class="empty-line"/>
— Тогда надо бы сходить туда, да поглядеть на это чудо, — ответил вождь заморских гостей.
Отлично.
Пока предварительный план такой — кербрийцы и союзные им северяне удержат город до подхода основных сил легионов. А дальше мы предпримем марш-броск в земли захваченные нежитью.
От имперской границы до Бьорторна, от него до Лесного Края где находится Сердце Порчи.
С Раданом я поступил довольно компромиссно. Убивать на месте его не стал и на растерзание северянам не отдал, однако наотрез отказался брать с собой по воздуху. Он и немногочисленные верные ему люди должны были сами добраться до Лимеса. Дорога эта будет ой какой непростой.
Тут рядом и нежить Сердца, и монстры Лав плюс добросердечные северяне, уверен, захотят поквитаться с таким замечательным вождем.
Впрочем, Радана я лично особо не винил. Он получил комплект проблем, который мало кто способен сдюжить. С другой стороны, особого сочувствия к нему я тоже не испытывал. Видимо слишком уж проникся к Орине, а у них с рыжим стратегом все было очень плохо.
Радан покидал город, озираясь на толпы собравшихся как загнанный зверь. Но не какой-нибудь бешеный волк или медведь, а скорее койот, у которого страх смешивался с желанием укусить кого-то из ненавистных людишек.
Невысокая фигура изгнанного вождя тряслась в седле, двигаясь на юг к потенциальному спасению. Три десятка вооруженных всадников отправились с ним. Пытались увязаться и какие-то пешие слуги, но Радан сам отверг их.
— Нет! Со мной идут только воины! Вы ищите теперь другой милости!
Другая милость пришла к слугам Радана очень быстро в виде расправы со стороны других северян. Видать приспешники бывшего вождя вели себя в дни его власти не очень хорошо. Горожане это запомнили.
Кербрийцы, их сторонники и толпы беженцев втягивались в город, более неподвластный запредельной силе. Почти весь день я провёл в Бьорторне, занятый тем, что заверял местных в своем благорасположении. Мол всячески поспособствую невозвращению Радана, если он таки выживет. Обещал, что не будет никаких кар и Карра тоже не будет, а Империя поможет Северу в борьбе с чудовищами.
Памятуя прошлые подвиги Палача Севера, все мои заверения воспринимали с опаской. Здешняя народная молва ещё недавно рисовала мне образ безумца, желавшего лишь разрушений. Я бы даже не удивился покушению-другому, но обошлось. Похоже жителей Бьорторна настолько достал творящийся вокруг здец, что они были рады любому проявлению порядка, пусть и в лице бывшего врага. Ну а заморские вторженцы многими вообще воспринимались как шанс на спасение. Часть горожан хотела сегодня же объявить Гарама своим вождем. Однако я убедил все стороны не торопиться и дождаться разрешения кризиса с монстрами. В качестве моего посланника при Гараме остался все тот же Таркус Дарен.
Конфликт людей на Севере был улажен на какое-то время. Нам можно было возвращаться в лагерь.
— Эти кербрийцы очень вовремя, — произнёс Ган, когда мы забирались на борт воздушного судна. — Но чую мы с ними ещё подеремся.
Вполне вероятно. Пусть кербрийцы малочисленны, однако они могут сформировать новую воинскую элиту Севера. Особенно если в ближайшие десятилетия ещё кто-нибудь приплывет из-за моря. Но сейчас нам надо решать более насущные проблемы плюс возможно получится потом завербовать выживших кербрийцев на войну с Шаддом. Отвлечь их от Севера. Пусть на гигантских свиней — слонов посмотрят.
Обратный полет прошел без эксцессов и к утру следующего дня мы снова приземлились около каструма.
Я пересказал ключевым центурионам события, развернувшиеся в Бьорторне, а затем лично Орине дополнил повествование деталями о бегстве Радана.
— Предательство не принесло ему счастья, — с гневом и толикой удовлетворения произнесла девушка. — Даже если он выживет, то нигде не найдет приюта и покоя.
Ну будет бегать за Сандисом, как бедный родственник, если Иворна не решит от него избавиться. Никаких активов на Севере у Радана не осталось. Вернуть себе трон он сможет только на имперских гладиусах и то положение его окажется довольно шатким. На месте Сената я бы выбрал другого союзника для контроля над федератами.
— А как обстановка вокруг лагеря? — спросил я. — Центурионы мне вроде бы ничего срочного не докладывали, но интересно узнать твое мнение.
— Кажется, что нам удалось расчистить пространство вокруг города и лагеря, — задумчиво произнесла Орина.
Пытливый взгляд её серых глаз выражал осторожность. Она не хотела давать слишком обнадеживающие оценки и это правильно.
— Либо враг пока затаился, — продолжила северянка. — Однако даже если так, силы противника лишились здесь ресурса и поддержки. Мы избавились от всех бродячих мертвецов в окрестностях, сожгли тела, проверили беженцев, отослав ненадёжных куда подальше или взяв под надзор. Второй внезапной атаки на Мелиодан у врага не получится.
Звучит оптимистично. Но, я думаю, враг пока не будет пытаться снова атаковать. Он ударил ровно в самый выгодный момент и в самое слабое место. Допустил лишь одну ошибку — решил дождаться моего возвращения.
Вероятно, жрецы и колдуны Порчи полагали, что на Север прибудет Михаир, каким он был года полтора-два назад, а прибыл некто с совсем иным уровнем силы, да еще прихватив сына-полубога. Плюс магистр Круга на летающем корабле. Мои козыри оказалось сложно побить даже накопив около Мелиодана серьёзное количество монстров. Полагаю, второй попытки не будет. Интуиция подсказывает мне, что теперь враг ждет нашего хода. Попытается встретить легионы в глубине своих владений, где зло ныне властвует безраздельно.
— И ещё… — после небольшой паузы произнесла Орина. — Это насчёт Велвегров.
— Они вышли на связь?
— Да. В некотором роде.
— Опять непонятные рисунки?
— Уже более понятные, — с некоторым оптимизмом заметила девушка. — Они намерены помочь нам, когда начнутся сражения за Север. Но… могут быть условия.
— Уже известно какие?
— Нет. Пока нет.
Что же могут с меня затребовать эти эльфы-отшельники? Если хотят забрать Орину, то боюсь им придется идти лесом. Но с другой стороны, она может вернуться к ним в случае, так сказать, моего убытия из мира живых. Хоть какой-то запасной аэродром для нее, где Сандис не факт что достанет.
К середине дня прибыли крупный обоз и отряд кавалерии из нескольких турм Двадцать Первого и Шестнадцатого. Свежие силы.
Уже хорошо знакомый мне декурион одной из турм
