послали предложение о браке королю. Об меня буквально вытерли ноги. Демонстративно.
После подобного войну, конечно, не объявляют, но уважающий себя лорд, особенно гранд-лорд, повторно на поклон к Тиреллам не пойдёт. В нынешней ситуации Тиреллы для меня исчезли. Дом Тирелл для Дома Баратеонов из Штормового предела, в политическом разрезе, не существует на более или менее (скорее более) длительный срок. Если я пренебрегу подобным, то это грозит вылиться в определённые имиджевые издержки, ибо со мной просто перестанут считаться, и в первую очередь это будут мои собственные вассалы. Ни один лорд не приемлет ситуацию, когда его сюзерен прогибается под кого-то, кроме короля… и уж тем более под дурака соседа.
Двигаться в сторону выхода из столь щекотливой ситуации пока удаётся вполне успешно, хоть и с грацией криво сшитого гибрида слона и носорога. Приходится постепенно восстанавливать реноме «молодого Роберта», которому всё нипочем, и которому сопутствует удача — подобное мнение окружающих порой очень помогает. Считай, что в тот же вечер, когда я получил отказ Тиреллов, я стал писать письма, много писем, краткое содержание которых сводится к: «хочу жениться, есть кто?». С помощью Пицеля я разослал их по всей стране, да так, чтобы все были в курсе, как минимум в столице. Делал я это прямо и открыто, рассчитывая на конкретную реакцию, которая незамедлительно последовала. Пока Тиреллов морозил Джон Аррен, ко мне выстраивалась очередь.
Писал я прямо, честно и открыто. Требования к девушкам: они должны быть молоды и здоровы, внешность меня особо не волнует. Единственный важный пункт для меня — приданое, его размер и форма. Это позволило отсечь огромное количество благородных семейств, чьё единственное богатство — собственные дети.
Стоит ли говорить, что после этого началась настоящая вакханалия? Пицель, уверен, давно так активно не работал и мысленно проклинал меня на чём свет стоит. Последнее, как мне показалось, в его глазах читалось отчётливо. В ответ я был завален встречными письмами и предложениями, и это при том, что большая часть лордов Запада и Простора меня проигнорировали, в том числе проигнорировал и папаша Тайвин, возможно, не желая сажать себе на плечи ещё одного Баратеона. С Севера мне ответили только Мандерли, а вот из других регионов королевства недостатка писем совсем не чувствовалось. Откликнулись все, даже если я этим лордам не писал. Большинство за меня были готовы хоть жён своих отдать или совсем уж малолеток.
Сказать, что на всю эту ярмарку невест Джон и иные мои неприятели смотрели сквозь пальцы, будет ошибкой — королевство на этот короткий период буквально взорвалось вулканом интриг и тайных переговоров. Джон, пребывавший в иллюзиях о моём неведении о его роли в вопросе Тиреллов, сразу же предложил свою помощь, представив солидный список претенденток, среди которых не было ни одной по-настоящему значимой фамилии, и уже успел раздать кое-кому некие авансы. Само собой, в ответ он был мягко, но послан, отчего до сих пор пребывает в некоторой обиде. Окружающие же быстро смекнули, что и почём, в том числе причину ссоры мастера над законом и десницы.
Фундамент ситуации был неприятный, но был и плюс — процесс выбора невесты оказался под моим полным и прямым контролем. И хорошо всё-таки, что я мог не бояться, ведя переписку через Пицеля — свихнуться в процессе было бы не сложно. С одной стороны, мне нужно было, чтобы о моих условиях узнало как можно больше феодалов, а с другой… объём был такой большой, что даже если бы Пицель очень захотел, все письма прочитать он бы не смог.
Но вернёмся к невестам. Наиболее интересные, с точки зрения коммерции, для меня ответы пришли от Мандерли и, неожиданно, Фреев. Оба дома предлагают неплохие суммы, а владетели Белой гавани ещё и небольшой торговый флот из трёх больших коггов. Разумеется, это не сравнится с приданным Маргери, но… пока что, это лучшее. Повторюсь, сугубо с точки зрения финансов.
А есть еще крайне политически выгодные предложения. Например, большой для меня неожиданностью стало письмо от Рендилла Тарли. Едва ли не единственный крупный лорд в Просторе, который не зассал, взял и предложил помолвку со своей старшей дочерью Таллой. Напомню, Рендилл Тарли! Тот самый прославленный полководец, та самая опора Тиреллов в Дорнийских марках. А ещё он женат на Меллисе Флорент, кузине Селисы, жены Станниса. Ох, что после этого началось. Рендилл из той категории людей, на которых где сядешь, там и слезешь. Давить на него — себе дороже. Вместе с тем, он вовсе не тупой солдафон, как может показаться издалека. Тарли — тот человек, который прекрасно сечёт сложившуюся ситуацию и её перспективы. По сути, в Просторе он закрепился и застрял на положении бойцовского пса, а Тиреллы откровенно боятся этого человека, его авторитета и способностей. Во время войны он незаменим, а вот в мирное время его стараются держать подальше от политики. В том числе из-за его родства с Флорентами. А детей у него достаточное количество, особенно дочерей, которых надо как-то пристраивать, но Тиреллы вставляют палки в колеса. Всё, лишь бы союзники Флорентов не усиливались. Вот Рендилл и разыграл простенькую комбинацию, что Тиреллы только от одной мысли о родстве Баратеонов и Тарли, предложили нечто такое, что его полностью устроило. Возможно, вскоре одному из сыновей Мейса придётся спешно жениться.
Некоторое количество писем пришло и из Долины, в частности от Ройсов, но, как бы мне не хотелось насолить Джону, все предложения я отверг. Лордам Долины нечего мне предложить. От слова «совсем». Даже богатеньким Арренам из Чаячного города, ибо ребята они без вотчины и живут на птичьих правах в чужом городе. Мезальянс. Но нервишки Джону я принципиально попортил, заигрывая с его вассалами.
Переговоры, торги и интриги. Привычная к такому Вестеросская знать остывала, ажиотаж постепенно спал, а моя «себестоимость» на политическом рынке, в отличие от Тиреллов, восстановилась. Всё двигалось в рамках ожидаемой рутины, пока диким огнем не дыхнул Дорн.
Стоит оговориться, что в Дорне просто колоссальное количество девушек на выданье. Сегодня Дорн — самый настоящий рынок невест в Семи королевствах, и почти в каждом благородном доме есть как минимум одна молодая девчушка. В каждом. А я, видимо, от большого ума и развитого стратегического мышления взял да и написал Мартеллам и их вассалам со своим «а не хотите ли породниться». Мне уже потом объяснили, когда послание уже было в Солнечном копье, что писать Мартеллам после Тиреллов, в целом, могло быть плохой идеей. И можете себе представить? Оно
