— Привет честной компании! — звонким, но напряжённым голосом сказала барышня.
— И вам привет, коли не шутите, — осторожно ответил Ингвар, напряженно глядя на оружие.
— Мы не враги!
— А выглядите как-то не очень мирно, — скептически оценил их Ингвар.
— Увы, — покачала рыжей головой девушка, — времена, нравы… Сами понимаете!
— Пока не очень понимаем, — вмешался я. — Кто вы и что вам надо?
— Не «что», а «кого». Андрей… Ну, ты понял, чёртов мудак. Ты арестован. За попытку геноцида, за насильственное удержание свободных людей, за терроризм, за предательство… Ну и за Маринку я тебе лично, козлу, яйца вырву!
— Хуяссе! — возмутился Андрей. — Арестован, ишь! Ты мне ещё права зачитай, Оленька! С каких это пор Коммуна заделалась в полицейские Мультиверсума? Нет у вас такой юрисдикции!
— Стоп-стоп, — прервал их я. — Я ничего не имею против вырывания ему яиц, это, так сказать, дело интимное. Вы, я вижу, старые друзья, так что охотно верю — причина уважительная. Отрывайте, забирайте. Но всё остальное прошу оставить нам. Он нам нужен, и мы его взяли первыми.
— А вы, собственно, кто? — удивилась барышня.
— А вы? — в свою очередь спросил я.
— Мы — оперативники Русской Коммуны! Я — Ольга Громова, это Артём и Борух.
— И что? — я не собирался поддаваться. — Подумаешь, «коммуна»… У нас коммунизм давно отменили. Как верно отметил тут ваш «мудак» — нет у вас такой юрисдикции!
Плотный демонстративно поправил на ремне пулемёт, как бы намекая на главный источник всех юрисдикций, но я не испугался. Мне надо к жене, и я готов ему ствол зубами перекусить, если понадобится.
— Мы бы взяли яйцами, — покачала головой рыжая, — но нам нужен весь.
— Тупик? — спросил Ингвар. — Не договорились?
У него в руках уже был пистолет — как он ухитрился его незаметно достать? Пулемёт в руках бородатого теперь смотрел на него, но Ингвара это, кажется, не смущало. Он, кстати, вообще довольно ебанутый по жизни.
— Это что, неужели оружие? — издевательски осведомился бородатый. — Стреляет хоть?
— Эх, у меня наган хреновый,
Да у товарища есть новый.
Если мой наган не вдаст,
Мне товарищ новый даст!
— продекламировал Ингвар весело.
— Эй, хватит вам, горячие парни! — сказал второй, который с автоматом. — Борух, таки уймись, этот поц того не стоит. Оля, не надо так давить на людей, что за привычка?
— Всё-всё, — рыжая примирительно ему подмигнула, — молчу, дорогой. Разруливай сам!
— Давайте все успокоимся, ок? — сказал интеллигентный Артём. — Не вижу повода для стресса.
— А я вижу! — мрачно ответил я. — У нас вообще-то только что родной мир гавкнулся.
— В смысле? — Артём явно удивился.
— В прямом. Был и нету. Пиздец ему приснился.
— Дела… — Артём почесал в затылке. — Понятно теперь, отчего вы такие нервные. Слушай, Оль, а такое бывает вообще? И нам надо что-то в связи с этим делать?
— Нет, — твёрдо ответила девушка, — не бывает. Срез не может исчезнуть. Он может только закрыться. А разобраться с этим надо — у нас там тоже кой-какие дела остались.
— Почему закрылся? Как туда попасть? — не выдержал я.
— Может, для начала перестанем друг в друга целиться? — сказал Артём. — Мы не враги, правда. Мне кажется, нам есть что обсудить.
— К чёрту, — решился я. — Пойдёмте все в башню, сядем и поговорим спокойно.
Проходя мимо стоящей во дворе «Раскоряки», Ольга пнула её колесо и присвистнула:
— Так вот она где…
— Кто? — спросил я.
— Да так… Неважно, — отмахнулась она, — просто казённое имущество нашлось.
— Не отдам! — сказал я быстро.
— Да и хрен с ним, — она махнула рукой. — Катайся пока.
Это «пока» мне не понравилось, но я промолчал. Надо сначала понять ситуацию в целом.
В башне все, кроме Андрея и Криспи, уселись за круглый стол (Андрея, как спорное имущество, определили пока в уголок, посидеть на диване, а Криспи ушла присмотреть за детьми), Катерина принесла чаю, а Артём начал переговоры.
— Слушайте, нам нужен, собственно, только вот этот человек.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Зачем? — спросил я.
