class="p1">– Во имя Крома, зачем им понадобилось нагревать эти штуки? – пробормотал киммериец, однако в этот момент его окликнули спутники.
Тайник опустошен. На квадратном каменном дне не осталось ни единой крупинки благородного металла – пираты Барахских островов знали свое дело. После того как добыча была извлечена, обнаружилось, что в каморке имеется и кое-что еще – а именно низкая полукруглая дверь, не имевшая, однако, видимых снаружи петель, равно как и замочной скважины.
– Быть может, там еще одна сокровищница? – предположил Горам Сингх, его глаза алчно блестели.
– Надо попытаться открыть! – поддержал его и Ясунда.
– Здесь решаю я, – ледяным голосом произнес киммериец, и его спутники тотчас прикусили языки. – Хорошо. Сделаем так: если нам удастся открыть дверь, то сперва отнесем добычу на галеру и вновь вернемся сюда. Если же нет – то, быть может, тогда я вернусь сюда один… но позже. За дело!
С первого же взгляда киммерийцу стало ясно, что створка этой двери не открывается, поворачиваясь на петлях, но сдвигается в сторону, уходя в скрытую нишу. Ничего сложного, он видал подобное в кхитайских пагодах. Однако, несмотря на подсунутый рычаг и усилия пиратов, наваливавшихся на него вшестером – больше просто не вмещалось в тесной каморке сокровищницы, – несмотря даже на всю мощь Конана, дверь не поддалась.
– Отойдите-ка! – распорядился киммериец.
Его взгляд медленно скользил по краю наглухо закрытой двери. Быть может, ее открывают нажатием на какой-нибудь неприметный выступ… совсем-совсем крошечный, ничем не отличающийся от остальных… хотя нет, почему же не отличающийся – он-то как раз и должен отличаться!
– А ну-ка, Горам, нажми-ка вот на это!
Палец киммерийца указывал на небольшую шероховатость камня слева от дверной арки. Человеку было неловко дотянуться до нее, однако Конан уже почти не сомневался, что этот дворец – или храм – строили не люди.
Вендиец послушно надавил большим пальцем на указанное Конаном место. Раздался глухой скрежет, и дверь медленно втянулась в стену.
Пираты за спиной киммерийца торжествующе заорали и заулюлюкали.
– Тише, акулий корм! – рявкнул на них Конан. – Забыли, как дрались на берегу?! А ведь та милая компания наверняка бродит где-нибудь поблизости!
Пираты пристыженно притихли. В самом деле, былые рубаки вели себя, точно неразумные дети на загородной прогулке…
За дверью открылся узкий ход, вырубленный в сплошной скале, – громадное здание как будто не имело фундамента. Конан приказал готовить факелы.
Пираты смотрели на своего седоволосого предводителя со всевозрастающим почтением. Как он сумел безошибочно обнаружить ключ к тщательно замаскированному замку? Конан лишь усмехался себе в бороду, видя восхищенно-почтительные взгляды своих головорезов. Он не собирался так просто раскрывать своих секретов – хотя на самом деле на этот раз ему просто повезло. Сработала простейшая логическая цепочка: то место, на которое часто нажимают, быстро засаливается, начинает хоть немного, но лосниться, – а камень здесь был довольно мягкий, и зоркий глаз киммерийца разглядел крохотную потертость подозрительно близко от двери. Очевидно, этим путем ходили довольно часто.
Пираты быстро натащили смолистых веток, годившихся для факелов. Держа один из них над головой, Конан первым вошел в низкую галерею.
Оказалось, что подземный ход круто уводит вниз, идти было трудно, ступени отсутствовали, и, поколебавшись некоторое время, Конан приказал возвращаться.
Конечно, в былые годы он счел бы подобное отступление позорной малодушной трусостью. Но теперь он все чаще и чаще думал не о себе, а о других. Вести за собой в неизвестность целый отряд… оставив лишь двоих караульных там, откуда могла в любой момент последовать атака… нет, рисковать не стоило, тем более что и торопиться-то особенно некуда. В распоряжении Конана было сколько угодно времени. Он решил вернуться на галеру.
Дверь запирать не стали. Ясунда намертво заклинил ее, попросту вбив один из имевшихся ломов в щель между створкой и стеной.
Возвращение на «Крылатый Дракон» оказалось поистине триумфальным. Киммериец еще на берегу высоко поднял над головой полные пригоршни тяжелых золотых самородков. Ответом ему был многоголосый восторженный рев. Нечего и говорить, что в следующий поход к серому храму идти хотели все до единого. Пришлось метать жребий. Неудачников Конан подбодрил лишь тем, что обещал – твердо! – равную долю добычи с остальными.
Оставив на «Крылатом Драконе» лишь немногочисленную охрану, Конан наутро повел весь свой отряд к загадочному дворцу. Коричневокожие обитатели этих мест по-прежнему не показывались, и это мало-помалу начинало тревожить киммерийца. Зачем, спрашивается, было устраивать засаду, нападать на его людей, если после этого разрешать им преспокойно рыться в древнем дворце?
Однако и на сей раз пираты проделали путь от галеры до храма без приключений. В зале с алтарем все оставалось как и вчера. И все так же торчал заклинивавший дверь лом.
Оставив солидную охрану у входа в странный храм-дворец, а также у низкого лаза, Конан повел отряд вниз по подземному ходу. Пламя многочисленных факелов освещало неровные, грубо вырубленные в сплошной скале своды тоннеля. Широкая спираль уводила все глубже и глубже.
Шагая первым, киммериец не думал тогда о посетившем его странном видении и о загадочных фразах, которыми обменялись в конце сна призрачные игроки. Надо сказать, что Конан уже почти и забыл о привидевшемся, сочтя все это пустой игрой воображения.
Они спускались довольно долго. Затем винтовой коридор внезапно кончился, выведя пиратов в широкую горизонтальную галерею. Впереди забрезжил слабый свет, и Конан приказал погасить факелы.
Чем дальше продвигались воины «Крылатого Дракона», тем ярче становился свет впереди – и все явственнее доносились какие-то неясные звуки: там что-то не-то шлепало, не то стучало, не то шипело… А затем кончилась и галерея.
Конан даже попятился от неожиданности. Он стоял под самым куполом необозримой пещеры, края ее поглощала мгла. Вдоль уходившей в бесконечность стены тянулись длинные вереницы тусклых факелов, а дно покрывала сплошная шевелящаяся масса – коричневые тела их старых и недобрых знакомых, тех же, что нападали в бухте. Взлетали и падали тысячи кирок и ломов, дробя неподатливую породу. Не видно было отлынивавших; не видно было надсмотрщиков; все работали с небывалым усердием.
Вдоль средней линии пещеры из конца в конец было проложено нечто вроде дороги, и по ней сплошным потоком ползли громадные белесые черви толщиной с круп лошади. На спинах у отвратительных тварей были укреплены корзинки, куда сваливалась отбитая порода. Черви текли по пещере, словно удивительная, небывалая река.
Некоторое время Конан с высоты ошеломленно наблюдал за всем происходящим, уже жалея, что потащил с собой столько людей. Здесь нужнее был бы хороший разведчик-одиночка…
Где-то очень далеко раздался приглушенный расстоянием низкий удар колокола, и поток
