состоянию на 2012 год.
Дорама без иллюзий
Благодаря подборке фольклорных отсылок, комических эпизодов и живописных ситуаций Yakuza 5 приняла форму мыльной оперы или, скорее, японской телевизионной дорамы – чрезмерно сентиментального, но не скупящегося на самые разные настроения сериала. Большинство таких дорам несут в себе специфику японских регионов, где происходит их действие, подчеркивая местные акценты, пейзажи и обычаи, а также демонстрируя широкой публике определенный провинциальный почерк, не лишенный туристической привлекательности. Но дорама, как и мыльная опера, – это прежде всего обширная история человеческих судеб, попавших в гущу драматических событий. История Yakuza 5, беспрецедентная по своему размаху, осталась верной уже привычным темам серии. Однако на этот раз авторы хотели изобразить маргинализацию доблестных и нравственных деятелей среди меняющихся времен и в масштабе всей страны.
На этот раз именно Цубаса Куросава, которого играет популярный актер Эйдзи Окуда, олицетворяет бесчестного и нехаризматичного якудза, противопоставленного яркому характеру Кирю и его приближенных. Куросава, «крестный отец» крупнейшей в стране мафиозной организации, действует под личиной детектива и пытается предать собственную семью, действуя хитро и подло. Его отвратительное коварство иллюстрирует разложение самурайского благородства былых лет в современную эпоху – о таком упадке в серии говорилось уже не раз. Напротив, персонажи, за которых мы играем, никогда не теряют свой героизм: они последние, кто способен «исполнять желания», как ясно сказано в подзаголовке игры.
Помимо слезливых рассуждений об утрате ценностей предков, Yakuza 5 можно рассматривать и как метафору положения SEGA и японской игровой индустрии (в 2012 году последняя переживала спад), как предлагает Мартен Лефевр в статье, опубликованной на сайте Merlanfrit.net: «Через защитную фигуру якудза, которого серия романтизирует как хранителя традиций, прежде всего встает вопрос о сооружении своего рода крепости, последнего бастиона, где можно сохранить память о золотом веке японских видеоигр. Yakuza 5 мечтает стать игровым Ноевым ковчегом – музеем, где уживались бы драки из Streets of Rage и танцы Улалы, задумчивое созерцание из Shenmue и гринд из Phantasy Star» [338]. В Осаке Харука как раз встречается с Улалой – тучной и глуповатой танцовщицей, пародией на фанковую героиню Space Channel 5 – культовой танцевальной игры, вышедшей на Dreamcast в декабре 1999 года, характерной для популярного и сумасбродного имиджа SEGA. Неужели вчерашние иконы обветшали до такой степени, что стали гротескными карикатурами на самих себя? В игре от Ryu Ga Gotoku Studio Улала – посмешище для прохожих на мосту Ивао, и после своих желеобразных танцевальных движений она, наконец, поскальзывается и падает в воду. Так мы становимся свидетелями падения былой славы.
Чтобы описать тон, пронизывающий сагу Тосихиро Нагоси и, соответственно, Yakuza 5, Мартен Лефевр говорит о «гуманистическом разочаровании», что отлично подходит к консервативной чувствительности саги и ее страстной, но отчаянной защите связующих уз. «Ценности могут быть настолько иллюзорными, насколько и испорченными, но они – все, что у нас осталось, – уточняет Лефевр. – И взрослые, которых жизнь потрепала, но не отняла у них желания бороться, берут под свое крыло учеников: Кадзума учит молодого бойкого парня водить такси; в тюрьме, где Тайга Саэдзима стоически отбывает наказание, он становится защитником Сигэки – убийцы, едва вышедшего из подросткового возраста; брошенная в безжалостный мир развлечений Харука обретает приемную мать».
Отчаянная погоня за мечтой – центральная тема игры – сопровождается обращением к личным неудачам, исправлением ошибок прошлого, обретением права на второй шанс. Именно вокруг невероятного хоум-рана, совершенного пятнадцатью годами ранее, разворачиваются поиски Тацуо Синады, который стремится восстановить свою репутацию. Посвященная ему глава не только показывает нам падение и крах настоящего таланта, но прежде всего прослеживает борьбу человека, желающего собрать воедино осколки своего былого славного образа, разрушенного клеветой и заговорами. Аналогичным образом, в главе Харуки рассказывается о ее своеобразном удочерении в лице материнской фигуры Мирэй Пак: неприступный босс Dyna Chair на самом деле скрывает травматическое прошлое [339]. Несостоявшаяся звезда берет Харуку под свое крыло и получает возможность достичь того, чего ей не удалось добиться самой много лет назад. Подобные события только усиливают тему родства – центральный вопрос Yakuza, который лучше всего иллюстрируется возрожденными надеждами юной Харуки.
В самом конце, когда Харуке уготована престижная карьера, она решает отказаться от внимания медиа и экранов, то есть от искусственного и поверхностного мира, в пользу семьи. «Я мечтала стать звездой, но у меня была и другая мечта, – заявляет она своим зрителям, безмолвным и застывшим, словно сад камней. – Я хотела счастливо жить с теми, кто мне дороже всего… Кадзума Кирю – моя семья». Затем мы видим, как она выскальзывает из здания и бежит через кулисы Japan Dome. Отъезд камеры принимает странный ракурс, скошенный вбок [340], и этот кадр становится последним изображением Yakuza 5 перед финальными титрами. Куда направляется эта молодая девушка, бегущая от светлого будущего? Она бежит, чтобы воссоединиться с прошлым.
Yakuza 0 (PLAYSTATION 3 / PLAYSTATION 4, 2015)
Следующие две части серии Yakuza обращены в прошлое. В них реконструируются два поворотных периода японской истории, один из которых находится далеко, а другой – поближе. Такая перспектива позволила авторам блестяще рассмотреть вопрос о происхождении современных якудза. Действие игр, каждая из которых одновременно вышла на PlayStation 3 и PlayStation 4 [341], охватило две эпохи. В условиях перехода к новому поколению консолей создатели Yakuza остались верны Sony. Ранее была попытка сблизиться с Nintendo, когда в августе 2013 года вышел HD-порт первых двух Yakuza на Wii U – еще одно доказательство того, что Нагоси продолжил поддерживать давние связи с компанией из Киото. К сожалению, продажи оказались скудными (в Японии было продано менее 8 000 копий), так как сборник Ryu Ga Gotoku 1 & 2 HD для Wii U вышел на консоли, не очень хорошо зарекомендовавшей себя на рынке, а ее пользователи были больше привержены Марио, чем Кирю [342].
Чтобы вступить в эру PlayStation 4, сотрудники Ryu Ga Gotoku Studio решили повторить то, что сделали поколением ранее в спин-оффе Kenzan!. Вновь всплывают в памяти скудные улицы Киото эпохи Эдо, но на этот раз разработчики изобразили период Бакумацу, ознаменовавший конец феодальной Японии и начало современной эпохи во второй половине XIX века. Действие игры разворачивается спустя более двухсот пятидесяти лет после событий Kenzan!. Планировка города полностью изменилась, и это позволило авторам заметно обогатить увлекательный игровой процесс. Ryu Ga Gotoku Ishin!, отличающаяся одной из лучших сюжетных линий во франшизе, сопровождала запуск новой консоли Sony в Японии 22 февраля 2014 года (см.
