И я предпочитаю не вспоминать, что вы – мой отец.
– Но ведь прошло столько лет!
– И через столько лет мне не дают забыть, что моя мать была когда-то простой деревенской девушкой. Лорена дель Вильяр считает позором для себя родство со мной.
– Прости меня, я совершил ошибку. В молодости люди часто ошибаются!
– Вы не хотели, чтобы я вообще появился на свет. И это называется ошибкой? Нет, сеньор, это – преступление. Точно такое же, какое задумала теперь ваша сестра.
Эта встреча оставила у Хосе Игнасио неприятный осадок: вроде бы преимущество его над Хуаном Карлосом было неоспоримым, а удовлетворения он почему-то не испытывал.
Настроение Хосе Игнасио совсем испортилось, а тут еще у дома его поджидала Ивон – опять с предложением поразвлечься и забыть о Лауре. Хосе Игнасио грубо послал ее подальше, в ответ услыхав многозначительное: «Ты еще меня вспомнишь», но не стал даже оборачиваться. Сейчас важно было единственное: не звонила ли в его отсутствие Лаура.
Глава 25
Отсутствие вестей от Лауры все больше беспокоило и Марию. Теперь она не сомневалась в благородстве этой девочки, решившейся на такой опасный поступок ради Хосе Игнасио. Но хватит ли у нее душевных сил, чтобы справиться с отчаянием? Марии уже начинали мерещиться всякие ужасы, и она молила Бога о милости к Лауре и ребенку.
– Если с ними случится что-то плохое, я этого себе никогда не прощу! – заявила она Рите.
Но даже в самых невероятных фантазиях Мария не могла представить огромный гудящий вокзал и тоненькую белокурую девушку среди толпы. А картинка эта, между прочим, была хорошо знакома Марии, потому что сеньорита стояла так же неприкаянно, как и сама Мария, впервые приехавшая в Мехико. И хотя сеньорита не приехала, а наоборот, собиралась уезжать, растерянность ее была не меньшей, чем когда-то у юной Марии: до вокзала добралась, а куда ж двигаться дальше?.. Лаура, а это была, конечно же, она, прошла к расписанию поездов, но в глазах рябило, и кружилась голова. С трудом она нашла кассу и попросила дать ей билет на поезд, который отправится первым.
– До какой станции? – спросил кассир.
– До… конечной.
Лаура забыла, что денег у нее мало. На билет до конечной их не хватило, и пришлось извиниться перед кассиром.
– Это все, что у меня есть. Дайте мне билет на эти деньги. Все равно, куда.
Вскоре объявили посадку, и Лаура заняла свое место в поезде, который повез ее к неизвестной станции, к неизвестному будущему.
– Прости, Хосе Игнасио, – слезы подступили к глазам, и Лаура, не желая привлекать внимание попутчиков, зажмурилась крепко-крепко, чтобы ни одна слезинка не смогла проскользнуть сквозь веки. Так, с закрытыми глазами, она миновала предместья Мехико, а потом и вовсе забылась в тяжелом, беспокойном сне. Разбудил ее проводник:
– Ваша станция, сеньорита.
– Да-да, – встрепенулась Лаура. – Я готова. Оказавшись на совершенно безлюдном перроне, Лаура ощутила еще больший ужас, чем в толчее столичного вокзала. Опять закружилась голова, и, боясь упасть, Лаура из последних сил побрела к малюсенькому зданьицу вокзала. Там она остановилась в нерешительности, не зная, что и у кого спросить.
– Когда будет следующий поезд? – наконец обратилась Лаура к служащему, который сам уже шел ей навстречу.
– Послезавтра, сеньорита.
– Послезавтра?
– Да, это маленькая деревня, сеньорита. А вы… не с того поезда, который недавно ушел?
– Да, спасибо… – еле слышно молвила Лаура и, теряя равновесие, попыталась за что-то уцепиться руками.
Кто-то поддержал ее сзади:
– Сеньорита, сеньорита… Да помогите же мне кто-нибудь! Скорее!
Этим случайным спасителем оказался не кто иной, как младший брат Марии Диего. Он только что проводил приятеля к поезду и собирался возвращаться домой, но знакомый дежурный по станции остановил его и стал расспрашивать, как идут дела на ранчо. Вдвоем они уложили Лауру на скамейку под деревом. На мгновение девушка открыла глаза.
– Вы кого-то ищете, сеньорита? – Успел спросить Диего.
– Нет, она по-прежнему без чувств. Надо вызвать доктора. – Дежурный направился к телефону, но Диего его остановил:
– Помоги мне донести ее до джипа. Так будет быстрее. Диего решил отвезти несчастную девушку прямо к себе домой – там сестры сообразят, как ей помочь, а сам он за это время доставит доктора.
Расчет Диего оказался верным: едва взглянув на незнакомку, Эстела тут же извлекла откуда-то нашатырный спирт и привела девушку в чувство.
– Где я? – спросила Лаура слабым голосом.
– У меня дома! – сообщил улыбающийся Диего. – Вы потеряли сознание на станции. Надо показаться врачу.
– Нет-нет, – испугалась Лаура.
– Ну ладно. Пока отдохните, а там посмотрим, – согласился Диего.
Приехавший вскоре доктор Перес заключил, что девушка находится в сильном нервном возбуждении, а кроме того, она беременна.
– Поэтому я не могу прописать ей ничего успокоительного. Сейчас ей нужны только покой и хорошее питание.
Но когда Диего и сестры предложили Лауре помочь добраться до дома, она взмолилась:
– Нет, домой мне нельзя. Не отправляйте меня домой!
– Послушай, девочка, – сказала примирительно Эстела, – мы хотим тебе помочь, но для этого нам надо знать, что с тобой случилось.
И Лауре пришлось рассказать им свою печальную историю.
Было над чем задуматься сестрам и Диего. Эстела не сомневалась, что семья уже разыскивает Лауру и, если ее здесь спрятать, могут быть неприятности с полицией. Маргарита заметила, что девушку вряд ли найдут в такой глухомани, а Диего и вовсе назвал Эстелу перестраховщицей.
– На несколько месяцев, несколько дней, на сколько можно, – просила Лаура в отчаянии.