— У нас к нему большие претензии и давние счёты, кроме того, он незаконно завладел неким имуществом, — встряла Ольга.
— Простите, — уточнил я, — чтобы говорить о чём-то «незаконном», должно присутствовать некое законодательство. Можно уточнить, какой орган является законодательным для всех срезов Мультиверсума?
— Ага! — засмеялся из угла Андрей. — Как он тебя уел, Оленька? Нет законов — нет и преступлений! Отъебитесь от честного предпринимателя! И вообще, этим вашим рекурсором кто только ни завладевал, даже вот он, — Андрей ткнул пальцем в мою сторону.
— Хорошо, — согласилась Ольга, обращаясь ко мне. — Формально вы правы. Но, поверьте, это очень плохой человек. Если не в юридическом, так в человеческом понимании этого слова. Вы же были в срезе йири?
— Откуда вы знаете? — сразу насторожился я. Моя паранойя немедленно проснулась.
— Марина немного рассказала о вас.
— Марина?
— Вы её называли «Третьей»…
— Так она выжила? — удивился я. — Я рад.
— Марина — наш оперативник, а у нас есть некоторые… хм… навыки. Она очень благодарна вам и вашей жене за помощь и хорошее отношение и просила передать извинения за своё не вполне адекватное поведение.
— Да я уже немного узнал о причинах этого… — я покосился на Андрея, тот сделал вид, что это не про него. — Так вот вы как нас нашли? Третья дорогу показала? То есть, извините, Марина?
— Ой, ну я вас умоляю! — засмеялась Ольга. — «Как вы меня нашли?» спрашивает человек, живущий на маяке! Вы же его сами запускали недавно! Это как включить пароходный ревун, пожарную сирену, направить в небо прожектор Бэтмэна, а потом удивляться, что кто-то обратил на это внимание. Да все обратили, не сомневайтесь!
Я растерялся, не зная, что на это ответить. Я уже и забыл о том эпизоде.
— Ладно, — видя мою растерянность, инициативу перехватил Ингвар. — Это плохой, очень плохой, фу какой гадкий человек. Гондон распоследний. Верим. Ну и что? Он нам нужен.
— Лошадь идёт поперёк борозды.
Ей до пизды и мне до пизды,
— продекламировал он.
— А зачем он вам, собственно? — спросил Артём.
— Мне надо обязательно попасть в тот срез. Когда он стал недоступен, там осталась моя жена.
— Сочувствую, — ответила мне Ольга. — А этот мудак тут причём?
— Он обещал открыть проход через срез йири, оттуда тоже есть путь в наш мир.
— Он вам врёт, — покачала головой Ольга. — Он опытный проводник, да, но не более того. Он просто ходит по чужим следам, как и все они. Все эти ваши Гаражища и другие прорехи мироздания…
Ольга усмехнулась, а мне стало как-то даже обидно — чем ей Гаражища-то не угодили?
— В общем, он не проведёт вас в закрывшийся мир, — резюмировала она, — разве что в срез йири.
— И то дело, — не отступил я. — Всё равно уже не запертые тут сидеть будем…
— Так, а кто вам мешает самому проход открыть?
— Я никогда этого не делал, и не уверен, что смогу.
— А, ерунда, — пренебрежительно ответила Ольга. — Если умеешь открывать один, значит, умеешь открывать все. Но в закрывшийся срез так не попадёшь.
— А как попадёшь?
— А давайте договоримся? Вы отдаёте нам Андрея, а я помогу вам попасть в закрывшийся мир.
— И показываете проход отсюда! — быстро добавил Ингвар.
— Замётано! — так же быстро ответил Артём.
— Эй, а меня вообще не спросят? — возмутился Андрей.
— Нет! — ответили все хором.
Проход в срез йири оказался недалеко от Чёрной Цитадели — фактически, я несколько раз мимо него проезжал. Почти такой же каменный сарайчик, как и возле моей башни. Я встал возле задней стены, напрягся, сосредоточился — и чуть не упал. Как будто приготовился вышибать с разбегу дверь — а она не заперта. Открыл вообще без усилия. На той стороне были те же заброшенные гаражи, и я, наплевав на крики в спину, побежал к боксу, через который меня в первый раз провёл Сандер. Я его неплохо запомнил, он выглядел заметно целее остальных. Ворота были закрыты, но маленькая дверца осталась не заперта. На задней стене висела всё та же белая деревянная дверь, но теперь она выглядела какой-то идиотской инсталляцией — прохода за ней не было. Нельзя сказать, что я этого не ожидал, но всё же разочарование было велико…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
