Она нервно покосилась на винтовку в его руках.
— Я могу держать факел.
— Тогда держите и стойте здесь, потому что пока он нам не понадобится. Никуда отсюда не уходите, и если что — сразу поднимайте крик.
С этими словами Бен передал ей факел, перезарядил винтовку и отправился вместе с Тайлером к дому у конюшен.
Эви осталась стоять, досадуя на то, что им так ловко удалось обвести ее вокруг пальца. С одной стороны, им не помешал бы сейчас факел, но с другой — она охраняла их тыл, и в этом тоже имелся смысл. Нерешительно переминаясь с ноги на ногу и не зная, что ей делать, она смотрела вслед Тайлеру и Бену. Вот первый вскочил на парадное крыльцо дома, а его друг исчез за углом, очевидно, пробираясь к черному ходу.
Эви подождала с минуту, но ничего не произошло. Вокруг было по-прежнему тихо. Отсюда ей было видно, как Тайлер, почти слившись с темной стеной дома, заглядывает в освещенное окно. Потом он распахнул дверь и скрылся за ней. Облегченно вздохнув, Эви двинулась в сторону дома. Ей больше незачем торчать одной посреди улицы.
Она совсем забыла о боковой гостиничной двери, и в этом была ее ошибка. Когда она проходила мимо, дверь открылась, и из нее появилась черная фигура. Эви тихо вскрикнула от неожиданности, но в следующий момент мужская рука в перчатке закрыла ей рот. Факел упал на землю и погас.
Глава 25
Дэниел и Кармен вздрогнули от неожиданности, когда в доме одновременно распахнулись обе входные двери. Они сидели прямо на полу, на циновке, склонившись над книгой Когда в комнату с разных сторон ворвались Тайлер и Бен, на их лицах появилось какое-то виноватое выражение.
Тайлер утер покрывшийся испариной лоб рукавом и усмехнулся, глядя на юную парочку:
— Черт возьми, когда я никого не увидел в окне, подумал: «Все, беда!» Завтра первым же делом позабочусь о нормальной кровати для тебя, приятель. Так по крайней мере можно будет рассмотреть из окна, чем вы тут занимаетесь.
Дэниел поморщился и уставился на револьвер Тайлера.
— А что, вы пристрелили бы меня, если бы мы занимались тут чем-нибудь предосудительным, с вашей точки зрения?
Бен расхохотался и перекинул винтовку через плечо. Тайлер убрал револьвер.
— Я-то нет, а вот за твою сестру не ручаюсь. Только сначала надо сходить за ней. — Он вновь направился к двери. — Остальные, надеюсь, спят?
Кармен кивнула:
— Только что прибежал Мануэль, а Хосе и Мария давно в постелях.
Вдруг со стороны переулка до них донесся приглушенный вскрик, больно резанувший слух Тайлера, у которого нервы были словно натянутые струны. Вновь выхватив револьвер, он распахнул дверь и выглянул наружу: факела нигде не было видно.
— Проклятие! — рявкнул он.
К нему тут же подскочил Бен. Дэниел отыскал трость и с помощью Кармен поднялся на ноги. Никто не видел, как из спальни крадучись показался Мануэль. Оказывается, он и не раздевался.
Тайлер выбежал в переулок и поискал глазами Эви, но тщетно. Споткнувшись о потухший факел, он выругался еще раз, только уже гораздо крепче. Поднял с земли факел и стал помахивать им словно дубиной, озираясь по сторонам.
Темнота была против них, но вдруг они с Беном одновременно увидели мелькнувшее светлое пятнышко на земле и поняли, что это шляпка Эви. Бен распахнул боковую гостиничную дверь, рядом с которой она лежала, и дал знак Тайлеру обойти гостиницу кругом и зайти с парадного крыльца.
«Но Эви находится за этой дверью, черт возьми! За каким дьяволом мне нужно обходить дом с другой стороны?» — пронеслась в его голове мысль, и он снова чертыхнулся. Бен опять по своему обыкновению стал строить из себя «старшего брата»! Этот мошенник так и не научился быть слугой, как ему было написано на роду. Ругаясь на чем свет стоит, Тайлер бросился к парадному крыльцу.
Фил сидел за своей конторкой, уткнув нос в гроссбух. Он равнодушно оглянулся на Тайлера, появившегося в вестибюле, но вздрогнул от неожиданности, когда тот грохнул о конторку какой-то дубиной, оказавшейся потухшим факелом.
— Кто заходил сюда в течение последних пяти минут?
Фил смотрел на этого вооруженного щеголя, как на ненормального. Из глаз у Тайлера только что искры не сыпались. Хозяин гостиницы нервно дернул плечом.
— Только Хэйл пришел к своему клиенту. Да Том из конюшни заглядывал. Да пьяный хьюстонский коммивояжер из салуна вернулся. — Тут его осенило: — А вы, наверное, думаете, что могли проскочить эти бандиты, которые сбежали из тюрьмы? Нет, их не было. На них ведь уже устроили облаву.
Боковая дверь вела на запасную лестницу, и Фил со своего места просто не мог видеть тех, кто поднимался или спускался по ней. Тайлер бросился к этой лестнице и устремил взгляд на второй этаж. После наводнения гостиницу привели в порядок и заменили несколько досок, пришедших в негодность. Новый настил был светлее старого. Вдруг на одной из ступенек Тайлер заметил темное пятно. Бог мой, откуда могла взяться грязь в высушенном знойным солнцем городишке?..
Он устремился вверх по лестнице. В следующую секунду откуда-то сверху до него донеслись глухой удар и треск. Тайлер стал перепрыгивать сразу через две ступеньки. Фил старался не отставать.
Бен был уже на втором этаже и пытался высадить плечом дверь одного из номеров. До слуха Тайлера донеслись громкие крики Эви, но в голосе ее не было страха. Напротив, казалось, она ругается с кем-то. Он с трудом удержался от улыбки, услышав:
— …жалкий незаконнорожденный сын собаки!
В следующее мгновение дверь вдруг открылась, и не ожидавший этого Бен ввалился в комнату, рухнув Эви под ноги.
Задыхаясь от смеха, Тайлер переступил через своего лежащего друга, закрыв Эви плечом от постояльцев гостиницы, которые толпились в коридоре. Обернувшись, он приказал Филу закрыть дверь с той стороны и сбегать в контору шерифа.
Тайлер обнял Эви за талию и обеспокоенно оглядел ее. Она была растрепана, обычно безупречная прическа сбилась набок, оторвалась одна из оборок на платье. Но глаза молодой женщины излучали отнюдь не страх, а огонь. Обняв Эви, Тайлер приник к ее губам. Так он вознаградил себя за ту нервотрепку, что она ему устроила.
Эви поначалу не противилась. Тайлер чувствовал, с какой готовностью она позволила ему обнять себя и сама притянула его к себе за плечи, подавшись навстречу его губам. Он весь сосредоточился на поцелуе, на минуту забыв о том, что его сюда привело, о страхе, которым было переполнено его сердце. «Она мне никто, чтобы я за нее боялся».
Но наконец Эви, словно прочитав его мысли, оттолкнула его от себя:
— Отпустите! Лучше догоните того негодяя! Ему шею свернуть мало! Я не хочу, чтобы он разгуливал на свободе, потому что, если он еще хоть раз прикоснется ко мне…
